Георг ВандаловУнесённые баблом: Пособие по выживанию для стервы
Фильм, от которого поколения женщин роняют слезу в платочек, а мужчины — с тоской вздыхают о «настоящих леди» и «благородных джентльменах». Речь, конечно, про «Унесённых ветром». Так вот, если вы видите в этом фильме историю любви, то вы не видите главного. Это не женский роман. Это — жестокий, циничный и предельно честный учебник по экономике и выживанию. Это — производственная драма о том, как разваливается один общественный строй и на его костях вырастает другой, ещё более хищный. А вся эта «любовь» — лишь красивая ширма для звериной борьбы за место под солнцем. Для начала надо понять главное: это кино — не про чувства. Это кино — про бабло. Про то, как целый класс людей, рабовладельцы-плантаторы, жившие как паразиты на теле общества, в один момент лишились всего: своего уклада, своих денег, своих негров и своей «чести». И как в этой мясорубке выживает не самый благородный, не самый умный и не самый добрый, а самый зубастый, самый беспринципный и самый жадный. Это — гимн не любви, а капитализму в его самой дикой, первозданной форме.
Пункт первый: Экономика, дура!
Что такое этот ваш «прекрасный Юг», по которому все так сокрушаются? Это — экономически отсталая, феодальная по своей сути лавочка, построенная на рабском труде. Их «аристократизм», их балы, их красивые платья, их «честь» — всё это оплачено потом и кровью негров. Это — паразитический класс, который ничего не производит, а только потребляет. И вот на эту гнилую, нежизнеспособную систему надвигается Север — молодой, голодный, промышленный капитализм.
Война Севера и Юга — это не война за «освобождение негров». Это — война за рынки, за ресурсы, за то, кто будет рулить в стране. Исход был предрешён. Промышленный Север не мог не сожрать аграрный, рабовладельческий Юг. И фильм это показывает с беспощадной ясностью. Вся эта романтика «Конфедерации» — это всего лишь предсмертные судороги обречённого класса. И когда ветер перемен сносит всю эту шелуху, на пепелище остаётся только один вопрос: как выжить?
Пункт второй: Скарлетт О'Хара — Акула капитализма в корсете.
И вот тут на сцену выходит главная героиня. Скарлетт — это не просто капризная девчонка. Это — хищник. Это — идеальный образец нового человека, который рождается в огне и хаосе. Пока все остальные «леди» и «джентльмены» сидят и льют сопли по своему «потерянному миру», Скарлетт делает то, что нужно для выживания.
Она не рефлексирует, она действует. Надо копать землю своими холёными ручками — будет копать. Надо обмануть, украсть, унизиться — обманет, украдёт, унизится. Надо выйти замуж за тупого лавочника, чтобы спасти своё имение, — выйдет. Надо отбить жениха у собственной сестры, потому что у него есть лесопилка, — отобьёт. Она — не «сильная женщина» в нынешнем феминистском понимании. Она — стерва. Безжалостная, эгоистичная, готовая идти по трупам ради своей цели. Она эксплуатирует труд каторжников, потому что это дешевле. Она обманывает деловых партнёров. Она плюёт на все «приличия» и «нормы морали», потому что понимает: в новом мире все эти «приличия» — это роскошь, которую она не может себе позволить. Она — идеальный капиталист. Она инстинктивно чувствует главный закон этого мира: выживает не самый добрый, а самый эффективный. И в этом её величие и её трагедия.
Пункт третий: Ретт Батлер — Голос циничного разума.
На фоне всего этого сброда мечтателей и идеалистов Ретт Батлер — единственный здравомыслящий человек. Он — не благородный герой. Он — контрабандист, спекулянт, военный мародёр. Он с самого начала понимает, что дело Конфедерации — проигрышное, и пока другие идиоты умирают за «честь», он делает на войне деньги.
Он — циник. Он видит всех этих «аристократов» насквозь. И он единственный, кто видит настоящую суть Скарлетт. Он влюбляется в неё не потому, что она — нежная фиалка. Он влюбляется в неё потому, что узнаёт в ней родственную душу — такого же хищника, такого же прагматика. Их «любовь» — это не романтика. Это — союз двух равных по силе и цинизму зверей. Их отношения рушатся не из-за каких-то там «недопониманий». Они рушатся потому, что Скарлетт, при всей своей практической хватке, в душе остаётся инфантильной дурой, влюблённой в абсолютно ничтожного, бесхребетного интеллигента.
Пункт четвёртый: Эшли и Мелани — Унесённые ветром.
Эшли Уилкс — это и есть тот самый «старый Юг». Он — воплощение всех его «добродетелей»: чести, благородства, образования. И он — абсолютно бесполезен. Он — живой труп. Он не может приспособиться к новому миру. Он умеет только красиво говорить и страдать. Он — классический интеллигент, который может рассуждать о высоких материях, но не способен забить гвоздь. Скарлетт любит не его, она любит свой выдуманный идеал, свою мечту о «прекрасном прошлом».
А его жена, Мелани, — это святая. Добрая, всепрощающая, преданная. Она — моральный компас этого мира. И она, как и Эшли, обречена. В новом, жестоком мире для таких, как она, нет места. Её доброта и благородство — это анахронизм. Она — ангел, который по недоразумению застрял в аду. И её финал — это символическая смерть всего того «хорошего», что было в старом мире.
Итог
«Унесённые ветром» — это монументальное полотно. Технически — безупречное. Актёрская игра — гениальная. Вивьен Ли в роли Скарлетт и Кларк Гейбл в роли Ретта — это стопроцентное попадание. Это кино, которое можно и нужно изучать в киношколах как пример того, как надо снимать большое, эпическое кино. Но восхищаясь ремеслом, нельзя забывать про суть. А суть в том, что это — история про выживание ублюдков в эпоху перемен. Это — гимн не любви, а звериному эгоизму и жажде жизни. Это кино о том, что когда рушится старый мир, на его обломках выживает не тот, кто прав, а тот, кто сильнее, хитрее и безжалостнее.
Это — не романтическая сказка. Это — жестокий урок истории. И за эту беспощадную честность, прикрытую красивыми платьями, ему можно простить даже его откровенную пропаганду.
10 из 10
