Взгляд другого и бесстыдство
Начало фильма задаёт тон внутреннего мира главного героя. Нагое мускулистое тело привлекательного мужчины, мятые простыни, с одной стороны, пробуждают сексуальные фантазии, но, с другой стороны, мы видим неподвижное выражение лица Брэндона. Это атмосфера одиночества. Светлое и функциональное пространство и густая, мрачная музыка подчёркивают опустошённое состояние главного героя. Значимым другим является образ сестры Сиси, возникающей сначала как голос на автоответчике на заднем плане, а после врывающейся в квартиру брата без предупреждения. В противоположность Брэндону, она — взрывная, чувствительная и открытая сердцем. Наблюдая за совместными сценами между братом и сестрой, можно предположить, что Брэндон и Сиси — партнёры по травме. Какой — неизвестно, однако при всех различиях, ведущих к мысли, что между ними нет ничего общего, всё же мы чувствуем их болезненное напряжение. Это темное пятно, приглашающее к проекции. Потрясающе смотрится использование зеркальных отражений, фасадных окон, стёкол, перегородок. Это дистанция, которая разделяет пространство на части, а также стремление к соединению, расположению и признанию. Порнография и ненависть ко всем играют важную роль в сексуальности Брэндона, а стыд отсутствует. Как отмечал К. Жанен отсутствие стыда в этой ситуации следует понимать как проявление стыда-в-негативе, «белого стыда». Хотя Брэндон субъективно не чувствует стыда, он раздавлен им. Мир Брэндона кажется и печальным, и в то же время «понятным», типичным для нашего времени. Мы наблюдаем порочный круг, в котором ему самому становится противно — борьба между ужасом быть увиденным и желанием быть признанным. Сиси стремительно ворвалась в жизнь брата и сломила убежище Брэндона. Раздражаясь на сестру и себя, он, кажется, впервые в жизни чувствует необходимость в чём-то большем, чем просто физическое удовлетворение. Однако есть ли свет надежды или всё останется, как и прежде? Теперь экран становится безмолвно черным, а все ответы содержатся во мраке.
