Поставторский кинематограф Брайана Де Пальмы (часть 13)
«Неприкасаемые» - одна из тех коммерческих картин Де Пальмы, от которой трудно оторвать глаз: при всей приторности ее положительных персонажей и монструозности отрицательных, при всем соблюдении лекал массовой культуры (с неминуемым хэппи-эндом) это все же лента, выполненная на высоком техническом и профессиональном уровне. Сценарист картины Дэвид Мэмет, известный также как автор остросоциальной ленты «Гленгарри Глен Росс», на этот раз решил воспеть слову органам правопорядка и прочитать зрителю мораль. Однако, при всей пафосности сценария о том как честные люди засадили за решетку самого Аль Капоне, «Неприкасаемые» все же берут публику за глотку прежде всего тщательной визуализацией экшен-сцен, снятых, как это всегда у Де Пальмы, едиными, длинными планами-эпизодами. В частности, в самом мастерском из них режиссер цитирует сцену на одесской лестнице из «Броненосца Потемкина», где острый монтаж дробит длительные эпизоды. Несмотря на то, что мессидж данной ленты чрезвычайно прозрачен даже для самого невзыскательного зрителя, синефилы также сходят по «Неприкасаемым» с ума, во многом потому, что это нетипичный для гангстерского жанра фильм: разборки мафии, стрельба и погони занимают в ней чрезвычайно мало места. Картина Де Пальмы во многом – о личном мужестве людей, бросивших вызов беззаконию, о преодолении внутренней трусости, как генераторе социального подвига. Вместе с тем, как и известная лента Алана Пакулы «Вся президентская рать», это фильм о власти закона в Америке, которому подчиняются все ее граждане. В этом смысле перед нами – вполне себе идеологическая картина о верховенстве закона и ценностях либерализма, что, конечно, не могло понравиться левым. Выйдя на экраны в 1987 году, в годы советской «перестройки» «Неприкасаемые» транслировали идею о том, что любое беззаконие наказуемо, что скрыто содержало послание о неминуемом возмездии тоталитаризму (мы уже писали о том, что тоталитаризм – это полу-уголовный режим, основанный на всевластии сильного). Аль Капоне, каким он предстает в ленте Де Пальмы, - чикагский уголовный царек, купающийся в своей безнаказанности (Де Ниро делает все, чтобы его персонаж выглядел как можно отвратительнее и надуто-самодовольно), однако, четные, мужественные люди все же находят на него управу. По этой причине «Неприкасаемые» - о неминуемой победе ценностей либерализма и верховенства закона над политическим и социальным беззаконием тоталитаризма. Как бы наивно эта лента не выглядела сейчас, когда в мире все перемешалось, и полу-уголовные элементы живут и процветают во власти, и остановить их не может даже демократия, в свое время она выглядела весьма актуально. Важно, что поверить в себя главному герою помогает простой патрульный (так, по крайней мере, невыносимая слащавость героя Костнера несколько уравновешивается брутальной маскулинностью героя Коннери), а полицейское братство выглядит в картине образцовым и противопоставлено коррупции в высших чинах органов правопорядка. По мере просмотра «Неприкасаемых» чувствуется, что Де Пальма ощущает себя «не в своей тарелке»: пафосный сценарий, хэппи-энд, лобовая идеологичность ему чужды, ведь он склонен к более мрачному и этически индифферентному искусству, однако, и здесь этот постановщик показал себя профессионалом высокого класса, справившись со всеми поставленными ему продюсерами и сценаристом задачами. Однако, чуть позже, через три года после «Неприкасаемых», он экранизирует «Костры амбиций» Тома Вулфа, где основательно пройдется по либеральным иллюзиям, тем не менее эта картина слаба в художественном отношении и представляет собой довольно беспомощную карикатурную комедию, потому мы не будем ее разбирать.
