СтёпычБольшой переполох в маленьком квартале или хороший день, чтобы умереть
Обращение Дредда к местным жителям, запертым вместе с ним в одном из городских блоков, вышло одним из наиболее запоминающихся. Сразу видно, что закон вернулся в эти замызганные трущобы, где люди фарцуют различным хабаром, скарбом и тряпьем, а также наркотиками и оружием, превращая огромную километровую башню в этакий неприступный притон, куда уже давно не забредал никто из судей. Бандиты, торговцы дурью и всякие маргиналы вольготно существовали до прихода в их дыру главного героя, появившегося там по воле слепого случая, после чего жизнь многих негодяев заметно сократилась.
Он наводит порядок всеми доступными ему способами, а именно сразу же судит злодеев на улице и приводит свой приговор в исполнение. Одним трешка в изокубе, другим конфискация и арест, а кому-то и пуля в голову, если тот или иной мерзавец оказался не в меру ретивым и решил подергать черта за усы. Судья не привык к долгим речам и переговорам, поэтому всякому стоит помнить о том, что с ним шутки плохи и никакие фокусы с ним не пройдут. Плевать, что рядом стажер, да и с верхних этажей поливаются свинцом как из ведра! Дредд поднимется и утихомирит всю свору, коли та не умеет жить по-людски и отравляет соседям воздух.
Вы скажете, что это не гуманно? Для кого как, это с нашей точки зрения Дредд кажется антигероем, но в его мире лишь высшая мера наказания способна образумить зарвавшихся бузотеров, плюющих на общество, порядок и процветание. Он поставлен соблюдать рамки приличия, так что нечего его брать на слабо и думать, что судью можно смело обвести вокруг пальца. Так ведь и разозлить кого хочешь можно, и поэтому наш герой пройдет все этажи, перевернет все притоны и малины, выйдет на смотрителей и на месте порешает все вопросы. Пока папа в здании, то все притихнут, а там и его стажер чему научиться, авось, и пригодится когда-нибудь.
Дредд – тертый калач, такого обычно на мякине не проведешь, даже если у него под носом снуют оборотни в погонах или детишки с опасными пушками. Этот суровый страж закона кого шокером огреет, а кому и пропуск на тот свет выпишет, за ним вообще не заржавеет. Разрывной пулей угостит и гранатами закидает, но смертей среди гражданских попробует не допустить, если только местная шпана от рук не отобьется и не начнет стрелять в наглого копа из всего, что под руку попалось. В противном же случае перестрелка пойдет нешуточная, в которой можно под раздачу угодить тому, кто не вовремя из квартиры высунул свой любопытный нос.
Коли уж рядом шастает злой и угрюмый законник, то обычному горожанину лучше закрыть двери на все замки и забиться в самом дальнем углу, так как за ним по пятам уже мчится вся банда, а она обычно во всеоружии. Пулеметы, автоматы и дробовики отбивают в подъездах кровавое танго, что непременно приводит к оторванным конечностям и отбитым внутренностям. Любезничать с тем, кто тычет в тебя стволом, судья точно не станет; он просто снесет ему полголовы и исчезнет в пороховой гари и копоти, а потом поминай как звали. Жесткий тип, носящий свою медную бляху не за то, что котят с дерева снимает, а за грязную работу, зовущейся службой.
Конечно, мы видим упорного служаку, знающего на зубок все статьи и пункты закона, ревностно охраняющего эти постулаты от липких и грязных лап маргиналов, в чьих интересах варить густое варево из наркотических веществ и продавать его в ближайшие кварталы. В будущем привычные дурманы заменит некий рапид, от которого течение времени в мозгу замедлиться донельзя. Упал ли ты высокого карниза или вот-вот попадешь под колеса, а секунды тянутся словно вечность, будто у тебя нарушено восприятие пространства. То-то же, с подобной дрянью и приходится бороться судье, для которого все это лишь один и его нелегких дней.
Чихать Дредд хотел на то, что смена получилась жесткой и кромешной, зато он как бык упирается в преграды и выламывает их с корнем. Таков уж его личный принцип, дескать, бей в кость, а если враг решит подняться, то добей и дело в шляпе. Нечего жалеть преступивших границы этики, морали и общественных правил, потому что завтра же они начнут совращать детей, насиловать женщин и убивать остальных мужчин. Коли уж сотворил преступление, будь добр – понеси и наказание! Судья является всего лишь отличным инструментом в руках правосудия, но возникает ощущение, что он почти никогда не ошибается с вердиктом.
Он дает выбор, но тот, правда говоря, не слишком велик, если дело затрагивает его оппонентов. Дредд стреляет не сразу, он сначала анализирует и думает, а лишь потом опустошает обойму, ибо зачастую его просто не слушают. Уличные гангстеры считают себя сильнее, умнее и смекалистее, но это опасное заблуждение, если против них выступает вышколенный и наученный убивать Цербер, за спиной которого уже не одна выполненная задача. Что для него очередная воровская малина? Так себе, спички-семечки, шелуха и мелочь, скорее всего. Суток хватит для того, чтобы разворошить притон и наказать виновных.
Еще и стажера подтянет, научит уму-разуму и аттестацию примет по всем правилам. Надо же как-то смену готовить, а тут еще и начальство экстрасенса подсунуло, так что в паре с ним нескучно будет. Тем более, девчонка боевитая, за словом в карман не лезет, а уж как шестерок обламывает, любо-дорого смотреть! В общем, на этот раз Дредда лучше совсем не трогать и во всем сразу же сознаться и покаяться. Нет такого желания? Тогда извольте принять заслуженную кару и быть готовым к тому, что коридоры неприступного блока окрасятся кровью и наводнятся трупами, как обычно принято при полицейских облавах.
У нас сейчас, может быть, все совсем не так, но кто сказал, что в будущем полиция не будет биться с мафией в стиле судьи Дредда? Всякое возможно, поэтому отбрасывать подобный вариант тоже не стоит. Все-таки и времечко ему выпало неслабое: ядерная война прошла, распоясались бандиты, так что нечего их жалеть, коли совесть потеряли. Хотя в остальном все обычно, та же служба, тот же байк и огни затхлого Мега-сити, где каждый пострел мечтает подстрелить судью. Впереди опять кровавый рассвет, очередная жестокая заварушка и хороший день для того, чтобы посадить негодяя за решетку или умереть, пытаясь выдать тому пять лет в изокубе.
7 из 10
