Гнев Божий.
Олимпийская сказка, прощай... Игры продолжатся. Славные победы человеческого духа, сенсации вроде баскетбольного финала, конечно, произойдут. Однако ничто не вернет праздник в Мюнхен после 5.09.1972, когда члены «Черного сентября» захватили израильских спортсменов, судей и тренеров, которых впоследствии убили в отместку за антитеррористическую операцию. В Германии снова пролилась кровь евреев – в мирное, казалось бы, время. События тех дней отразились болью на Израиле. Мертвое море не в силах было приглушить призывы к мести, провозглашавшиеся с улиц Тель-Авива, Иерусалима и других городов страны. Реакции от Голды Меир не пришлось долго ждать. Так началась операция «Моссада» по уничтожению палестинских террористов, «Гнев Божий», о чем и снял Стивен Спилберг в 2005 году «Мюнхен». Вопреки своему предыдущему «еврейскому» фильму, «Списку Шиндлера», великий режиссер не раскрыл трагедию своего народа, возложив бремя горечи на периодически всплывающие обсессии в отдельно взятом Авнере. Спилберг снова продемонстрировал мастерство творца блокбастеров, «Мюнхен» – очень выразительный политический триллер со всеми вытекающими, от зрелищной и забористой постановки до оспаривания показанной реальности, относительно которой негодовали даже американские сионисты. Поля спортивных сражений предоставлены сражениям политическим. Стендовая стрельба по тарелочкам замещается стрельбой по живым мишеням. Это Мюнхен, выделенный кроваво-красным оттенком среди других олимпийских столиц. Даже чернокожего Джесси Оуэнса, завоевавшего четыре золотых медали на нацистской Олимпиаде в 1936 году, не трогали, тем страшнее случившееся 36 лет спустя. Выстрадавшие свободу после Второй мировой войны евреи снова ненавидимы. Борьба за свободу – крест еврейской нации, кажется. И ради свободы израильское руководство готово на все. Банковский счет бездонен, 250 тысяч долларов на первом депозите, миллионы на следующем. Все деньги мира переданы во имя вендетты фанатикам-«освободителям». Хитро сделанные бомбы, радиопередатчики, ломящиеся от продовольствия столы, стоящие армий напарники и Луи с дорогой информацией – все в руках бывшего телохранителя четвертого премьер-министра, Авнера, которого больше не существует в агентуре «Моссада». Задания тоже не существует. Только эмпирическая принадлежность Израилю. Тело придется отдать, как когда-то Иисус Христос, в жертву. Душу можно оставить маленькой дочери, жаждущим мести руководителям она ни к чему – мазал тов. Обросшая мясом нация желает не только возмездия за погибших, но и страха врагов. Отныне она не потерпит проявлений антисемитизма, что ранее доказывала тем же похищением Эйхмана из симпатизировавшей фашистам Аргентины. Группе Авнера дан карт-бланш на уничтожение палестинцев, причастных к мюнхенскому теракту, и эти запредельно верные Израилю люди подают блюдо далеко не холодным. То ли от неопытности, то ли от эмоциональной заряженности, но не всегда профессиональная работа проделывается нарасхват бульварной публике и прессе – за считанные минуты кончину человека с фотографии из израильского штаба просмакуют все журналисты и телеканалы. Сегодня партнер «Черного сентября» получает одиннадцать пуль в тело, по одной на каждую жертву теракта, завтра еле живой кусок фарша вытаскивают из взорванной квартиры, дабы тот умер в реанимации. Цепочка жертв вырастет, ибо на одного мертвого палестинца придет шесть новых. Но меч Гедеона вознесен вверх, он будет рубить головы всем, от арабов до ангажированных русских и американцев. Всем, кто перейдет дорогу правительству госпожи Меир. А мир лишь окажется вынужден следить, как некогда презираемые евреи превращаются в охотников. Где же здесь правда, а где подлог, Авнеру не позволено размышлять. Его никто не спрашивал, предлагая контракт-призрак и обеспеченное будущее для малютки в Бруклине. Столбом стоит Шестидневная война, где коллега Карл потерял сына. События в олимпийской деревне прокручиваются с ужасной визуализацией окропленной кровавыми дырами стеной. А фейерверк в кипрской гостинице или «Весна молодости» – праведный гнев «Моссада», истинное наказание подонкам, в вину которых заставляют поверить на слово. Но нет, это все не переубеждает. Авнер постепенно прозревает: возмездие за Мюнхен-1972 мутирует в политическую рекламу израильского лобби. То, что полагалось местью, обернулось средством в войне за мировое влияние. За него не жалко мочить тех, на кого очкарик пальцем указал. Чего уж говорить о морально разлагающихся агентах, брутальных лишь с виду. Постоянно убеждать себя в верности Израилю не выйдет. Игрушки собирать легче, чем взрывчатку в телефоне. Жить с семьей, не будучи сокрушаемым паранойей, – тоже. Демагогия правительства реверсивна, она порождает террор в ответ на террор. У кого больше тротила, тот и триумфатор. Но не чемпион. Политическая игра нескончаемо тянет противников в бездну ненависти, где медалей на шею не вешают. Терроризм в любых его проявлениях не заслуживает оправдания. Какие бы цели ни стояли перед убийцами, терроризм чудовищен, это аксиома, и Стивен Спилберг того полностью придерживается. Его «Мюнхен» выражает смелую позицию, осуждающую обе системы – и палестинских палачей, и израильскую машину порядка, между которыми стоит знак равенства. За это его и критиковали еврейские представители, для которых виновны арабы. Встречались и критики со стороны арабских обозревателей, осуждавшие однобокость позиции режиссера. В чем с ними, кстати, можно согласиться. Невзирая на кажущуюся нейтральность, палестинцы в фильме, будь то даже дети, представлены бессердечными мерзавцами, ликующими, когда расстреливают заложников, и просто твердолобыми варварами, якшающимися с революционерами со всего мира во имя территориальной независимости. Территория – это в принципе апломб их стремлений, когда у тех же израильтян хотя бы присутствует цель заставить уважать еврейскую нацию. Об истоках арабо-израильского конфликта здесь также нет упоминаний. За ответами на вопросы, то же за Шестидневная война-то такая и из-за чего произошел теракт в Мюнхене, неосведомленному зрителю придется лезть в Википедию. Смалодушничал ли Спилберг, трудно сказать. Однако история совсем не симпатизирует Израилю, политически и территориально оккупировавшему Палестину, демаркировавшему ту в ныне раздираемом бомбежками секторе Газа. И помог Израилю влиятельный внешний мир, не спрашивавший мнения населения. Точно так же, как и во время Мюнхенского сговора в 1938 году – в том же самом Мюнхене, ох уж эта циничная история... Умалчивание предпосылок теракта принижает палестинцев: Авнер сотоварищи как-никак охотился на преступников, а террористы карали невинных. И попытки помешать Авнеру в духе шпионских лент не срабатывают. Хотя бы потому, что в помеси интернациональной междоусобицы советские КГБшники и продажные ЦРУшники выставлены пособниками ООП, что само по себе – феерический бред. Сам «Моссад» старательно избегает жертв среди гражданских, чего в жизни не было, когда, например, ликвидировали официанта, внешне похожего на организатора теракта. Молчание касается и безалаберной организации Олимпиады, где спортсменов никто не охранял. Это говорит уже о наплевательстве Западного Берлина на безопасность. Бесспорны художественные особенности «Мюнхена»-триллера, хотя и те критиковались реальными участниками событий. Но те приковывают внимание, пусть и как приключенческое кино. Гораздо хуже отброшенная история, нарочно то сделано или нет. 6 из 10
