'Я плохо вижу в ночи'
Открывающий кадр – Земля во мраке вселенной. На фоне – музыка Тома Уэйтса о его возвращении домой, которая будет звучать лейтмотивом, снова и снова (буквально до возвращения пьяного финна домой). И сюжет – пять новелл, и комичных, и трагичных, из такси, словно лодок, плывущих в родные гавани среди тёмных, зачастую обезлюдевших улочек. Салон автомобиля стал аналогом земного шара. В нём уместились люди разные по возрасту, цвету кожи, происхождению, мировоззрениям. Нити общения между пассажиром и водителем, как бы они ни складывались, приводят к соприкосновению двух миров, и потому для каждого из них эта поездка – прозрение. Так, в новелле из Лос-Анджелеса, а равно «Зомбиленда», как назовёт его Джармуш в одном из последующих фильмов, для героини Джины Роулендс кажется безумным отказ сняться в кино, стать частью самого Голливуда! «Мне нравится кино, но я не считаю это настоящей жизнью», – отвечает режиссёр устами молодой Вайноны Райдер. Ей плевать на деньги, славу, они – «лишь воображаемая ценность, которую мир нас вынуждает признавать реальностью». О сходном говорит таксист Хельмут, ребёнок в большом городе. Вся история из Нью-Йорка – о размывании границ, как перегородка между таксистом и клиентом становится не нужной. «У нас одинаковые шапки... Посмотри, уши похожие». В ответ: «У меня другая! Это последняя модель». Модель новая, но суть старая: что Йо-Йо – чужак в центре Манхэттен, что Хельмут – чужак в этой стране, но это не мешает им увидеть в странностях друг друга нечто общее. Кино Джармуша о социальных отношениях (тут и там заметны телефоны или рации), о контактах между людьми. Без них не обойтись, особенно в холодном Хельсинки, где они открывают глаза на истинный размер насущных проблем. Уволили с работы, машину разбили, с женой поругался – пройдёт. «Я решил убить свою любовь к ребёнку», – говорит таксист, смотря прямо в камеру отстраняющим взглядом. Когда само наличие любви как самой крепкой связи – болезненно, тогда это проблема. И правда, самая тёмная ночь перед рассветом... Между тем, во всех новеллах отражается та черта, которая присуща многим фильмам Джармуша. Честность, откровенность, отсутствие фальши. Ведь можно вспомнить, что ещё одним лейтмотивом в картине выступают чёрные очки. Это маска, которую случайно ломает Корки и которую снимает персонаж Роберто Бениньи, хотя по итогу кажется, что лучше бы он этого не делал: для «Падре» прозрение о том, что Рим – город наместника Бога – одновременно и город греха, стало фатальным. Однако «разве слепые не носят чёрные очки?» Парижская история расположилась посередине картины и кажется мне ключевой. Мы наблюдаем контраст: физически слепая лучше понимает (чувствует) людей (да и, к тому же, кино – комментарий в продолжение темы, поднятой в Лос-Анджелесе), нежели водитель. Он ничего не «видит», потому что закрыт от других, и обоснованно, ведь он только и слышит упрёки. Одни люди не готовы рассмотреть живого человека в фигуре таксиста, так и он не готов это сделать в другом.
