Alan CapcaceКорабль готов к отплытию, гарантия сто процентов.
Посейдон. Если верить мифологии Древней Греции, то Посейдон – это брат Зевса, повелитель вод и глубин морских, который по прихоти своей топил целые флотилии или наоборот относился благосклонна к смельчаку на рыбацкой лодке, что отважился отправиться в опасное путешествие, не смотря на надвигающуюся бурю. И люди в гордыне своей решили назвать так круизный лайнер, ведь случай с Титаником их ничему не научил. Ну а вы говорите – люди учатся на ошибках прошлых поколений. Ничему люди не учатся и учится не хотят, а потому склонны наступать на те же грабли что и их предшественники. О нет, «Посейдон» не станет жертвой праздношатающегося айсберга, тут все дело в не самых добрых и не самых отзывчивых людях, а именно в террористах, для которого название судно послужило своего рода маяком – если западный человек относиться с таким пиететом к кораблю, то его надо во что бы то ни стало потопить. И террористы, под видом бочек со спиртными напитками, проносят на корабль бомбы. Ну а что вы хотите? Одиннадцатое сентября же еще не наступило… То есть как это наступило? *с интересом смотрит на дату выхода фильма* Э-м-м, а-м-м, у-у-у, о! Охрана на круизных лайнерах, в которых путешествуют богатые и состоятельные пассажиры всегда была не к черту! *задумался* Погодите-ка, что-то тут не сходиться. Состоятельные пассажиры. Следовательно – у них есть связи. А коли так, то и охрана должна быть на высшем уровне, этакие суровые дядьки в черных костюмах и солнцезащитных очках, у каждого из которых под пиджаком спрятан пистолет, а то и не один. Но их по какой-то причине нет. А? Что? Тогда бы террористы не смогли бы пронести бомбы и фильма бы не было? Окей, вопрос снимается.
Ну а пока обойдем от идеи с террористами, так как сценаристу, а с ним и режиссеру было наплевать на смертников и раскрывать их характеры, мотивы, а с ними взгляды на жизнь никто не будет, да и зачем – это ж плохие парни, а плохих парней надо убивать. Все как завещали герои боевиков из восьмидесятых/девяностых годов прошлого века, да. А коли так, то стоит сосредоточиться на хороших ребятах, ведь в фильме их больше двух десятков, а коли так, то ждем интересных, а что самое главное нестандартных героев, что смогут приковать внимание зрителя к экрану и знаете? Они тут есть! Вот, к примеру, глава семейства – Ричард Кларк, незадачливый писатель, который устал от постоянных нападок со стороны жены итого, что дети не обращают не героя Стива Гуттенберга особого внимания. Но вместо того, чтобы пойти на компромисс и попытаться пообщаться с детьми, как это бы сделали большинство героев из схожих фильмов, да и многие живые люди, Ричард Кларк решает, что называется «сходить налево». Все верно, детская обида в сердце героя Гуттенберга куда сильнее чем отцовский долг и потому он решает не жертвовать своей жизнью ради семьи, а жить для себя. Мой герой!.. А вот агент по борьбе с террористами – Майк Рого. Почему герой Адама Болдуина выбрал лайнер «Посейдон» для проверки и обеспечения безопасности? Ну как же, шикарный лайнер, хорошая кормежка, симпатичные барышни, что строят глазки мускулистому агенту под прикрытием… да вы бы сами окажись на месте героя Адама Болдуина выбрали бы круизный лайнер со всеми удобствами, а не пассажирский пароход с людьми, что едва способны оплатить себе проезд. И так уж случилось, что то ли Майк Рого первый день на работе, то ли во время круиза он принимал сильные наркотические вещества, но ведет он себя крайне непрофессионально… что очевидно должно прибавить живости образу Болдуина. Так вот, Майк Рого прикидывается обычным пассажиром, но при этом преспокойно ходит по помещениям, что предназначены только и исключительно для персонала. То что на героя Болдуина окружающие смотрят с недоверием, а порой и со страхом кажется не особо заботит федерального маршала. Не заботит его и то, что надо соблюдать устав и в случае обнаружения зверски убитого человека необходимо сообщить в центральный штаб и передать свои координаты, на случай если ситуация окончательно выйдет из-под контроля. Да и с чего бы Майка Рого это должно заботить? Ведь он же может зубами титановый лом перекусить… во всяком случае выражения лица Адама Болдуина говорит именно об этом, а там кто его знает. Так же тут есть девушка-медик, та самая дочурка Ричарда Кларка, которая при виде перелома смотрит на окружающих телячьими глазами и не понимает, что же от нее хотят. Шок? Ну если человек находящийся в экстремальной ситуации на грани истерики способен улыбаться и не дрогнувшим голосом интересоваться, чем он может помочь, то да, скорей всего у героини Эмбер Сейнсбурри самый что ни на есть шок. Также среди героев затесался сотрудник лайнера, мистер Эйкар, добрейшей души человек, который вместо выполнения своих профессиональных обязанностей играет с двенадцатилетним пареньком. И… все? Ну да, остальные персонажи подпадают под определение «пушечное мясо», а потому их характеры прописать должным образом не удосужились, да и как можно, ведь хронометраж картины всего каких-то три часа…
Так же не стоит обходить вниманием и саму катастрофу, ведь у создателей картины был более чем достойный бюджет, а потому зритель с радостью будет смотреть, как в плохо оцифрованном огне будут сгорать персонажи, чьих имен мы даже не вспомним. Как будет тонуть круизный лайнер, что состоял, буквально, из десяти пикселей. Как будут весело перемигивать кнопочки на приборной панели «Посейдона» напоминая нам о фильмах из семидесятых годов прошлого века, что будет гармонично сочетаться с пейджерами и цифровыми видеокамерами, да.
Подводя итог, хочется сказать следующее: Я специально не стал заниматься сравнением этого фильма с кинокартиной 1972 года, так как последняя выигрывает, как в плане подачи материала, так в плане героев, а уж спецэффекты в старой картине смотрятся хорошо даже сейчас. Я лишь вскользь упомянул технические ляпы данного кинофильма, по той простой причине, что весь фильм - это один сплошной ляп. Джон Путч попытался усидеть на двух стульях – снять фильм-катастрофу и кинокартину о борьбе с терроризмом, но вот только стулья, на которых сидел режиссер, жалобно заскрипели, а потом и вовсе сломались. В фильме нет нагнетания обстановки, нет героев, которым хотелось бы сопереживать (Кто не согласен – посмотрите оригинальный кинофильм), нет драмы, а есть лишь Рутгер Хауэр, который смотрит на все это и думает – «А ведь я, когда-то, снимался в хороших фильмах…»
3 из 10
