Хоррор и комедия как сцены бессознательных фантазий
Я практикующий психолог/психоаналитик, интерпретирую фильмы с необычной стороны. Сравнивая Степфордских жен 1975 и 2004 можно заметить что это два абсолютно разных фильма. Один пугает, другой развлекает. Но если смотреть на них через призму психоанализа, то становится ясно оба фильма отыгрывают одну и ту же фантазию. Вопрос того, кто будет обладать фаллосом, символом власти и центра желания. В версии 1975 года ясно проступает мужская инцестуозная фантазия о матери. Женщина лишена желания и субъективности, превращена в куклу, мать-объект, которая всегда доступна. Это не просто страх перед женской субъектностью, это возвращение к ранней детской сцене: мальчик хочет обладать матерью, но сталкивается с угрозой кастрации и вытесняет ее сексуальность. Так мать превращается в идеальную жену: обслуживающую, преданную и пустую. Мужчина убирает из женщины все, что может пугать или сопротивляться, и оставляет только оболочку. Атмосфера хоррора здесь не случайна: это непереваренная, сырая фантазия, возвращающаяся в виде ужаса. Мы видим знакомое тело, но без субъекта, без души. Фильм 2004 года показывает другую сцену. Здесь работает женская фантазия о власти. В этой версии женщины как будто говорят: «Мы хотим не тела мужчины, а его места в структуре». Их желание оборачивается стремлением контролировать, распоряжаться, быть субъектами, а не объектами. В финале именно героиня разоблачает систему и занимает активную позицию, а мужчины оказываются комически обесцененными. И все же фильм не выдерживает этого желания, вместо этого он прячется за комедийной оболочкой. Женское желание власти проговаривается, но тут же высмеивается: серьезное становится фарсом. Это признак того, что фантазия уже не вытеснена, а частично усвоена культурой. Общество способно признать женскую тягу к власти только в виде комедии. Но именно так вытесненное и возвращается, в перевернутой форме, где смех маскирует желание. Разница в жанре как раз и выражает степень переработки. В 1975 году это хоррор, потому что мужская фантазия была невыносима, ее можно было пережить только как кошмар. В 2004 году это комедия, потому что женская фантазия о власти уже не табу, она проговаривается но пока что как шутка. Таким образом, Степфордские жены это не два разных произведения, а два сновидения одной и той же фантазии. Можно также обратить внимание и порассуждать на тему идеала. Герои создают себе идеальных партнеров, но зачастую бывает, что идеал невозможен. Мать не может стать любовницей, а мужчина, полностью управляемый женщиной, перестает быть желанным как мужчина.
