От декаданса к китчу: творческий путь Алексея Учителя (часть 6)
«Край» - первый в череде китчевых фильмов, поставленных Учителем в последнее десятилетие: режиссерского мастерства, как ни бывало, отвратительная актерская игра, броские, аляповатые, клиповые образы, прямолинейная, как плакат метафорика, отсутствие разработанных характеров, сценарий с плохой, порывистой драматургией и много иных минусов, в которой редкие плюсы, как например, неплохо снятые экшен-сцены, тонут, как в болоте. Будто не было в карьере Учителя тончавших в психологической нюансировке картин «Мания Жизели» и «Дневник его жены», все сделано броско, безвкусно, так чтобы понравиться зрителям федерального канала, участвовавшего в спонсировании «Края». Думается, что и сцены гонки на поездах, и сама тема поездов была затронута и дотошно до неприличия разработана из-за участия в проекте РЖД. Персонажи «Края» движимы исключительно примитивными инстинктами, их жизнь утробна и одноклеточна (это касается, как главных героев, задыхающихся от похоти и гнева, так и большинства второстепенных и эпизодических персонажей, среди которых даже лица в исполнении Горбунова и Гармаша невыносимо типажны и просты, как три копейки). Машков уже который год играет одну и ту же роль с безумными глазами и прущей изо всех пор грубой маскулинностью, Пересильд, как и в «Пленном», нужна будто бы затем лишь, чтобы засветить свои «прелести», сыграв «страстную натуру», Ткачук все тот же, что и в «Мишке Япончике». И так абсолютно все слипаются в какую-то темную массу, ненавидящую все иное и непонятное. Сцены с немкой впрямую копируют эпизоды из рогожкинской «Кукушки»: то же непонимание героев из-за говорения на разных языках (в прямом и переносном смысле). Совершенно неясны те художественные причины, по которым был снят «Край», - думается, что их вовсе нет, здесь нет режиссерской сверхзадачи, нет замысла, нет смысла. Единственная цель – отработать деньги, выделенные на съемку, создать что бы то ни было путное в коммерческом плане. С позиции кинорынка, культивирующего посредственность, здесь все на своих местах: секс, насилие, экшен. Однако, с точки зрения искусства, полный провал: слабый сценарий с пустотными персонажами, живущими лишь телесным низом, никакой саундтрек (это не Десятников), перегруженность сюжета экшеном, в котором порой нет никакой логики кроме внешнего эффекта (так, например, совершенно неправдоподобно восстановление моста через реку и сама регенерация старого поезда, простоявшего в лесу всю войну). «Край» - образец кинематографа, за который стыдно, который тщетно пытается подражать Голливуду, но сделан левой ногой – небрежно и на авось. Конечно, неизвестно, что было первым: предложение Эрнста и РЖД снять фильм о поездах, или сценарий. Однако, что бы то ни было, результат обескураживает. Тем более непонятным выглядит аннотация Кинопоиска о том, что «Край» - экшен-притча об особой пути России: никаких общенациональных метафор в фильме нет. Неприятное послевкусие картины, будто вывалялся в дерьме, связано с особенностью антропологического измерения «Края» - скотское, нутряное, утробное поведение героев, ведомых по жизни только инстинктами. Рефлексия на тему, «почему я так живу», отсутствует в ленте напрочь, никто здесь не задается мало-мальски значимыми вопросами, которые только и делают человека человеком, не обязательно интеллектуалом, но, по крайней мере, хоть возвышают его над животным уровнем. Уверен на все сто процентов, что попадись мне «Край» где-нибудь по телевидению, я не стал бы его смотреть, раскусив халтуру с десятой минуты, но, поскольку пишу статью о метаморфозах творческого пути Учителя, а эта картина очень показательна в плане художественной деградации, то вынужден был ее смотреть. Прошло почти тринадцать лет с премьеры «Края», вся шумиха, вызванная спонсированием проекта федеральным каналом и РЖД, улеглась, и фильм благополучно забылся, как страшный сон, как смехотворная попытка подражания Голливуду без даже толики профессионализма, свойственного его постановщикам.
