Игра без искры: великая форма — и пустота за ней
«Все о Еве» Джозефа Лео Манкевича — фильм с внушительным багажом признания: шесть «Оскаров», рекордные на тот момент 14 номинаций, «Золотой глобус», призы Канн и Британской киноакадемии. Картина входит во всевозможные списки «лучших», ее часто вспоминают как эталон психологической драмы о закулисной жизни театра. И все же, при всей внешней безупречности, на эмоциональном уровне для меня это кино не работает. Сюжет выстроен вокруг молодой и, на первый взгляд, застенчивой женщины по имени Ева Харрингтон. Она неожиданно появляется в жизни Марго Ченнинг — признанной театральной звезды, переживающей не самый легкий период. Постепенно Ева входит в круг доверия Марго и ее окружения, но за ангельской внешностью и скромностью угадывается нечто иное. Амбиции, холодный расчет, умение действовать тонко и без лишнего шума — именно так Ева продвигается к славе, вытесняя тех, чье место еще вчера казалось неприкосновенным. Материал, безусловно, сильный. Мир сцены, борьба за внимание, старение актрисы, ощущение утраты — все это могло бы лечь в основу яркой и драматичной истории. Но в данной постановке эмоции остаются где-то на периферии. Картина, хотя и полна изящных диалогов, стремится скорее к воссозданию определенной атмосферы и интеллектуальной игры, чем к настоящей драматургической глубине. Персонажи кажутся выверенными, но не живыми; сцены — красивыми, но отстраненными. Я не ощутил сопереживания, не прочувствовал тревоги или напряжения. Все подано с мастерством, но без нервной ткани, без подлинного жара внутри. Да, Бетт Дэвис в роли Марго Ченнинг безусловно сильна. Она остроумна, саркастична, уверена в себе — но именно как икона, не как человек. В ней многое от символа, мало от личности. Энн Бакстер, исполняющая роль Евы, создает образ, безусловно, продуманный, но не столь притягательный. Ее работа вызывает скорее техническое уважение, чем эмоциональную реакцию. Джордж Сэндерс, как театральный критик, добавляет язвительной сухости, но и его персонаж — скорее функция, чем характер. Все действующие лица выглядят как шестеренки сложного механизма, где сюжет движется, но чувства остаются на месте. Пожалуй, самое странное в восприятии фильма — это осознание его значимости, при полном отсутствии личного вовлечения. Я видел, как картина построена, понимал, чем она ценна, но не чувствовал в ней жизни. Эмоциональная отстраненность героев, сдержанность режиссуры, неспешное, местами даже тяжеловесное повествование — все это создает ощущение музейной экспозиции. Да, все выставлено в идеальном порядке, но за стеклом. Смотреть можно. Трогать — нельзя. Фильм, конечно, говорит о вещах важных: о старении, смене поколений, о тщеславии, профессиональной ревности и подмене понятий. Он построен точно и чисто. Но для меня эта точность не подкрепляется живым содержанием. Я воспринимаю «Все о Еве» как произведение, которое оставляет за собой пустоту: оно не отзывается внутри, не заставляет возвращаться к персонажам, не создает послевкусия. Для кого-то это актуальная классика. Для меня — добротно сделанная драма, которую не хочется пересматривать. Бывает так, что великий фильм оказывается не твоим. В моем случае — это именно та история. 6 из 10
