Воображариум Терри Гиллиама (часть 1)
В конце ноября этого года Терри Гиллиам отмечает 80-летие, его фильмы, среди которых – коммерческие и авторские, радикальные и компромиссные, удачные и провальные, давно уже составляют неотъемлемую часть истории кино последней трети ХХ – начала XXI веков. Нас, безусловно, будут интересовать в первую очередь его некоммерческие проекты: «Бразилия», «Король-рыбак», «12 обезьян», «Страх и ненависть в Лас-Вегасе», «Страна приливов», «Теорема Зеро» и «Человек, который убил дон Кихота». Однако, начнем мы наш анализ с, наверное, самой любимой синефилами картины Гиллиама «Король-рыбак» - во многом смыслового центра всей его фильмографии. Эта лента, легко вписывающаяся в целый спектр голливудского антипсихиатрического кино конца 80 – начала 90-х, начало которому положил еще Форман в «Полете над гнездом кукушки» (среди них – «Птаха» Алана Паркера, «Пробуждение» Пенни Маршалл, «Человек дождя» Барри Левинсона), согласно заложенному в них клише, рассматривает безумие как социально обусловленное событие, а самого сумасшедшего воспринимает как Другого, не деструктивного, и не опасного, а творчески одаренного и способного пробудить человечность и неординарность даже в самом бескрылом обывателе. Несмотря на то, что «Король-рыбак» - вполне трендовое кино своего времени, это невероятно живое и гуманное высказывание, облеченное в одежды мелодрамы о том, что наша социальная и психическая Норма зачастую просто прикрывает черствость и буржуазный деляческий эгоизм. Возвращаясь спустя почти двадцать лет после «Последнего киносеанса» Богдановича на главные роли Джефф Бриджес прекрасен в роли радиоведущего, спровоцировавшего трагедию и изменившего как собственную жизнь, так и жизнь окружающих. Трогательная история любви тихого безумца Перри (Робин Уильямс психологически отточено работает в этом образе) к «серой мышке» Лидии, которую всячески пестует герой Бриджеса Джек Лукас, становится под властью фантазийной режиссуры Гиллиама подлинной метафорой скромного счастья социальных аутсайдеров, маргиналов, так любимых американским независимым искусством (не только кино, но также литературы и театра: вспомним, для примера, «Над пропастью во ржи» или «Стеклянный зверинец»). Потому так важно, что в центре финансовой жизни Нью-Йорка – на Манхэттене, двое обаятельных маргиналов, один из которых – безумец, ищут Священный Грааль наперекор всем доводам разума и здравомыслия. Единственный недостаток таких картин, как «Король-рыбак» - в том, что они описывают безумие как веселую эскападу, в то время как это реальное страдание. С другой стороны, справедливости ради стоит сказать, что Гиллиам и его сценарист уделяют много внимания трагедии в жизни Перри: путем мастерских флешбеков и визуализации галлюцинаций героя (надо признать, что в этой картине фантазия Гиллима все же сдерживается рамками сценария, это не «Бразилия» и не «Страх и ненависть…»). Однако, в целом для Перри и Джека безумие – все же больше благословение, чем проклятие, это способ взорвать скучные клише обыденной жизни и полюбить ее непредсказуемость и спонтанность. «Король-рыбак» - один из самых вдохновляющих и жизнеутверждающих фильмов 90-х, своего рода манифест Гиллиама-режиссера, помещенный в рамки мелодрамы, которая, однако, не раздражает (здесь нет слащавости и сентиментальности, многие вещи прямо названы, на грани непристойности, а многие трогательные моменты, как например, первое свидание Перри и Лидии, способны по-настоящему зацепить зрителя), а скорее убеждает в том, что невозможно по-настоящему полюбить и почувствовать жизнь будучи застегнутым на все пуговицы яппи. Жизнь иррациональна, это поток фантазии и творчества, а значит ее витальная энергия способна спасти от скуки и предсказуемого будущего даже самого примитивного обывателя - в этом кредо невероятного выдумщика и визионера Терри Гиллиама, прямо высказанное именно в «Короле-рыбаке», а за несколько лет до этого прощупываемое еще в «Бразилии».
