Мамкины революционеры: Почему сидеть голышом в ванной круче, чем кидать брусчатку в полицию

Париж, май 1968 года. На улицах бушует студенческая революция, пролетариат требует перемен, летят камни, горят машины, пахнет свободой и слезоточивым газом. А что делают наши главные герои? Правильно. Они баррикадируются в роскошной буржуазной квартире своих родителей, пьют коллекционное вино и устраивают собственную, карманную революцию — в пределах одной отдельно взятой спальни, ванны и кухни. Бернардо Бертолуччи снял не просто кино. Он выдал индульгенцию всем диванным синефилам мира. «Мечтатели» — это идеальный памятник юношеской претенциозности. Фильм, который берет тебя за шкирку и бросает в душный, липкий, пропитанный гормонами и сигаретным дымом мир троих молодых людей, которым отчаянно нужен психотерапевт, но вместо этого у них есть коллекция старых фильмов. Знакомьтесь с нашей святой троицей. Мэттью — стереотипный американский студент с лицом золотистого ретривера. Он приехал во Францию учиться, но вместо этого забрел в синематеку и попал в капкан к местной фауне. Фауна представлена двойняшками Изабель и Тео. Это ходячие красные флаги в беретах. Они красивы до безобразия, токсичны до тошноты и неразлучны до такой степени, что Фрейд бы нервно курил в сторонке, исписывая блокнот. То, что начинается как милый культурный обмен, стремительно мутирует в психологический триллер с элементами изощренного эротического шантажа. Эти трое играют в киновикторину, где ставки выше, чем на Уолл-стрит. Не угадал кадр из немого шедевра? Будь добр, исполни самое унизительное желание победителя. И поверьте, фантазия у французских подростков работает куда лучше, чем инстинкт самосохранения. Бертолуччи гениально балансирует на грани абсолютного свинства и высокого искусства. Ты смотришь на экран и физически ощущаешь этот экзистенциальный пубертатный угар. Они обсуждают Годара и Чаплина с такой звериной серьезностью, будто от этого зависит судьба человечества, а через минуту творят дичь, за которую в приличном обществе принято как минимум отсаживать за другой стол. Здесь нет классического сюжета формата «завязка-кульминация». Весь фильм — это один большой, пульсирующий нарыв из юности, страсти и наглости. Это история о людях, которые спрятались от реального мира в уютном пузыре своих иллюзий, решив, что кино важнее жизни. Ирония в том, что реальность за окном все равно постучится. И постучится она не вежливо, а с ноги. Это чертовски красивое, честное и безжалостное кино. Бертолуччи не судит своих героев — он позволяет им быть невыносимыми, глупыми, эгоистичными и прекрасными в своем максимализме. Фильм работает как машина времени, возвращая тебя в те годы, когда казалось, что достаточно прочитать пару умных книг и посмотреть правильные фильмы, чтобы понять устройство Вселенной. Смотреть «Мечтателей» — это как съесть элитный десерт, зная, что в нем спрятано лезвие бритвы. Вкусно, опасно и оставляет глубокий след. Вы будете закатывать глаза от их снобизма, вы будете краснеть от их откровенности, но вы не сможете оторваться от экрана до самых титров. Шедевр. Грязный, элитарный, бесстыдный шедевр. 10 из 10

Автобиографии

Бертолуччи снял фильм по роману Гилберта Адэра «Мечтатели» (1988), Адэр написал по роману Жана Кокто «Ужасные дети» (1929), Кокто услышал историю из жизни. Получилась тройная автобиография. Адэр и Бертолуччи почти ровесники и события 1968 года в Париже для обоих ностальгия. У них обоих отцы — поэты. Они оба вспоминают минувшие дни: свою молодость, мысли которые их посещали, эмоции которые они испытывали, сексуальный опыт, политический опыт, цитаты, фильмы. Всё это Адэр и Бертолуччи отдают нам устами своих героев. Надо слушать и входить во внутренний диалог с ними. Например, на тоненького о любви: – Люблю тебя. – Я тоже тебя люблю. – Тоже? Стилистика порассуждать о важном на фоне культуры напоминает «Полночь в Париже» Вуди Алена. Главные герои-киноманы играют в кино-шарады (или игра Крокодил) и непрерывно цитируют разные фильмы. В финальных титрах перечислено 22 фильма. Вуайеристический стиль показа жизни в квартире погружает внутрь до полной откровенности, очень нежной откровенности — любовной, а не пошлой. Хорошо, что в сценарии Адэр убрал из романа то, что нельзя показывать широкой публике. Там была жесть. Песни в фильме так точно ложатся на визуал, что кажется, что это клипы, вставленные в фильм, т.е. авторов песен можно записать в соавторы сценария. Мэтью тайком изучает комнату Изабель под песню The Spy группы The Doors «I’m a spy in the house of love». Сцена свидания под слова «Et les yeux dans les yeux et la main dans la main» (И глаза — в глаза, и рука — в руке). Приглашение на свидание под музыку Tous les garcons et les filles о чувствах подростка, который никогда не знал любви, тогда как вокруг все мальчики и девочки находятся в отношениях. Перед первым сексом песня «La Mer» (Море) Шарля Трене. Родители уходят под Third Stone From The Sun — Jimi Hendrix. Главная музыкальная тема фильма — Janis Joplin — I Need a Man to Love. Финал под песню Эдит Пиаф «Нет, я не жалею ни о чём!» К шифрам фильма можно отнести песню Мэтью, когда он возвращается в гостиницу пьяный и поёт «Я родился в сундуке, театра…'. Из автобиографии Бертолуччи: «вслед за героиней Джуди Гарленд в фильме «Звезда родилась» (1954) я мог бы сказать: «Я родился в сундуке в парижском театре». 8 из 10

Я проникся этой историей!

Увидел комментарий аналитиков и экспертов с ютуба «смотрите Мечтатели, вот это настоящее кино». Чекнул на Кинопоиске, что же это такое, увидел, что можно приобрести билеты, и очень обрадовался. Решение, как провести досуг, было принято, и вот я смотрю «Мечтатели» в Доме журналиста (киноцентр «Домжур») на утреннем сеансе. Теперь, что касается самого кино: такие фильмы точно нужно смотреть в оригинале с субтитрами на родном языке. Никакой, даже самый талантливый переводчик не сможет перевести смесь английского и французского Евы Грин (не говоря уж о тех эмоциях, которые испытывают актёры), а эмоций в этом фильме очень много и очень разных. В театре есть спектакли по Шекспиру — «комедия-восторг!» Так и тут — ну это не фильм, это восторг (ну уж для всех тех, кто может чувствовать так точно). Редко такое бывает, когда смотришь кино, как выступление в театре, и грань между экраном и залом стирается (хотя по-хорошему такое должно происходить частенько — кинотеатр же). Сам сюжет актуален и в текущих реалиях: предреволюционная ситуация во Франции, развлечений в 60-е особо нет, и все увлекаются кино, и крутость в том, чтобы быстро вспомнить, из какого кино какая сцена. (Так же как когда-то было весьма круто цитировать книги, а не гуглить.) Слой сюжета, когда богатенькие ничем не обременённые дети «мучаются» и страдают от безделья, вообще не нов, но появление хотя и ровесника, но более взрослого Мэтью (хотя бы потому, что ему надо отвечать за себя и за свои амбиции) оказывает влияние, и очень сильное, на Изабелл и Тео (да и, наверное, они сами такого влияния и хотели, но не от папы/мамы взрослеть и брать ответственность, а от такого же, как они). Мне очень понравились тонкие ходы режиссёра вроде зажигалки, вроде зеркал, вроде фотографий. Ну и конечно Ева Грин супер секси. Тут есть ещё пища для анализов пытливых умов в плане психологии любовных треугольников, отношений родителей и детей, но моя рецензия не об этом. Я проникся этой историей и искренне переживал за них. Что же ещё нужно от хорошего кино? Только знать, что билеты можно приобрести на Кинопоиске. Поэтому это ну 9 из 10. Не 10, потому, что моральный посыл плосковат и уже после сцены в ванной угадывался.

Заигравшись в игру «родственные души», не зная, как еще разнообразить свою однобокую неразлучность в угоду бушующей фантазии, брат и сестра приглашают в гости случайного знакомого… Пришел в гости — оказался третьим… Третьим, но не лишним… его шок скоро прошел... Ошибочно он начинает воспринимать эту дружбу и чувства за чистую монету, не понимая своей роли игрушки в болезненных отношениях двух людей… Внешняя раскрепощённость живет лишь в Их мире, где есть только Он и Она, и находится в споре с внутренним одиночеством и закрытостью… Отношения ревностные, эгоистичные… Сценарий поведения и поступков можно подобрать из любимых фильмов. Страх раскрытия родителями их тайны — панический и губительный… Уйти из жизни — пожалуйста — раздумывать не приходится, всё решено заранее и даже выбран эпизод из фильма. При этом, не задумываясь, она готова забрать жизни любимых ею людей… После просмотра много чего вертится в голове, утомлять своими размышлениями не вижу смысла. Фильм неоднозначный и противоречивый… Гламурности здесь не увидишь, но, как ни странно, фильм красивый… Откровенные сцены присутствуют, но пошлости нет. Для меня фильм вполне аллегоричен, увидеть себя или свои поступки может каждый из нас. Ворчливым снобам смотреть не рекомендуется.

Секс дружбе не помеха?

Давно хотел ознакомиться с 'творчеством' Евы Грин, выбор пал на данное произведение. Смотреть пришлось в оригинале без субтитров, потому что нормальной озвучки я не нашел, как и субтитров. Но сюжет у фильма стоит не на переднем плане, поэтому вряд ли я упустил что-то важное. Моих знаний английского хватило, чтобы понять основное содержание. У фильма есть своя атмосфера, красивые кадры на месте. С Евой Грин пришлось познакомиться даже ближе, чем я ожидал. В фильме много сексуального контента, я бы даже сказал слишком много, но, судя по всему, такова была задумка режиссера. Показать распущенность и инфантильность богатеньких французских ребят. Как такового сюжета в фильме нет, это просто история знакомства трех синефилов, читайте киноманов, которые решили повеселиться (заниматься непотребствами), пока родителей нет дома. Как итог, фильм, повторюсь, неоднозначный. Кому-то зайдет, кому-то нет. Кто-то увидит в этом порно, кто-то что-то большее. Лично мне он не понравился настолько, чтобы я когда-нибудь ещё его пересмотрел. Сюжетом он не цепляет, потому что его попросту нет. Диалоги не наполнены глубоким смыслом. Единственное, что мне действительно понравилось - это Ева Грин, она здесь выглядит прекрасно, за исключением неприятных эротических сцен. Финал не удивил, на протяжении фильма было ясно, чем все должно закончиться.

Мир был ещё таким новым, что многие вещи не имели названия, и на них приходилось показывать пальцем

Взрослеть в одиночку трудно. Во-первых, потому что это само по себе нелёгкое занятие, а во-вторых, повзрослеть, находясь в уединении, практически невозможно. В одиночестве нет тех внешних ориентиров, относительно которых можно заметить изменения себя, а ведь только эти изменения и говорят о взрослении. Потому, без стороннего наблюдателя (или даже соучастника, совзрослетеля) можно просто не понять, что ты становишься другим. Есть, конечно, ещё один путь — самоанализ, но им может и хочет заниматься далеко не каждый, потому именно реакция окружающих на то, что ты делаешь, как изменяешься и что собой представляешь на данный момент, является главным источником информации о себе. В одиночестве внешнего информационного канала нет, следовательно, нет и понимания того, что происходит; а без понимания явления нет и его самого. Находясь в абсолютном одиночестве, вполне возможно повзрослеть, состариться и умереть, так и не поняв этого. Наверное, так чувствовал себя Бог, пока не создал мироздание. Наверное, именно поэтому Он его и создал. Взрослость выражается не только (и не столько) физическими параметрами (рост, вес, размер ног, рук, груди, гениталий, морщинистость кожи и т.д.), главный показатель — это изменение психики, эволюция взглядов, отношения к окружающим, к себе, самоидентификация и определение своего места в мире. В общем, взрослеть трудно, потому дети инстинктивно стараются обустроить свой подъём по лестнице проживаемых лет не в одиночку, а подбирая себе по дороге товарищей, с которыми, по их мнению, всё пройдёт лучше, чем без оных. Дети и подростки легко заводят знакомства, переходящие в дружбу, при этом отношения складываются настолько крепкими, что могут длиться на протяжении всей жизни. Они проходят проверку пубертатным периодом, и если это их не убивает, то делает крепче. Преодолев вместе этот жизненный этап (на котором так остро всё чувствуешь, что кажется, будто можно насмерть порезаться о брошенное вскользь острое слово), по сути посторонние люди становятся друг другу гораздо ближе, чем родственники. Подросткам хочется понимания без заботы, тепла без опеки, а дать им это могут лишь сверстники, очень редко взрослые, и точно не родители (лишь в качестве исключения). Потому так дорога возможность остаться на какое-то время в доме без взрослых. Почувствовать свободу. А дорвавшись до этой «свободы», использовать полученное (стремительно короткое) время хочется на полную катушку. Именно так и поступают отпрыски парижских буржуа Тео и Исабель, приглашая своего новоиспечённого друга Мэттью (американца, приехавшего на учёбу во Францию) погостить у них какое-то время, пока родители не вернутся домой из загородной поездки. Тео и Исабель, брат с сестрой, росшие с детства вместе, сиамские близнецы, которых разделили при рождении (подсказка об этом даётся в виде брошенной вскользь фразы и одинаковых шрамов), по сути являются одним человеком, и для того чтобы открыть в себе что-то новое, им просто необходим Другой. Чтобы внимательно себя рассмотреть нужно зеркало. Потому Мэттью и необходим Исабель с Тео — чтобы они смогли отразиться в нём. Избирательное зеркало родительской любви покажет только малых неразумных детей; выгнутое зеркало общественного мнения выделит и выпятит только те черты, которые не укладываются в рамки принятых норм; и лишь человек, искренне заинтересованный тобой, твоим внутренним миром, твоими чаяниями и помыслами, постарается передать наиболее объективно всё, что увидел в тебе. Он достигнет самого дна в своём неудержимом стремлении и покажет такие глубины, о которых ты и не подозревал. Хотя, конечно, и он может быть ослеплён своими чувствами, но это необъективность другого толка. Объективнее зеркала пока нет. Сверстники-зеркала являются одновременно и объектами для исследования, на них можно ставить опыты, подтверждая или опровергая свои теории. Неважно, какие аспекты исследуются — сексуальные, моральные или социальные — нужен подопытный, которым для своих товарищей и становится Мэттью. Здесь и кроется главный конфликт, приведший в итоге к разрыву этих странных отношений: если американец нужен французам лишь в качестве «хомячка для опытов», то они ему — необходимы для нормального существования, как пища, как воздух. Без друзей и близких, не имея возможности поделиться хоть с кем-то сокровенными мыслями, живущий впроголодь (и физически, и духовно, а главное — чувственно) бедный студент, он задыхается в чужом городе, в чужой стране, в чужом измерении. Кино с большой буквы — вот его единственная страсть, поэтому совсем неудивительно, что именно на кинопросмотре он впервые замечает Исабель, яркую, энергичную, стильную и утончённую, но в то же время, резкую и брутальную. Не обратить на неё внимание невозможно, и уж тем более нельзя устоять, если внимание на тебя обратила она сама. Поэтому приглашение на ужин (а позднее — и остаться переночевать в свободной комнате) он принимает без сомнений.