ИНДУЛЬГЕНЦИЯ ИЗ ПОДВОРОТНИ ИЛИ КАК КУПИТЬ БОГА ПО СКИДКЕ

Пахнет ладаном, дешёвым одеколоном и запекшейся кровью. Мы возвращаемся в семью, где мертвецы давно диктуют правила живым. На дворе девяностые. Романтика улиц сдохла в канаве, уступив место корпоративным отчётам и оффшорным счетам. У руля всё тот же человек, но теперь его взгляд — это взгляд загнанного волка, которому капканом перебило лапы. Он надел дорогой костюм, отмыл руки хирургическим мылом, но вонь пороха въелась в саму ДНК. Это не просто кино. Это протокол вскрытия целой эпохи, где старые грехи стучатся в бронированные двери с требованием выплатить дивиденды. Дело открыто. В центре кадра — Майкл Корлеоне (Аль Пачино). Старый, изъеденный диабетом и чувством вины хищник. Он больше не хочет ломать колени. Он хочет легализоваться. Стартовый тупик идеален в своей безнадёжности: Майкл вливает колоссальные грязные миллионы в Ватиканскую благотворительность, пытаясь купить контрольный пакет акций корпорации «Иммобилиаре» и, заодно, место в раю. Но святые отцы в Риме оказались теми же уличными барыгами, только в рясах. У них дыра в бюджете размером с госдолг, и они готовы сожрать деньги мафии, не отдавая взамен власть. В этот стерильный финансовый блуд с улицы врывается Винсент Манчини (Энди Гарсиа) — незаконнорожденный сын покойного Сонни. Бастард с горячей кровью, который решает проблемы зубами, откусывая уши конкурентам. Винсент — это живое напоминание о том, откуда Майкл вылез. Катализатор запущен. Корпоративная сделка натыкается на уличный беспредел. Дальше — протокольная тайна. Кто кого кинет и сколько свинца уйдёт на алтарь — узнаете на месте преступления. Наживка заглочена. «НЕТ БАБЛА НА АДВОКАТА — ЖДИ СЦЕНАРНОГО ЗАКАТА» Теперь к уликам. Фильм хромает на обе ноги, и причины этого прописаны в бухгалтерских ведомостях студии. Капитальный сценарный нарыв, кровоточащий с первой минуты — отсутствие консильери Тома Хейгена. Роберт Дюваль попросил за роль адекватный гонорар, боссы зажали чек, и в итоге архитектура семьи рухнула. Вместо холодного, расчётливого мозга мы получили Би Джей Харрисона (Джордж Хэмилтон). Этот лощёный адвокат выглядит так, словно только что сбежал с рекламы крема для загара. Он не тянет на серого кардинала мафии. Когда Харрисон пытается давать Майклу советы, это выглядит как пудель, консультирующий волкодава. Эта зияющая дыра в логике мира убивает напряжение в кулуарных диалогах. «Я рассматривал этот фильм не как продолжение, а как коду. Эпилог, подводящий итоги разрушенной жизни.» © Фрэнсис Форд Коппола — Режиссёр Второй выстрел в колено создатели сделали себе сами. Мэри Корлеоне (София Коппола). Дочь дона. Сердце фильма. И по совместительству — актёрская катастрофа. Когда Вайнона Райдер слетела с роли, режиссёр в панике бросил в кадр свою дочь. Это кумовство обернулось художественным суицидом. Там, где должна быть пульсирующая драма и запретная страсть к кузену Винсенту, мы видим деревянную мимику подростка, читающего текст с телесуфлёра. Её присутствие в кадре аннулирует саспенс, который Пачино выстраивает своим хриплым дыханием и дрожащими руками. Это хирургическая ошибка кастинга, которая превращает шекспировскую трагедию в школьную постановку всякий раз, когда Мэри открывает рот. СВЯТАЯ ВОДА С ПРИВКУСОМ СВИНЦА Но давайте препарируем тех, кто вытянул этот криминальный морг на своих горбах. Второстепенный сброд здесь колоритен до рези в глазах. Дон Альтобелло (Илай Уоллак) — старый друг семьи. Дедушка божий одуванчик, раздающий пожертвования и заказывающий резню с милой улыбкой диабетика. Уоллак играет его с грацией ядовитой змеи, спрятавшейся в коробке с традиционными сицилийскими канноли. Его предательство не взрывается, оно сочится медленным ядом. А как вам кардинальский пул? Архиепископ Гилдей (Донал Доннелли) и серый кардинал итальянской политики Личо Луккези (Энцо Робаутти). Эти ребята в идеальных костюмах и рясах демонстрируют такой уровень цинизма, что уличные доны кажутся наивными алтарниками. Они отжимают банки и отмывают деньги через святые фонды. Потрясающая аналитическая точность: фильм показывает, что настоящая мафия не носит автоматы Томпсона, она носит кресты на золотых цепях и подписывает векселя. И, конечно, Конни Корлеоне (Талия Шайр). От забитой истеричной жены из первой части не осталось и следа. Теперь это чёрная вдова семьи Корлеоне. Леди Макбет в траурном кружеве, тихо нашёптывающая приказы об убийствах. Шайр выдаёт мертвый, остекленевший взгляд хищницы, которая давно похоронила в себе всё человеческое. «КРОВЬ НА ПАРКЕТЕ — КЛАССИКА В ЦВЕТЕ» Несмотря на зияющие раны в сценарии и деревянных родственников в кадре, я ставлю этому куску кинематографического мяса высокую оценку. За что? За монументальное величие распада. За то, как оператор Гордон Уиллис рисует мрак в кабинетах Ватикана, погружая святые лики в непроглядную тьму. За сцену в Атлантик-Сити, где вертолёт с пулемётами превращает сходку престарелых мафиози в кровавое месиво под ледяным дождём. Это продюсерский экшен, вброшенный для динамики, но снят он с животной жестокостью. И главное — за финал в оперном театре Массимо. Параллельный монтаж, где классическая сицилийская опера на сцене сливается с симфонией заказных убийств по всему городу. Это мастер-класс по нагнетанию фатального ужаса. Мы знаем, что ловушка захлопнется, мы видим, как катятся апельсины по каменным ступеням — вечный вестник смерти в этой вселенной. И беззвучный крик старика на лестнице, рвущий барабанные перепонки своей немотой. Это чистое, концентрированное отчаяние, ради которого стоит продраться через все сценарные колдобины. Это кино не про гангстеров. Это история о том, как дьявол выставляет счёт, а у тебя не хватает мелочи, чтобы расплатиться, даже если ты владеешь половиной мира. Индульгенция просрочена. Касса закрыта. В аду нет VIP-ложи для тех, кто слишком поздно поверил в Бога. 8 из 10

Просмотр 'Крёстного отца 3' я достаточно долго откладывал в долгий ящик из-за многочисленных отрицательных отзывов знакомых, называвшими его совершенно лишним в этой, без преувеличения, великой франшизе. Но любопытство и уважение к творчеству легендарного Фрэнсиса Форда Копполы перевесили. И теперь я невольно задаюсь вопросом 'А почему я раньше не посмотрел этот замечательный фильм?'. Заключительная серия трилогии превзошла все мои ожидания, оставив исключительно приятное впечатление. И все свои многочисленные номинации и награды картина полностью заслужила. Первое, что мне хотелось бы отметить - это то, что дух предыдущих двух фильмов, их атмосфера и неповторимый стиль сохранены. Видно, что Коппола со всей душой отнёсся к своей работе. Буквально с первых кадров картина затягивает зрителя, не ослабляя его внимание вплоть до самых финальных титров. И её достаточно солидный хронометраж не чувствуется совершенно. Что, несомненно, является огромным плюсом режиссёру. Его история получилась увлекательной, хорошо прописанной и лишённой заметных слабостей. А герои повествования раскрыты в достаточной мере и вызывают эмоции. И думаю, что истинные ценители поджанра 'криминальная драма' непременно оценят это кино по достоинству. Тёплых слов заслуживает великолепная операторская работа. А музыкальное сопровождение крайне гармонично вписывается в общую атмосферу фильма, делая её более насыщенной и создавая нужное настроение. И, конечно, было бы преступлением не упомянуть золотой кастинг третьего 'Крёстного отца'. Прежде всего, разумеется, хочется отвесить реверанс Аль Пачино. Как и всегда, этот мэтр кинематографа порадовал яркой и эмоциональной актёрской игрой, войдя в образ своего персонажа со всеми своими, типично итальянскими, обаянием и харизмой. Вне всяких сомнений, роль Майкла Корлеоне одна из самых лучших в карьере актёра. Уверенно выполнили поставленную перед ними задачу Дайан Китон, Илай Уоллак и Талия Шайр. Самое лучшее впечатление произвёл и молодой Энди Гарсия, совершенно заслуженно получивший номинацию на 'Оскар' за лучшую мужскую роль второго плана. А юная милашка София Коппола стала настоящим украшением фильма. Достойное завершение великой трилогии. Классика жанра! 8 из 10

Ненужное продолжение ?

После просмотра третьей части такой культовой франшизы остается много вопросов, но главный из них: Была ли вообще причина кроме денег, чтобы это снять ? Книга Марио Пьюзо, ставшая отличной основой для первых двух шедевров, закончилась как раз на середине второй части – там, где завершилась трагическая дуга Майкла Корлеоне. И этот переход от юношеского идеализма к жестокой, но неизбежной трансформации в нового Дона, показанный на контрасте с восхождением Вито, был абсолютно совершенен по драматургии и исполнению. «Крестный отец 3», к сожалению, лишен такого мощного фундамента. Без достойной истории сложно вывезти таких персонажей. Да, здесь по-прежнему отличный Аль Пачино – его Майкл, измученный годами власти, грехами и потерей, пытается выйти из тени и легализовать империю, и Пачино хорошо передает эту тяжелую усталость и горечь. Энди Гарсиа в роли Винсента Манчини тоже добавляет огня – его харизма, амбиции и ярость действительно оживляют экран. Основная интрига, завязанная на сделках с Ватиканом и банком, кажется надуманной и лишенной той органичной, захватывающей глубины, что была в первых частях. Перипетии с кардиналами, папами и финансовыми махинациями недостаточно убедительны, драматически слабы и, честно говоря, не вызывают того же леденящего интереса, что внутрисемейные конфликты или борьба с другими семьями в оригинальной дилогии. Это больше похоже на сложный, но сухой политико-финансовый триллер, натянутый на рамки саги о Корлеоне. Мэри Корлеоне (София Коппола) – ключевой персонаж в драме отца и центральный элемент трагедии финала. К сожалению, игра Софии часто будто выбивается из общего высокого уровня актерского ансамбля. Неопытность актрисы заметна, особенно в эмоционально заряженных сценах, что существенно снижает воздействие кульминации и мешает полному погружению. И не будем обходить 'слона в комнате'. Если в первой части оправданные 3 часа были необходимы, чтобы с эпическим размахом перенести на экран большой первоисточник, (из которого даже с таким размахов не все влезло), а во второй гениальное переплетение историй молодого Вито и Майкла такого масштаба, то в триквеле те же 3 часа ощущаются растянутыми. Сюжетные линии не настолько насыщены, темп иногда провисает. Не зря сам Фрэнсис Форд Коппола позднее выпустил режиссерскую версию, укоротив фильм на целых полчаса – это красноречивое признание того, что первоначальный монтаж был слишком длинным. По итогу получается очень спорное продолжение безусловно великой дилогии. «Крестный отец 3» – не ужасное кино, благодаря Пачино, Гарсиа и мощной финальной сцене, но это явно слабейшее звено. Без хорошей истории, он скорее раздутый по хронометражу политический триллер с привязкой к семье Корлеоне 7 из 10

Бунтарь, классик и визионер Фрэнсис Форд Коппола (часть 6)

Хотя собственно раскаянию Майкла посвящено всего несколько минут, Коппола попытался в третьей части сделать его концептуальным стрежнем, но тщетно, получилось ни то что плохо, а ужасно, поскольку фильм 1990 года противоречит предыдущим частям, и если и есть где-то героизация бандитизма, то именно здесь. Несмотря на то, что вторая часть «Крестного отца» завершалась полным разрушением семьи и волчьим одиночеством главного героя, третья начинается, как ни в чем не бывало, семейным праздником (как и в первых двух превращаясь в затяжную получасовую экспозицию). Вновь все выжившие в сборе, и даже Майкл здесь – не мелкая копия Люцифера, а бодрый старик с вечно смеющимися глазами (Пачино во многих своих ролях 1980-1990-х использует свое актерское дарование, чтобы создать некую типажную маску). Майкл максимально очеловечен: он кается, хочет сделать бизнес легальным, не отдает больше приказов убивать. Такое ощущение, что Коппола и Пачино запутались, забыли, каков их персонаж. Если первые две части, сколько бы они не длились, смотрятся легко, третья со своими почти тремя часами, мучительно долго, дело даже не в том, что здесь мало экшена: создателями картины сделано все, чтобы перечеркнуть психологические характеристики персонажей, раскрытых в первых двух частях. Такое ощущение, что это совершенно другие люди: что Конни, одобряющая душегубство, что Кей, прощающая Майкла (не будем забывать, что она сделала во второй части), что сам Майкл – почти рыцарь без страха и упрека, которого сценаристы и режиссер пытаются всячески оправдать. Что и говорить, единственным украшением ленты является дочь постановщика – София Коппола в роли дочери Майкла: чтобы не говорили о ее актерской игре, она чарующе красива здесь, а ее ухмылка и выражение лица – архетип соблазнительности. Третья часть «Крестного отца» провалилась в прокате не просто так, ведь это фактически новый фильм просто с теми же героями, что и в первых двух частях, ведь она полностью меняет их моральные акценты. Не спасают дело даже два жирных плюса – изображение коррупции в Ватикане и его связи с мафией (смелый шаг для 1990 года), а также напряжение последнего получаса (легко читаемый оммаж «Человеку, который слишком много знал» Хичкока). Кроме того некоторые эпизоды цитируют весьма подробно ударные сцены первых двух частей: параллельный монтаж в начале напоминает сцену крещения их первой части, убийство во время крестного хода – почти без изменения повтор схожего эпизода из второй, расправа в финале со всеми врагами, как в первой и второй, и многое другое. Такое ощущение, что Коппола занимается открытым самоцитированием, будучи не в силах изобрести ничего нового. И действительно к 1990 году, за плечами не только две части «Крестного отца», но и «Апокалипсис сегодня», «Разговор», «Люди дождя», «Бойцовая рыбка», «Изгои», провал «От всего сердца», в впереди лишь один триумф – «Дракула». Звезда Копполы к тому моменту закатилась, «Нового Голливуда» уже нет, и остается лишь повторяться, как концептуально, так и формально. Печально, однако, что этот закат пришелся в том числе и на завершение великой эпической истории. Съемки «Крестного отца 3» неслучайно так оттягивались во времени: сам постановщик понимал, что все уже сказано, и больше нечего добавить. Печально, что работа в третьей части не стала достижением и для Пачино, который в годы «Нового Голливуда» был выдающимся, гениальным актером (вспомним его трясущийся подбородок в сцене ссоры с Кей в «Крестном отце 2» или бегающие глаза перед двойным убийством в первой части), уже в 1980-1990-е он играет легенду, по сути дела, самого себя, используя лишь типажные приемы. Что уж говорить о красавчике Энди Гарсиа, завсегдатае гангстерских историй 1990-х, эта не работа, а халтура. Одним словом, зрители все поняли в 1990 году, когда смотрели третью часть, – не просто не шедевр, а фильм-перевертыш, зачеркивающий, а не завершающий великую историю семьи, которую погубила жестокость и исчезновение любви.

Не очень криминальная пародия

Чтобы не затягивать вердикт: фильм плох. Настолько плох, что я с порога рекомендую его просмотр опустить и закончить своё знакомство с криминалом Копполы на 2-й части Крёстного Отца. Если раньше нам демонстрировали гангстерскую драму с нотками триллера, то теперь... даже не знаю, как назвать недоразумение, в котором персонажи приписаны для галочки, а хорошо известные 'личности' вывернуты наизнанку. В угоду публике. В угоду времени и цензуре. Манеры, поведение и характер протагониста изменились на диаметрально противоположное: вместо рассчётливого, подлого и невероятно хитрого убийцы, перед нами кающийся барашек. Возникает вопрос, который был развеян сиквелом, но фигурировал в 1-й части: А как они дожили то до своих лет? Конец 20-го столетия изуродовал кинематограф до неузнаваемости. И Крёстный Отец 3 тому прямое подтверждение: - Вместо криминала у нас индульгенция. - Вместо семейной драмы у нас санта-барбара. - Вместо трясущейся в ужасе посреди дверного проёма вполне реалистичной жены дона мафии, которую лишили и детей и крова, перед нами охамевшая самка, способная поучать одного из самых опасных людей и неприкрыто хамить. - Вместо харизматичных центральных персонажей, у нас кукольный домик. - Попытка очернить духовенство, выдав их за шайку криминальных донов. - Дочка Корлеоне = Дочка режиссёра. По моему, это перебор. Даже не перебор с халтурой, а перебор с нанесением сюжету и оригинальной идее тяжёлых телесных увечий. Смотреть этот фильм было невероятно сложно. Какого-то напряжения или интриги не создаётся. Скорее возникает противоположное: вот сейчас этот крендель сделает вот э-...а ну да. Предсказуемо. Некая 'запретная связь' двух пластмассовых персонажей внутри сюжета подкрепляется лишь сотрясанием пальчиком и 'it's too dangerous!', от повторения которого к концу просмотра буквально тошнит. Единственное, что сделано интересно и занятно - это карикатурная двойка киллеров-сицилийцев, но...это всё-же персонажи эпизодические. В остальном перед нами шаблонно высокий градус идиотии и эпицентр бездарности. Спасает только местами неплохой саундтрек, операторская работа и стилизация окружения в целом. Крёстный Отец 3 - это фильм-халтура, сделанная в угоду публике и гнилым веяниям времени, которого лучше бы не было. Впрочем, для человека наблюдательного это всё - показатель, куда катится кинематограф и почему. Авторы наглядно продемонстрировали, что грозу преступного мира они легко могут превратить в тряпку. Могут изуродовать собственные задумки как угодно без всякого стыда. И всё что будет нужно, чтобы этого не заметили - это купить нужные овации на билборде.

«И когда мне показалось, что я завязал, они снова меня туда затащили» ©

Когда в 1974 году Френсис Форд Коппола выпустил вторую часть гангстерской саги «Крёстный отец» он ясно дал понять студии, что на этом всё. Для него никогда не существовало вероятности продолжения, поскольку он считал, что всё что можно было рассказать о семье Корлеоне, он показал в дилогии. И пусть ему удалось дважды войти в одну и ту же реку (фильм был успешен в прокате, собрал много наград и различных премий, хорошо был принят зрителями и кинокритиками), в очередной раз пытаться ухватить удачу за хвост режиссёр не стал даже пытаться. Но в 1980-х, после кассового провала проекта-долгостроя «Апокалипсис сегодня», показательно «убившего» Новый Голливуд, дела у Копполы стали не очень. В эру блокбастеров режиссёру не удалось снять ничего такого, что могло бы банально покрыть расходы при затратах. Так что когда Paramount в очередной раз заговорила о сиквеле «Крёстного отца» Коппола уже не был столь категоричен. Более того, решившись снимать, он собирался в третьей части убить наконец-то Майкла, назвав фильм «Смерть Майкла Корлеоне». Однако студия была против такого названия-спойлера, настояв на привычном для всех - «Крёстный отец: часть третья». Не то чтобы такая история создания третьего «Крёстного отца» оправдывала бы режиссёра, но это было одной из главных причин, почему фильму не удалось «выстрелить» и повторить успех предыдущих двух. На фоне дилогии новая часть, вышедшая в 1990 году, была какой-то обособленной, необязательной к просмотру. Я и теперь всякий раз, когда сажусь пересматривать всю трилогию Копполы, не могу воспринимать нормально финальную главу истории Майкла Корлеоне. И вот почему. Во-первых, новый фильм имел слишком много общих черт с первой частью. Нет, я не говорю о тех вещах, что повторялись от фильма к фильму (апельсины в кадре, как символ власти и смерти, расправа с врагами Майкла, снятая с помощью параллельного монтажа, все фильмы начинаются с празднования какого-то события в семье Корлеоне, куда приходят все: и друзья и будущие враги). я говорю о тех сюжетных параллелях с первой частью, которые выглядят как самоповтор (после пережитого покушения пожилой дон Корлеоне оказывается на больничной койке и в дело вступает тот из его семьи, кто всегда был не при делах). Вот только Энди Гарсия в роли Винсента Манчини (внебрачного сына Сонни Корлеоне) в качестве клона Майкла Корлеоне из первой части смотрится не так интересно, как сам Майкл когда-то. В первом фильме была шикарная игра Пачино, прошедшего самую настоящую трансформацию от благородного ветерана Второй Мировой войны до безжалостного мафиози. Здесь же Винсент склонен принимать решения быстро, но на горячую голову (как и его отец, собственно). Хотя, справедливости ради, под конец фильма Винсент тоже изменится (как и его дядя когда-то), научившись держать под контролем свои эмоции. Но сопереживать за этого персонажа у меня лично не получалось. Хотя к самому Гарсии претензий нет. Более того, возможно номинация его на Оскар за лучшую мужскую роль была вполне справедлива. Во-вторых, мне не очень нравится здесь Майкл в исполнении великолепного Аль Пачино. Когда к концу второй части он остался совсем один, в этом и было его наказание, его удел, его крест. Не нужно было снимать фильм, как он 20 лет спустя пытается походить на своего отца, став излишне сентиментальным, пытаясь замолить грехи прошлого, помириться с родными (и даже с бывшей женой). Возможно дело в зрителе, не понявшим дилогию и не осознавшем, что бывает с теми, кто встаёт на путь криминала. Тогда третья часть, где герой теряет своих близких, подспудно воспринимая это за наказание свыше за грехи прошлого, очень показательно показывает эту изнанку криминальной жизни. В-третьих, сюжет мне показался не настолько интересным, как в предыдущих частях, поэтому именно здесь особенно чувствовалась затянутость происходящего и очень большой хронометраж. Хотя отдам должное сценаристам, которые затронули в фильме реальные исторические факты (пусть и с конспирологической точки зрения). Я говорю о финансовых махинациях Банка Ватикана, а так же недолгом правлении Папы Римского Иоанна Павла I, что было отражено в фильме. Чаще всего, когда критикуют «Крёстного отца-3», достаётся и дочери режиссёра - Софии Копполе, сыгравшей роль дочери Майкла - Мэри Корлеоне. Мол, по блату пришла, играть и не умеет и т.д. Но я, честно признаться, не увидел в ней плохую актёрскую игру (просто нет такой сцены, где она бы переигрывала, или недоигрывала). Скорее всего таким персонаж просто вышел - живущим на своей волне, не имеющим отношения к преступным делам отца. Зато родная сестра режиссёра Талия Шайр (так же известная по роли Эдриан из франшизы «Рокки» с Сильвестром Сталлоне в главной роли), которая во всех частях снималась в роли сестры Майкла, никого не раздражает. Хотя мне кажется странным то, как сильно выросла её роль в третьей части (до этого она была эпизодическим персонажем, в то время как здесь «выросла» до роли второго плана). Ну и вообще, в том же 1990 году у фильма Копполы возник сильный конкурент - «Славные парни». На фоне оригинального мужского кино о мафии с крутыми Лиоттой, Де Ниро и Пеши в главных ролях, неспешный «Крёстный отец-3» с рефлексирующим Пачино явно проигрывал. Так что и в плане кассовых сборов и наград (фильм ничего не получил, несмотря на кучу номинаций) «Крёстный отец: часть третья» и получился таким неоднозначным, каким мы его знаем. В 2020 году в честь 30-летия фильма Коппола презентовал новую версию картины под иным названием - «Кода: Смерть Майкла Корлеоне». Однако, несмотря на заявления создателей, уверявших, что это перемонтированная режиссёрская версия, никаких принципиальных различий с театральной версией я не увидел. Даже смерть Майкла (заявленная в самом названии) и то отсутствует. Так что и в плане переиздания по отношению к третьей части есть небольшой осадочек. Сам по себе фильм неплохой. Но всё же дилогия была лучше. 7 из 10