nasteishayaВавилон – это самое волшебное место на земле
Кончик языка совершает путь в три шажка вниз по нёбу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ва. Ви. Лон. Если бы Гумберт Гумберт работал в киноиндустрии, это был бы его ребенок. Настоящее удовольствие для синефилов. Главное – не перепутать корень.
Дэмьен Шазелл, в общем-то, планомерно шел к этому в течение нескольких лет, но проект ему доверили только сейчас: стоило показать себя в работе над «Ла-Ла-Лендом» и «Одержимостью». Хотя стиль режиссера прослеживается во всех его работах, это не просто кино, это музыкальное кино. Кстати, совместная работа с композитором Джастином Гурвицем уже превратилась в тенденцию. Шазелл и Гурвиц сотрудничают еще со времен учебы в Гарварде. И если сам фильм вызвал неоднозначную реакцию, то работа композитора удостоилась только положительных рецензий и была отмечена «Золотым глобусом» и некоторыми другими профессиональными наградами. «Coke room» отбивает очень четкий, ритмичный по счету 4/4 сюжет всего фильма.
В общем и целом, такая позиция критиков ясна: многие отмечают сбивчивое, слишком энергичное повествование Шазелла. Но так в основном говорят народные критики, ставящие себя на место обычного зрителя. Кому нужны эти три часа пошлости и лирических отступлений? С коммерческой точки зрения фильм безапелляционно провалился, заработав в прокате в два раза меньше того, что было вложено. Но ведь критик не бухгалтер. Кинокритик, как знаток индустрии, должен отмечать все слои, имеющиеся в фильме.
А слои можно снимать, как с луковицы. На поверхности мы имеем трагичную историю восхождения и падения трех работников киноиндустрии. И герои эти весьма архетипичные. Сколько реальных имен может стоять за этими вымышленными? Молодой мексиканец Мэнни Торренс (Диего Кальва), кое-как пересекший границу с Мексикой и нашедший свое место в Голливуде, проходит путь от мальчика на побегушках до личного ассистента успешного режиссера. Старлетка Нелли ЛаРой (Марго Робби) – многообещающая, талантливая звезда немого кино, не справляется с испытанием славой, наркотиками и звуком. А Джек Конрад (Брэд Питт), который когда-то был мастодонтом классического Голливуда, теперь превратился в самого переоцененного актера и продюсера своего времени.
Если копнуть немного глубже – мы получим историю, как в Голливуд пришло звуковое кино. Много лет назад классика немого метра Чарли Чаплина ждало такое же разочарование – и если он так и не адаптировался под новые технологии, то Нелли ЛаРой не справилась бы и подавно. Индустрия не терпит такие кейсы и не дает им второго шанса. Кстати, повествование не обходится без упоминания важных вех и персоналий. Сначала Нелли ЛаРой бьется об заклад, что у Чарли Чаплина большой член (в копилку упомянутой пошлости), а потом и Мэнни якобы встречает на съемках фильма Бастера Китона. Но на съемках какого фильма? Мюзикла «Поющие под дождем». Это забавный факт. По сюжету «Вавилона», «Поющих под дождем» еще не могли снимать, между ними почти 20 лет реального таймлайна. Шутка заключается в том, что в «Поющих под дождем» рассказывали о том самом переходе к звуковому кино. Этим же фильмом «Вавилон» и заканчивается: Мэнни снова пересекает границу, возвращается в Голливуд, и по счастливой случайности попадает в кинотеатр именно на него. Он плачет, погружаясь в воспоминания. Вот они, ровно перед ним: весь Голливуд схлопнулся до тривиального мюзикла. Как это объяснить? Вероятнее всего, картинку «Поющих под дождем» можно заменить на что угодно: настолько он обычен. Тут важен не столько сам фильм, сколько его главная идея. А потом камера, с сидящего на втором этаже кинотеатра Мэнни, идет вниз и показывает нам обычную публику обычного кинотеатра. Наверное, это есть шутка Шазелла о восприятии фильма зрителем, который не может понять всей боли индустрии и ее производственного ада. Не может отреагировать на нее должным образом. Он просто жует попкорн и ни о чем таком не думает. Для них (вас, нас) это красивая сказка Голливуда.
Если копнуть еще глубже: это ода кино. И Дэмьен Шазелл говорит об этом постоянно, не только в «Вавилоне». Он каждый раз демонстрирует низкий поклон. Как интересно, что в современную эпоху весьма развитого киноязыка у него всегда получается сделать это по-разному. Но кое-что едино: тернистый путь индустрии. Когда-то Шазелл мечтал стать музыкантом, что нашло отражение в «Одержимости». Сейчас мы наблюдаем его гиперкомпенсацию: Шазелл и там, и тут. Он снимает либо музыкальные фильмы, либо фильмы о музыке.
Повествование фильма действительно может показаться сбивчивым, наравне с энергичной музыкой фильма, которую мы слышим в разных аранжировках. Странно, что в мире белого шума люди не готовы удерживать в голове больше одной сюжетной линии. Главное отличие кино от многих других искусств заключается в том, что именно кино дает несколько уровней восприятия. Вы можете считать нужную мысль не только по самому сюжету, но и по монтажу, по костюмам, по эмоциям, по акценту. Это слишком очевидные вещи, чтобы их проговаривать. Шазелл, наоборот, бывает нарочито прямолинейным. Нелли ЛаРой приходит на вечеринку богатых деятелей Голливуда и рассказывает пошлый анекдот, срывая кроличий мех с одной состоятельной дамы и демонстративно подтирая им свою задницу.
«Вавилон» – это метакино. И нам напоминают об этом каждый раз. Каждый новый виток в фильме отбивается походом Мэнни или Нелли в кинотеатр. Иногда нас натурально хватают за плечи и хорошенько встряхивают, напоминая, что вы все еще внутри фильма. Так, съемки эпической сцены в самом начале могут резко прерваться черно-белой плашкой «LUNCH». С одной стороны, это отбивка, совпадающая по ритму как с повествованием, так и с музыкой, с другой – типичный кадр немого кино.
Как и «Ла-Ла-Ленд», «Вавилон» открывается сценой без единой монтажной склейки, только на этот раз речь идет не о всеобщем танце посреди пробки Лос-Анджелеса, а об оргии в доме Голливудского продюсера. Кстати, это не единственный мостик между двумя фильмами режиссера.
Как сам каст, там и актерская работа были оценены очень высоко. В съемках приняли участие Спайк Джонз, легендарный Фли, и даже по-настоящему инфернальный Тоби Магуайр.
Кадрами и газетными вырезками показывается продолжающийся прогресс: техниколор, расцвет кино, короткий некролог Нелли Ларой. И это такой грустный flow of life. И это такой грустный итог всего. Но в то же время вполне ожидаемый. Расцвет и падение империи и каждой отдельно взятой человеческой жизни. Это трагедия про ускользающее время. Вот она, притча про классический Вавилон прямо у вас на ладони. Камера плывет на Мэнни. Поющие под дождем. Прибытие поезда. Путешествие на Луну. Волшебник изумрудного города. Бен Гур. Андалузский пес. Психо. Космическая Одиссея. Трон. Терминатор. Парк Юрского периода. Матрица. Аватар. Слезы Мэнни. СТОП.
