Обладатель четырех Оскаров (в том числе двух самых главных) фильм от братьев Коэнов будет по сути разделен на два слоя: один из них это криминальный триллер (и даже вестерн), который расскажет весьма занятную историю о том, как обычный работяга случайно получает деньги наркодилеров и какую цепь ужасных событий это запустит, а второй это достаточно глубокое философское размышление о смене времен и поколений. Здорово то, что эти два слоя оба классные и, в общем-то, могут вполне существовать «по отдельности». В том смысле, что сама история без глубоких погружений в метафоры и образы сморится отлично, и то самое погружение и поиск всевозможных философских форм и представлений тоже не менее увлекателен. Однако, первый слой всё же заинтересовал меня сильнее. Итак, у нас есть обычный рабочий представитель Техаса, который натыкается в пустыне на гору трупов, грузовик наркотиков и очень привлекательной сумму наличными. Он решается забрать эту сумму себе, чтобы начать новую и увлекательную жизнь. Однако, тем самым навлечет на себя наёмного убийцу, и всё это запустит увлекательную цепь жестоких событий. Наёмный убийца, которого сыграл Хавьер Бардем, и за которого получил абсолютно заслуженный Оскар, конечно, очень крут. Он, конечно же, отлично играет, но и его визуальный образ приносит исключительное удовольствие и врезается в память. Забыть и не ассоциировать эту ленту именно с этим персонажем просто невозможно.

Печальный современный вестерн

Лльюеллин Мосс, простой техасский работяга, натыкается в пустыне на следы бандитской разборки, включая чемодан денег. Недолго думая, он забирает наличку себе, но понимает, что деньги будут искать. Отправив жену к матери, он пускается в бега, и не зря: за ним уже идет особо отмороженный киллер Антон Чигур... На самом деле эти догонялки по техасской глубинке - всего лишь фон для философских размышлений о меняющемся мире. Действие происходит в 1980 году, на пороге нового, безбашенного десятилетия. Народ раскрепощается, а преступники распоясываются, и уровень насилия зашкаливает. Обо всем этом рассуждает местный шериф, готовящийся к выходу на пенсию. Его отец и дед тоже были шерифами, и оба до пенсии не дожили. Он же дожил и получил возможность оглянуться вокруг и понять, что это не тот мир, который он знал, в том числе мир криминальный. Он не готов к такому кровавому болоту, к психам вроде Чигура и полномасштабным перестрелкам под боком. Собственно, почти вся его роль сводится именно к этим, довольно картинным, рассуждениям. Он - тот самый старик, которому тут не место. Мосс же - в какой-то мере типичный для Коэнов персонаж, который наделал глупостей и вписался в криминальную историю, в которой от него ничего толком не зависит, и теперь просто пытается выжить. Такой герой был в 'Фарго', в 'Просто крови' (ну, почти), в 'Большом Лебовски'. И не поможет ему ни куча денег, ни полиция, ни мафия, которой методы Чигура уже поднадоели. То, что казалось верным делом, превратилось в авантюру, и теперь герою приходится прятаться, пока из-за него гибнут люди. Ничего не поделаешь, сам вляпался - сам и вылезай. Чигур же стал чуть ли не маскотом фильма. Высокий, с неподвижным лицом и мертвым взглядом, с дурацкой, но актуальной в те годы прической, с пистолетом для забоя скота и привычкой играть с жизнями случайных людей. Это чудовище без морали и жалости к окружающим действительно впечатляет. Эксцентричных киллеров в кино масса, но Коэны сделали этого героя не столько эксцентричным, сколько реалистичным - настолько, что его наряду с Джокером из 'Темного рыцаря' всерьез изучают психологи. Кстати, сыгравший Джокера Хит Леджер тоже мог бы появиться в 'Стариках' в роли Мосса, но не срослось. 'Обычный' эксцентричный киллер, впрочем, тоже присутствует - и Вуди Харрельсон в этой роли великолепен. Конечно, хороши и остальные второстепенные персонажи, но этот - самый яркий и запоминающийся. Конечно, великолепны и остальные актеры - и храбрящийся Джош Бролин в роли Ллевеллина, и усталый Томми Ли Джонс, и остальные. Но вряд ли кто-то возразит, что Хавьера Бардема в роли Чигура никто не переплюнул. Это слишком гениально. Хорошо получилась и эстетика - мрачная, пыльная, отлично создающая атмосферу пустоши, в которой героев ждет в основном смерть. И больше всего она тяготеет к... вестерну! Да, с машинами вместо лошадей, с пистолетом для скота вместо 'Кольта' и с наркодилерами вместо грабителей. Даже почти без шляп и перестрелок (шляпу носит только Харрельсон, причем белую - забавно, что по канонам вестерна это примета хорошего парня). Но все же это именно вестерн, пусть и сильно осовремененный. А что, техасские пустоши с позапрошлого века не особо изменились, и бандиты там по-прежнему водятся, как и в любом приграничье. И жизнь на этом дальнем американском фронтире вполне может обернуться выживанием в уголовном аду. Суть вестерна именно в этом и заключается - в преступности, авантюризме и духе фронтира, а вовсе не в 'Кольтах' и лошадях. А еще этот вестерн очень горький. Это история еще и об усталости и неспособности принять изменения мира. Мир не спрашивает, когда ты будешь готов, - он просто становится другим, и в какой-то момент вполне реально понять, что ты его больше не понимаешь. Но за этот аспект сюжета полностью отвечает герой Томми Ли Джонса. И это главный недостаток фильма, ибо этот герой обитает как будто в своей собственной истории и с остальными почти не пересекается. Да, он важен, а его финальное решение в чем-то деконструирует законы жанра, но все это происходит где-то сбоку, как будто авторы не поняли, как привязать его ко всему остальному. Но фильм все равно хорош. Это одновременно и крутой, и жутковатый, и психологичный, и очень печальный шедевр жанра, не побоявшийся выйти за его рамки. 'Старикам тут не место' уверенно балансирует на грани вестерна и драмы, блокбастера и авторского кино. Гениально, иначе не скажешь. 9 из 10

Когда зло перестаёт быть понятным

Фильм, который многие считают скучным, затянутым и «ни о чём». Фильма, где нет музыки, нет однозначно положительных героев, а финал оставляет зрителя в состоянии лёгкого недоумения. Речь, конечно, о шедевре братьев Коэнов «Старикам тут не место». Так вот, если вы после просмотра не поняли, про что кино, — это не у фильма проблемы. Это у вас проблемы. Потому что это — не развлекалово. Это — глубокая, как Марианская впадина, и беспощадная, как удар скотобойным пистолетом в лоб, философская притча. Для начала надо понять главное: это не криминальный триллер про то, как один мужик нашёл чемодан с баблом, а за ним гонялись бандиты. Это — кино про столкновение трёх миров, трёх эпох, трёх философий. И про то, как старый, понятный мир с его правилами и понятиями рушится под натиском нового, иррационального, абсолютного зла. Это не вестерн. Это — реквием по вестерну. Пункт первый: Шериф Эд Том Белл — Старик, которому здесь не место. Вот он, главный герой, хоть и появляется на экране реже остальных. Шериф Белл в исполнении Томми Ли Джонса — это и есть тот самый «старик». Он — человек старого мира. Мира, где у всего были причины и мотивы. Где бандиты грабили ради денег, убивали из мести или чтобы скрыть следы. Мира, который он понимал и в котором умел работать. Он не трус и не размазня. Он — опытный, толковый, повидавший всякого коп. Но он сталкивается с тем, чего не может понять. Он сталкивается с Антоном Чигуром. Он пытается найти в его действиях логику, мотив — и не находит. Он видит не преступника, а стихийное бедствие, чуму, ураган. Зло, которое действует не по человеческим законам, а по своей собственной, чудовищной логике. И это его ломает. Не страх, а непонимание. Его мир, с его «понятиями», с его верой в то, что добро и зло — это понятные категории, рассыпается в прах. Его знаменитые монологи в начале и в конце фильма — это монологи человека, который осознал, что мир изменился настолько, что он в нём больше не ориентируется. Его инструменты — здравый смысл, опыт, знание человеческой натуры — перестали работать. И он уходит. Не потому, что испугался. А потому, что понял своё бессилие. Он — честный человек, который признал, что для этого нового мира у него нет ни оружия, ни карт. Пункт второй: Ллевелин Мосс — Дурак, который решил, что он хищник. А вот это — центральная жертва. Типичный представитель рода человеческого. Ветеран Вьетнама, простой работяга. Он не плохой и не хороший. Он — никакой. Но в нём, как и в большинстве, живёт червячок жадности и тщеславия. Найдя на месте бандитской разборки чемодан с двумя миллионами долларов, он совершает главную ошибку в своей жизни. Он решил, что он — игрок. Что он — хищник, который может обмануть других хищников. Он подумал, что это — его шанс, его «американская мечта». Но он — не хищник. Он — добыча. Он умён и ловок на тактическом уровне — умеет прятаться, стрелять, мастерить всякие приблуды. Но стратегически он — полный, конченый идиот. Он не понимает, с какими силами связался. Он думает, что это игра по правилам, где можно быть хитрее. А это — не игра. Это — судьба. И весь его путь — это отчаянная, но бессмысленная беготня мыши от удава. Он может петлять, кусаться, но финал предрешён. И самое гениальное в фильме — нам её вообще не показывают. Мы видим только результат. Потому что он — никто. Он — всего лишь ещё одна случайная жертва своей собственной глупости. Его личная драма не имеет никакого значения в этой большой, безразличной вселенной. Он просто попал под каток. Пункт третий: Антон Чигур — Воплощённый Рок. А вот это — и есть каток. Антон Чигур в гениальном исполнении Хавьера Бардема — это не просто наёмный убийца. Это — не человек. Это — принцип. Это — Рок, Судьба, Смерть с пневматическим пистолетом вместо косы. У него нет эмоций. У него нет понятных человеческих мотивов. Он не убивает ради денег — деньги для него лишь инструмент. Он не убивает из злости или садизма. Он убивает, потому что таков порядок вещей. Он — носитель своего собственного, извращённого, но абсолютно последовательного кодекса. Его знаменитая монетка — это не игра в «орлянку». Это — ритуал. Он не решает, жить человеку или умереть. Он предоставляет это «судьбе», которую сам и олицетворяет. Он — всего лишь исполнитель приговора, который уже вынесен. Он — чистое, дистиллированное зло, лишённое всякой психологии. Он — профессионал высшей пробы. Методичный, неумолимый, эффективный. Он — идеальная машина для убийства. И именно поэтому он так страшен. Потому что с ним нельзя договориться. Его нельзя понять. Его нельзя разжалобить. Можно только бросить монетку. И надеяться. Про ремесло Коэнов То, как этот фильм сделан, — это высший пилотаж. Отсутствие музыки. Главный приём. В фильме почти нет закадровой музыки. И от этого — тишина становится оглушительной. Каждый выстрел, каждый скрип ботинка, каждый щелчок — всё звучит как удар молота по нервам. Коэны не говорят тебе, где бояться. Они создают такую атмосферу, что ты боишься постоянно. Диалоги. Диалоги — это поэзия. Каждая фраза отточена, как лезвие. Ни одного лишнего слова. Люди говорят не для того, чтобы обменяться информацией, а чтобы вскрыть свою суть. Разговор Чигура с мужиком на заправке — это одна из величайших сцен в истории кино. Насилие. Насилие здесь — не аттракцион. Оно — будничное, отвратительное, деловое. Как забой скота. Никакого пафоса, никакой героики. Просто грязная, кровавая работа. Итог «Старикам тут не место» — это не кино для отдыха. Это — тяжёлое, умное, философское кино, которое задаёт очень неприятные вопросы. Вопросы о природе зла, о судьбе, о том, что бывает, когда старый мир сталкивается с новым, который ему не по зубам. Это — шедевр, который надо смотреть с включёнными мозгами. Это — фильм, который остаётся с тобой надолго после просмотра, как привкус железа во рту. Это — беспощадный диагноз нашему времени. Времени, в котором старикам и их понятиям действительно больше нет места. Безусловный шедевр. 10 из 10

'Теряя время на попытки вернуть то, что у тебя отняли, рискуешь потерять еще больше.'

Чего однозначно не занимать данной картине, так это безупречной картинки и саспенса. Заставить зрителя не отрываясь следить за происходящим в течение двух часов, не замечая их, да так, чтобы потемневший вдруг экран вызвал недоумение - это талантливо. И в этом я почти не выказываю сарказма. Следить за действием было действительно увлекательно, а достоверность и живописность картины происходящего вынуждала жмуриться на кадрах открытых ран и неистово переживать за героев, временами, затаив дыхание. Два часа пролетают незаметно и всё же, был ли обман в том, что в конце фильма авторы, которые тонко провели нас по хитросплетению стольких линий, оставили в конце многоточие? Провели. В обоих смыслах: сначала за ручку, а затем и надули. Надули в том, что история Ллуэлина закончилась с его последним появлением в кадре. Далее следовал эпилог: фильм дает тот самый леденец для смакования в виде нескольких событий из жизни охотника и шерифа, чьи пути без главной искры в лице Ллуэлина, разошлись. Рефлексировать Итан и Джоэл Коэны приглашают нас еще до затемнения кадра перед титрами. Начнем с судьбы Карлы. Для меня вытирание ног Антона на пороге ее дома говорит само за себя. Весь фильм он всячески старался не оставлять следов своей крови и не пятнаться в чужой. Это та жертва, на которой стоило остановиться. Монетка это своеобразная лазейка в договоре Чигура со своими демонами: он не смеет поступиться принципами, якобы отдавая решение в руки судьбы или, как будто, самого человека. Шанс не блеф, момент с продавцом в магазине проводит параллель, ярко это иллюстрирующую. 50/50 это больше, чем 0, но справедливо ли такое решение, если девушка до последнего оставалась в стороне от происходящего. Быть может, это был шанс Антона остановиться... Гоняться за призраками, а именно так называет Эд Том убийцу Антона, - бесполезное занятие. Киллер, считавший, что всё знает наперед, возомнил себя вершителем судеб, а потому получает кармическое возмездие от неотвратимой силы иного ранга, с которой он посмел тягаться. Он снова скрывается, едва ли уже будучи человеком со своими античеловеческими принципами. Эд Том понимает это, и единственный не считает чудаковатого киллера сумасшедшим. Он воспринимает убийцу, как дух нового времени, в котором старикам, с их отжившими своё идеалами, попросту не осталось места. Основной посыл фильм такой же суровый, как и весь жанр вестерна (или неовестерна в этом случае) — от смерти не убежишь, утраченного не вернешь, назад не отмотаешь. Третьим тезисом, собственно, и обозначает свой путь главный герой. 'Я сам скажу маме, что скучаю'. Что до тех, кто в один момент решил вовремя отказаться идти напролом, быть может повезет встретить спокойную старость и даже видеть сны. Это не геройское кино, это, если угодно, кино-притча с массой вкусно поданных символов и аллегорий в красивой обертке из шикарной операторской работы и талантливой игры актеров. Достойно 7 из 10

Сперва критики списывают тебя со всех счетов после 'Игр джентльменов', а затем ты снимаешь шедевр. Если составить рейтинг моих любимых фильмов, которых у меня достаточно, 'Старикам тут не место', однозначно, войдёт в первую 20-ку. Вне всяких сомнений, это не только одна из лучших режиссёрских работ Итана и Джоэла Коэн, но и одна из самых самобытных картин в истории кинематографа, в принципе. По крайне мере, я не знаю ни один другой фильм, который был бы похож на этот. Прежде всего, хочу отметить тонкую режиссуру братьев Коэн. Фильм прочно завладевает зрительским вниманием уже со вступительной сцены, не ослабляя его вплоть до самых финальных титров. Дух преступного западного Техаса 80-х годов передан необычайно ярко. А отсутствие какого-либо музыкального сопровождения делает атмосферу кино ещё более осязаемой. И снят фильм просто великолепно. Ещё один большой плюс я ставлю братьям Коэн за отсутствие клише и штампов в их работе. А за хорошо прописанные, философские диалоги я говорю отдельное 'спасибо'. Сперва люди крутят пальцем у виска, утверждая что ты не подходишь для роли, а затем ты получаешь за неё 'Оскар'. Когда стало известно, что на роль Антона Чигура утвердили Хавьера Бардема, многие восприняли это негативно. А затем эти же люди, разинув рты, наблюдали за его мастерским перевоплощением на экране. И представить на его месте другого актёра просто не представляется возможным. Он просто безупречно вошёл в образ своего персонажа, полностью затмив и брутального Джоша Бролина, и ветерана кинематографа Томми Ли Джонса, и даже харизматичного Вуди Харрельсона, которого я лично считаю одним из лучших актёров современности. Это настоящий бенефис Бардема. Вершина его актёрского мастерства. Лучшая его роль в карьере, вне всякого сомнения. 'Старикам тут не место' - это, не побоюсь этого слова, великое кино. В котором нет ни единого изъяна. И было очень приятно освежить его в памяти 10 из 10

Американская хтонь братьев Коэнов (часть 10)

Со времен «Фарго» в коэновской фильмографии не было фильма столь кровавого и жестокого, как «Старикам тут не место», это некий пессимистический апогей их совместного творчества. Может, свою роль сыграла экранизация романа Кормака Маккарти (один кинокритик назвал его «литературным братом Сэма Пекинпа»), известного своим мрачным и жестким взглядом на вещи. В то же время, история, рассказанная в книге и фильме, типично коэновская, даже юмор в ней есть, однако, события, описываемые в них, иначе как апокалиптическими не назовешь. Концептуальным рефреном в «Стариках…» становятся слова, что мир как-то неуловимо изменился, и те полицейские, которые раньше и револьвера из кобуры не вынимали, теперь вынуждены наблюдать какую-то вакханалию насилия. Откуда эти люди? Почему они убивают друг друга? Кто такой Антон Чигур? На эти вопросы зритель ответов так и не получит. Впрочем, как и финального торжества справедливости и логики. Герой Бардема здесь олицетворяет собой иррациональное абсолютное зло, которое постоянно ускользает от возмездия, другие же герои включая шерифа в исполнении Томми Ли Джонса и главного протагониста, играемого Джошем Бролином, при всей их манифестированной мужественности не способны ничего поделать с подминающим их под себя маховиком хтонических сил. «Старикам тут не место» - кино о бессилии остановить и обуздать зло, о нелогичности его проявлений, о мире, покинутом и забытым Богом. Маккарти как атеист сделал эти интенции стрежнем своего творчества, что видно и по экранизации его пьесы «Сансет Лимитед», также прекрасно адаптированной для экрана. На этот раз Коэнам не до смеха, слишком страшные события они описывают, но серьезность на этот раз (в отличие, скажем, от «Железной хватки») не провоцирует их на патриотический пафос и плакатность. Во второй раз в своей карьере постановщики достигают максимума фестивального признания: если «Бартон Финк» собирает урожай в Каннах, то «Старикам тут не место» - сразу четыре «Оскара», обгоняя даже «Нефть». Неутешительные результаты рефлексии Коэнов над жизнью, миром и человеком видны уже в их дебюте «Просто кровь», их первом безусловном шедевре и потом еще как минимум дважды (в «Фарго» и «Стариках…») достигают пика в своей визуальной выразительности. Кто-то до сих пор считает этих режиссеров постмодернистскими комедиографами-пересмешниками, работающими на грани массового кино, однако, темы, которые они поднимают, слишком серьезны, хоть и погружены часто в черный юмор. Джоэл и Итан Коэны – художники конца истории, гибели традиции и торжества непонятных, враждебных человечеству сил, они постулируют и убедительно доказывают, что мир необъясним, а всякие индивидуальные попытки его интерпретировать лишь сводят своих субъектов с ума. При таком масштабе философских обобщений будем надеяться, что эти киномыслители не перестанут снимать кино вместе, восстановят свой творческий тандем и еще удивят нас своими работами.