Сокровищ нет. Одиссеи — тоже. Но Коэны всё равно ведут нас за собой.
Спросите у десяти человек их любимый фильм братьев Коэнов, и вы вероятно получите разные ответы. Это вовсе не случайно, потому что фильмография Коэнов пестрит разными жанрами, темами и настроениями. От нуарного триллера ('Человек, которого не было) до абсурдной комедии ('Большой Лебовски', 'После прочтения сжечь'), от философской притчи ('Серьезный человек') до сюрреалистического вестерна ('Баллада Бастера Скраггса'). И каждый сможет найти здесь то, что придется ему по вкусу: остроумие, иронию и абсурд, неожиданную глубину или в конечном счете простое удовольствие от необычного повествования. При этом почерк братьев не смотря на такое количество разных по форме и содержанию фильмов, остается различим. Ведь их всегда объединяет один и тот же авторский взгляд на абсурдность этого мира, странные но запоминающиеся персонажи, прекрасная демонстрация человеческих слабостей и почти всегда фатальность, с которой герои сталкиваются, сколько бы ни пытались противостоять обстоятельствам. Именно в этом контексте особенно интересно смотреть 'О, где же ты, брат?' - фильм, в котором коэновский взгляд на мир нашел неожиданно легкое, музыкальное и почти сказочное воплощение. Он особенный не тем, что глубже или умнее других, а тем, что позволяет своей форме быть настолько свободной, при этом сохраняя весь внутренний 'вес' характерный для братьев. Основываясь, как нам говорят в начальных титрах на «Одиссее» Гомера, картина переносит древнегреческий эпос в американский Юг времен Великой депрессии. Трое заключенных сбегают с каторги в поисках сокровищ, зарытых якобы где-то на дне высохшей реки. Главный из них - говорливый и самодовольный Эверетт, которого играет Джордж Клуни, становится своеобразным 'Одиссеем' - не только по сюжетной линии возврата в родные края, но и по манере постоянно выкручиваться и вести за собой менее ловких спутников. Его напарники - наивный и слегка простоватый Делмар (Тим Блейк Нельсон) и вспыльчивый Пит (Джон Туртуро) - создают весьма забавный и органичный ансамбль. Путешествие, разумеется, становится цепочкой странных, комичных, а иногда и откровенно абсурдных эпизодов. Герои повстречают блюзмена продавшего душу дьяволу, чокнутого грабителя банков, красивых и обольстительных 'сирен', одноглазого продавца Библий отсылающего к циклопу, а также почти буквально - богов и демонов американской мифологии: соперничающих губернаторов, от чьих прихотей зависит судьба беглецов, и зловещего шерифа с гончей, выступающего в роли почти что загробного мстителя. Но знание 'Одиссеи' вовсе не обязательно - как, впрочем, и для самих Коэнов, которые с иронией признавались, что никогда ее не читали. Как оказалось, было и не нужно. Из Гомера здесь была взята только концепция - попытка создать свою собственную, американскую мифологию. Такую, что собирается из фольклора, слухов, песен и стереотипов. Такой подход и делает этот фильм особенным. Своего рода, это 'Одиссея' наоборот - не миф, положенный в основу культуры, а попытка сложить часть культуры в форму мифа - универсального языка, который будет понятен всем даже много лет спустя. При этом фильм не требует знание исторического контекста. Он передает атмосферу через настроение, музыку и визуальный образ. Коэны специально придали картине выцветший, запылённый цвет - с помощью одной из первых в истории цифровых цветокоррекций. Мы можем вообще ничего не знать о Юге США, но все равно будем считывать смысл. Эта история работает как музыкальная пластинка с потрескиванием: немного странно, не совсем четко, довольно просто. Но в этой простоте скрыта какая-то нежность и ностальгия. Не самый глубокий фильм Коэнов, но один из самых человечных. Его не найдешь в списках и чартах лучших, но он остается живым, потому что как и положено настоящему мифу о нем продолжают говорить и писать. 7 из 10



















