Отпуск в готическом чистилище с пивом и карликами

Фильм Залечь на дно в Брюгге — это как тот самый просроченный бельгийский шоколад, который тебе впарили в сувенирной лавке под видом элитного трюфеля. Вроде сладко, но на зубах скрипит какая-то экзистенциальная стекловата. Режиссер берет вас за шкирку и бросает в ледяной канал средневекового уныния, где единственное развлечение — пялиться на лебедей и ждать, пока кто-нибудь кому-нибудь не прострелит башку. И, черт возьми, ожидание этого выстрела тянется дольше, чем монолог пьяного туриста о прелестях готической архитектуры. Это не криминальный боевик, это экскурсия по филиалу ада, где вместо котлов со смолой — пряничные домики и мертвая тишина. Дуэт главных героев — это ходячий анекдот, который забыли снабдить панчлайном до самого финала. Колин Фаррелл выдает здесь эталонного побитого пса с бровями домиком, чье нытье способно довести до суицида даже жизнерадостного лабрадора. Он мечется по экрану с грацией слона под лошадиным транквилизатором, пытаясь запить свою вину местным светлым и отбиться от приступов панической атаки. Рядом пыхтит Брендан Глисон — философствующий медведь-искусствовед, которому вместо бочонка меда выдали пушку и путевку в чистилище. Они бродят среди этих чертовых альковов, пытаются обсуждать вечное, а ты сидишь и думаешь, когда же эта ирландская тоска наконец-то сорвется в кровавое шапито. Пока один страдает от тяжести случайного греха, другой пытается найти утешение в картинах Босха, словно этот средневековый трип способен отмыть кровь с рук. Картина издевается над зрителем, подкидывая ему моральные дилеммы в обертке из грязных шуток и абсурдного насилия. Ты ждешь классического криминального замеса, а получаешь экзистенциальный кризис, помноженный на чувство вины, которое давит сильнее, чем каменные своды местных церквей. Это ловушка для разума: ты приходишь поржать над незадачливыми наемниками, а уходишь с ощущением, будто тебе самому нужно срочно исповедаться, причем желательно — бармену. Атмосфера здесь вязкая, как слюна бешеной собаки. Все эти узкие улочки, шпили и брусчатка создают ощущение захлопнувшейся мышеловки. История мастерски играет на нервах, подсовывая вместо ответов слепые случайности. Карлики-расисты, жрицы любви с золотым сердцем, слепящий кокаин отвратного качества — весь этот карнавал уродов кружится на фоне открыточных видов, создавая контраст, от которого тошнит эстетическим восторгом. Это кино про то, как два мужика приехали в гребаную сказку, чтобы на своей шкуре понять: в сказках тоже можно сгнить заживо, причем с особым цинизмом. Врывающийся в эту богадельню Рэйф Файнс — это буквально удар электрошокером по оголенным нервам здравого смысла. Его персонаж состоит из железобетонных принципов, ярости и такого количества свинца, что хватило бы на переплавку колоколов в той самой башне, на которую так тяжело забираться полным американцам. Но почему тогда всего лишь семерка? А потому, что лента слишком часто упивается собственной меланхолией. Семерка — это клеймо за то, что режиссер заставляет глотать тягучий артхаус под видом черной комедии. Действие зависает между пацанской разборкой и достоевщиной, словно нелегал на паспортном контроле. Эти диалоги о высоком иногда отдают такой дешевой театральщиной, что хочется кинуть мелочь в монитор, лишь бы эти страдальцы уже допили свое пиво и нажали на курок. Швырять монетки в этот кровавый фонтан можно бесконечно, но в итоге ты кристально ясно понимаешь, что даже в самом изысканном готическом чистилище рано или поздно начинает до одури тошнить от лебедей и морализаторства. 7 из 10

Брюгге как состояние души.

Знаете это странное чувство, когда декорации вокруг слишком идеальны для того ада, который творится у тебя внутри? Именно так я чувствую «Залечь на дно в Брюгге». Для меня это не просто криминальная драма, а какая то затянувшаяся прогулка по туманному чистилищу, где вместо чертей готические соборы и бельгийские вафли. Мартин Макдонах умудрился снять кино, которое умудряется быть одновременно невыносимо смешным и до слез болезненным, и этот контраст бьет по нервам сильнее, чем любой голливудский экшен. Рэй в исполнении Колина Фаррелла, это мое отдельное эстетическое удовольствие. Его брови живут своей жизнью, транслируя миру высшую степень экзистенциального отчаяния, и я ловлю себя на мысли, что в глубине души мы все немножко этот ирландский киллер, застрявший в чертовом сказочном городе, когда всё, чего хочется это просто исчезнуть. Его нежелание восхищаться архитектурой на фоне личной катастрофы кажется мне самым честным проявлением человеческой природы. В мире, где принято имитировать восторг, его искренняя ненависть к каналам и лебедям выглядит почти святой. Но больше всего меня цепляет то, как фильм заигрывает с темой искупления. Здесь нет однозначных героев или злодеев, есть только люди, связанные своими кодексами чести и фатальными ошибками. Гарри со своей бешеной принципиальностью вызывает пугающее уважение, а Кен тихую грусть, как человек, который нашел покой слишком поздно. Это кино о том, что от себя не убежишь даже в самый уютный средневековый городок, и что иногда расплата за ошибку это не пуля, а необходимость продолжать жить с тем, что ты сделал. Это фильм настроение, который идеально попадает в резонанс с теми моментами жизни, когда кажется, что мир вокруг замер, а ты стоишь на пороге чего-то неизбежного. Макдонах создал шедевр о том, что даже в самом тупиковом сюжете есть место для милосердия, пусть оно и выглядит как окровавленный снег на старой площади.

'Город, как в сказке...'

Фильм рассказывает нам историю о двух британских гангстерах. В народе есть режиссер, который ассоциируется с таким образом – Гай Ричи, автором динамичных криминальных комедий, как, например, «Карты, деньги, два ствола». Но Мартин Макдона использует этот образ для раскрытия других, более философских вопросов. Он задает серьезные жизненные вопросы: что такое счастья и что можно считать по-настоящему важным в жизни. Также в фильме показан конфликт поколений, который демонстрирует разные взгляды на мир. Для раскрытия этих вопросов фильм использует целый набор инструментов. Самым главным из них является замечательный город Брюгге. Его можно назвать своеобразным участником действия. Его древняя, классическая архитектура создает особенное меланхоличное настроение, которое дополняется великолепной музыкой и атмосферой рождества. Красота и чрезмерное спокойствие города не раз будет упомянуто в фильме. Будем честны, без хорошего актерского состава трудно было бы назвать фильм хорошим. Состав здесь великолепен. Замечательный Рэйф шанс, который в очередной раз демонстрирует свой талант, играя властного и принципиального лидера. Несколько недооцененный, но в тоже время безумно талантливый Колин Фаррелл в очередной раз великолепно справляется со своей ролью – молодого, импульсивного персонажа, для которого Брюгге представляется «золотой клеткой». Брендан Глисон, которого многие могут знать по роли Аластора Грюма в «Гарри Поттере», составляет ему великолепную антитезу. Он играет роль наученного жизнью, взрослого человека, который на возможность побывать в таком прекрасном городе смотрит иначе. По итогу мы имеем фильм, который впечатлил меня своей неожиданной глубиной и смыслами. Честным будет сказать, что здесь есть и спорные моменты: порой излишняя жестокость, а, если так подумать, то моральный облик героев не позволяет назвать их нравственно прекрасными. Но фильм не об этом. Фильм о жизни, о выборе и о том, возможно ли искупить ошибки прошлого. С этой задачей он справляется великолепно. 9 из 10

«Залечь на дно в Брюгге» — фильм, который невозможно оценить цифрами. Впечатления от него не передать парой предложений. Картина полнится контрастами: она скучная и экстравагантная, трагичная и смешная, жестокая и наивная. И в этом её прелесть, её шарм, её неповторимый стиль. Итак, двое преступников приезжают в занудный исторический город Брюгге в Бельгии. С самого начала фильм статичен. Не происходит ничего существенного — вас погружают в скуку, рассказывая о каналах, зданиях и, конечно, лебедях. В это время режиссёр планомерно знакомит зрителя с героями, расставляет «чеховские ружья». Кстати, о них: эти ружья — основа фильма. Всё в нём взаимосвязано. Это прекрасно подчёркивает, что Брюгге — маленький город, где все друг друга знают и где всё переплетено. События заставляют себя ждать, словно нарочно побуждая выключить фильм. Но внезапно, ни к селу ни к городу, нам показывают яркую, выделяющуюся сцену, раскрывающую трагедию героя. Она невероятно контрастирует со спокойной отрешенностью предыдущих и части последующих сцен, заставляя зрителя почувствовать себя на месте персонажа, который не может оправиться от шока. Это становится самым ярким впечатлением: на фоне серого города оно тянет к себе взгляд, словно пятно ярко-красной краски, — хотите вы того или нет. «Театр абсурда» — так я бы описал персонажей. Каждый из них кажется «не от мира сего», каждый странноват. Но именно это делает их притягательными. Прежде чем раскрывать эту тему, стоит упомянуть дубляж. Он ужасен: голоса подобраны неплохо, но диссонанс между игрой актёров и озвучкой возникает слишком часто. Кстати, игра актёров сама по себе интересна театральной экспрессивностью. Герои ярко переживают каждое, даже незначительное действие, что подчёркивает их необычность. Среди них нет заурядных — они становятся основой юмора. Юмора местами чёрного, местами абсурдного, но приятного. Что в итоге? Хвалить режиссуру можно бесконечно. Её приятно анализировать, о ней хочется размышлять. Мне бы хотелось рассказать о финале, но боюсь портить впечатления. Этот фильм заслуживает внимания каждого. Подобные эмоции редко встретишь в кино. Найдите пару часов на просмотр — равнодушными «Залечь на дно в Брюгге» вас не оставит.

Мартин Макдона, карьера в кино (часть 1)

Ирландский драматург Мартин Макдона, известный своей шокирующей пьесой «Человек-подушка», за пятнадцать последних лет поставил уже четыре полнометражных картины, из-за чего его карьера, как кинорежиссера, может считаться состоявшимся документом истории экранного искусства. Взяв за основу криминальные комедии Тарантино и Гая Ричи, Макдона в своем полнометражном дебюте «Залечь на дно в Брюгге» значительно обновляет и оживляет жанр, прежде всего, необычным «черным» юмором и нестандартными диалогами с обилием ненормативной лексики. Дебют Макдоны в полном метре получился очень необычным, почти беккетовско-пинтеровским (вспоминается в частности пьеса Пинтера «Кухонный лифт»), с множеством полуреалистических абсурдных ситуаций. Лента не состоялась бы без слаженного актерского дуэта Фаррела и Глисона (в последней на данный момент картине Макдоны этот дуэт снова возникает), играющих в полудраматическом-полукомедийном ключе. Прекрасная фортепьянная музыка Картера Беруэлла сообщает криминальному сюжету фильма некоторое меланхолическое звучание, а красота самого бельгийского города, его неуместность в эпоху глобализации, делает его своеобразным чистилищем для прячущихся от правосудия киллеров. «Залечь на дно в Брюгге» не каждому зрителю понравиться, прежде всего, потому, что перед нами – своеобразный жанровый перевертыш, фильм, прикидывающийся то комедией, то драмой, то триллером, то в финале даже боевиком. Однако, Макдона создал также во многом эталонную для жанра криминальной комедии картину, значение которой для истории кино еще предстоит осознать. Рядовому зрителю покажется, что лента очень долго раскачивается, приобретая черты экшена лишь в финальные полчаса. В то же время сложный стилевой сплав макдоновского дебюта, обилие психологически пронзительных сцен указывают на то, что это не только комедия, но еще и трагедия почти в христианском духе, то есть трагедия осознания преступления и последующего раскаяния. И то, что Брюгге оказывается чистилищем, в котором мучаются от ожидания души убийц, - не просто красивый символический ход режиссера, его, как драматурга, прежде всего, заботит экзистенциальное, онтологическое измерение истории (иначе Макдону просто не ставили бы в один ряд с Беккетом при сравнении его пьес с произведениями великого ирландца). Макдона не так беспросветно мрачен, как Беккет, но и не пуст, как те же Тарантино и Гай Ричи, увлекающиеся, прежде всего, формотворчеством и новыми стратегиями сюжетосложения, их кинотексты не онтологичны, они не тянут на уровень притчи. Что же касается «Залечь на дно в Брюгге», то фильм не случайно не вызывает гомерического хохота своими кроваво-абсурдными ситуациями и внешне нелогичными диалогами, как «Криминальное чтиво» или «Большой куш», он сразу, с первых минут выруливает в плоскость общечеловеческих обобщений, и именно этим берет зрителя за горло. И пусть в этой сложно устроенной и мастерски рассказанной истории все в итоге погибают: по мысли Макдоны, герои его фильма уже мертвы, с тех пор как запятнали себя преступлениями. Таким образом, «Залечь на дно в Брюгге» - почти «Преступление и наказание», но написанное не Достоевским, а Беккетом в атмосфере стремительно девальвирующихся ценностей торжествующего постмодерна, Беккетом, разочарованным и отчаявшимся, но не перестающим шутить. Что же касается влияния на замысел Макдоны и его исполнение на экране еще одного маститого англоязычного драматурга Гарольда Пинтера, то оно тоже очевидно. За счет этой многослойности и разнонаправленности самых взаимоисключающих литературных и кинематографических влияний дебют Макдоны и срабатывает, удивляя даже насмотренного зрителя и спустя пятнадцать лет.

О чем на самом деле 'Залечь на дно в Брюгге'

Мартин Макдона. Мы знаем этого режиссера по таким фильмам 'Три биллборда на границе Эббинга, Миссури', фильме который получил множество значимых наград на международных фестивалях, Семь психопатов - очень неординарный фильм с блистательными актерами и конечно последняя и очень значимая для редиссера работа - Банши Инишерина. Чем примечателен и интересен Мартин Макдона? В первую очередь умением соединять несочетаемое. В его картинах очень гармонично сочетаются такие жанры как триллер, драма и сатира. Но почему он так тяготеет к такому смешению жанров? Причина кроется в его детстве и юности. Он рос в простой ирландской семье. Его кумиром был никто иной как Квентин Тарантино. Возможно именно поэтому многие их часто сравнивают. Однако у режиссера свой самобытный стиль, где-то напоминающий Тарантино и Гая Ричи, но все же очень отличающийся от них. Как и в Криминальном чтиве героями фильма являются два наемных убийцы, но вот мораль у этих фильмов очень разная. Мы видим что герои совершают абсолютно иной выбор. Это как бы другой взгляд режиссера на очень известный дуэт Джона Траволты и Самюэля Джексона. Но конечно внимательный увидит эту параллель. В отличии ироничного и местами даже циничного Квентина Тарантино Мартин Макдона напротив закладывает абсолютно иную мораль. И под, с виду, нарочито жанровым криминальным боевиком скрывается глубокая рефлексия режиссера. Давайте попробуем вместе разобраться о чем на самом деле фильм “Залечь на дно в Брюгге” Фильм строится на контрастах и противоречиях. Сначала мы знакомимся с двумя абсолютно разными героями. Один глубоко рефлексирующий и воодушевленный, другой кажется подавленным и депрессивным. Да и само место, где происходят события фильма, это небольшой город Брюгге в Бельгии, с его невероятной готичной и барочной архитектурами, которая сама по себе является произведением искусства. Мы видим весьма противоречивый город, в этом архитектурном раю мы встречаем различных отбросов общества: мошенников, убийц, проституток. Неслучайно в фильме герои встречаются с триптихом Иеронима Босха «Судный день» который и прекрасен и ужасен одновременно. Конечно же появление триптиха метафорично, он олицетворяет контрасты фильма. Это и контраст невероятно красивого города в рождество, что явно отсылает нас к левой створке триптиха. И контраст самих героев: Герой Брендана Глисона поражен и воодушевлен этим местом, а герой Коллина Фаррела напротив, находясь в этом раю видит чистилище. Центральная створка работы – Страшный суд. В верхней части изображен Господь, рядом с ним – Мадонна, защитница всех грешников. Ангелы трубят в трубы возле трона Христа, оповещая всему человечеству о том, что День Страшного Суда настал. Возле престола – небольшая горстка праведников. Конечно же Брюгге и есть место страшного суда, который должен случится в этой истории. И для героев уготован путь в рай или ад. Безусловно как и картина Босха - это библейская история, даже евангилейская. Это история о том, что сила в любви. В подлинном альтруизме и самопожертвовании ради ближнего. И вот здесь кроется главная отличительная черта Макдоны от других режиссеров: его любовь и вера в людей. Нельзя не отметить восхитительный саундтрек фортепианной партии Картера Бауэра и арии Франса Шуберта 'Шарманщик'. Тщетно ждет бедняга, – денег нет и нет. Люди и не смотрят, слушать не хотят, Лишь собаки злобно на него ворчат. Все покорно сносит, терпит все старик, Не прервется песня и на краткий миг, Не прервется песня и на краткий миг. Хочешь, будем вместе горе мы терпеть? Хочешь, буду песни под шарманку петь? Говорят, что Шуберт спел эту арию трогательным голосом после смерти Бетховена. «Хочешь, будем вместе горе мы терпеть» Ария отлично передает 'вайб' всего фильма 'миланхоличный и бодрящий одновременно'. Подобно тому как Шуберт переживает смерть Бетховена мы горюем вместе с героем Колина Фарелла Каждый из вас может найти что-то своё. Кто-то скажет, что это триллер или комедия. Вы можете ненавидеть героев или сопереживать им. Но, однозначно, этот фильм вам запомнится и определенно не оставит равнодушными.