Максим ЧичагинGod is waiting for you...
Женщина средних лет (короткое, но интересное и психологически точное появление Алисии Сильверстоун) отвозит сына-подростка (Джейден Матрелл - по всем признакам восходящая звезда) и дочь лет десяти (Лия МакХью, пока ничем особым не отметилась) домой. Сразу по прибытии отец (Ричард Армитедж разыгрывает роль довольно холодную, этакого несгибаемого папу) отправляет детей в магазин - 'за конфетами' - с мамой предстоит разговор - похоже, серьёзный. Выясняется, что пара разводиться, и нужно быстрее заканчивать процесс - глава семейства собрался жениться. Мать не выдерживает такого сообщения и, глотнув напоследок вина, стреляет себе в горло. Свадьба, конечно, откладывается: разговор о ней заходит лишь через полгода, почти в канун Рождества, когда папа приглашает детей провести несколько дней в горном домишке - по старой семейной традиции, - только теперь не с матерью, а со своей будущей женой (бесподобная Райли Кио), которая, кстати, провела всё своё детство в секте.
Роберт Эггерс - один из главных режиссёров 'новой волны хоррора' - в одном из многочисленных интервью сказал, что жанр ужасов в его 'Ведьме' взят исключительно ради денег в прокате, а его самого интересует только драматический конфликт фильма. Так вот, 'The Lodge' - фильм, наречённый не пойми кем и не пойми с чего 'Сторожкой', с одной стороны, вбирает в себя все жанровые тропы именно хоррора, а с другой, почему-то всё-таки выглядит глубже, потому уместно было бы и новый фильм Северина Фиала и Вероники Франц причислить к формирующемуся движению внутри и за рамками заданного жанра.
Тогда, по заветам того же Эггерса, начать стоит со стилизации 'Сторожки', а именно с предметного мира, созданного здесь. Исследуя предметы, играющие важную сюжетообразующую роль, видим: главной вещью здесь является копия загородного дома, куда едет семья - довольно стандартный троп для хоррора, но ещё и прямая отсылка к недавней 'Реинкарнации' Астера; и на этом их сходства не заканчиваются.
Визуальный стиль 'Сторожки' вполне соответствует антуражу и жанровой направленности, но интересен и сам по себе. Оператор Тимиом Бакатакис снимал большую часть фильмов Йоргоса Лантимоса, и его работа в здесь наиболее близка, скорее, к 'Убийству священного оленя', что чувствуется в некоторых ракурсах и зрительском ощущении: клаустрофобическая камера отлично передаёт интонацию фильма. Чёткие геометрические линии и выверенность каждого кадра изначально настраивают зрителя на некоторый фатализм, предрешённость происходящего, но не театрализируют зрелище, как в 'Убийстве священного оленя' Господствующие холодные цвета при полном отсутствии тёплых тоже неплохо действуют на эмоциональное состояние смотрящего.
Итак, от формы пора переходить к содержанию. Сюжетная линия отсылает к уже упомянутому здесь Ари Астеру: та же тема семьи и проблем внутри неё, имеющих полуинфернальное начало. Завязка, обыгранная в множестве других хорроров, к середине жёстко обрубается по-настоящему неожиданным твистом, по-новому расставляющем акценты.
Основным метафизическим инструментом в 'Сторожке', как и в большинстве фильмов в общем, является символизм. Таким образом, главный сюжетный твист делает очень необычную вещицу: он вводит ложную метафору, а потом подаёт её героям буквально, получая в итоге что-то на подобии метасимвола (what).
Впрочем, разнообразные смысловые игры не смещают акцентов: героев дожидается злой рок, который они сами пробудили. И постулаты секты, к которой молодая женщина, вроде бы, уже не имеет никакого отношения, становятся в итоге основными темами.
'Сторожка' - кино, безусловно, авторское, это не обычный хоррор. А великолепная стилизация и работа с атмосферой дают право Северину Фиала и Вероники Франц, возможно, занят место недавно самоустранившегося из основного состава авторов 'нового хоррора' своим последним фильмом 'Waves' Трэя Эдварда Шульца.
7 из 10