Советская соборность
Успех 'Блокпоста', финансированного каналом ОРТ, похоже, всерьёз задел амбиции его конкурента РТР, решившего также вложить средства в арт-кино и вытащить из 'долговой ямы' многострадальный проект Валерия Огородникова, который режиссёр уже не надеялся когда-либо закончить. Огородников следует здесь традициям гиперреализма Германа и его единомышленников (Арановича, Аристова, Каневского), хотя и стремится смягчить жёсткую стилистику ностальгическими нотками и симпатиями к 'поколению родителей'. Тематически 'Барак' смыкается ещё и с 'Холодным летом 53-го', но трагичность послевоенного десятилетия контрастирует с ретро-настроениям (a la 'Пять вечеров') и авторским устремлением вернуться к потерянному раю. Послевоенная уральская глубинка. Под одной барачной крышей переживают невзгоды и радуются жизни русские, евреи, немцы, татары - служители органов и бывшие зеки, командированные столичные интеллигенты и шпана всех сортов. В соответствии с фольклорной традицией барак выступает здесь тем самым прообразом соборности (своего рода коллективным бессознательным - совсем по Юнгу), в которой русская душа спасается от насилия. В отличие от Германа, Огородников время от времени прибегает к чисто киношной символике - наплывам, рапидам, цветовым акцентам в чёрно-белой картинке, но чувство меры не дает сбиться в претенциозность и метафорическое косноязычие. Впрочем, все артовские штучки 'микшируют' удачные актёрские работы. И если Сидихин и Усатова подтверждают своё реноме, то шоумен Ярмольник играет здесь, пожалуй, свою лучшую роль. Единственное, что вызывает напряжение, так это сюжетные скачки, поскольку киноверсия является дайджестом 4-серийного телефильма. Такая сюжетная выжимка не даёт характерам развиваться поступательно: только что героиня гордо отвергала любовные притязания старлея, а в следующей сцене уже строит ему глазки. Но это обстоятельство ничуть не смутило жюри МКФ в Локарно, которое, возможно, увидело в этом как раз совсем другое - образ той самой загадочной русской души.
