Увидеть «Сатурн» и выжить
Фильм В. Азарова (сценаристом которого стал создавший и литературную первооснову картины 'Сатурн' почти не виден', В. Ардаматский, что, как обычно в таких случаях, видимо, пошло фильму на пользу), которому было суждено стать первым в трилогии, о советском разведчике Сергее Крылове (М.Волков), одновременно явился и первым в ряду советских многосерийных саг «про разведчиков». К счастью, старт этой новой киномоды, которая продержится не одно десятилетие, и обогатит отечественный кинематограф такими образцами как «Семнадцать мгновений весны», «Вариант «Омега», «Отряд особого назначения» и др. пришелся на время оттепели. Несомненно, этот факт сыграл положительную роль в смысле качества сюжета и актерской игры. И дело не только в политической составляющей, состоящей в пусть и краткой, но либерализации режима, но и в уровне режиссерского мастерства и актерской игры в отечественном кино второй половины 60-х гг., когда советское киноискусство достигло те высот, на которых затем уверенно держалось вплоть до распада СССР, с годами только набирая в качестве. Характерной чертой режиссерской работы является динамизм сюжета. Зрителя вводят в гущу событий буквально с первого кадра. Нет почти ни единой провисающей, расходующей время сцены. Все предельно сконцентрировано, что позволяет вместить хронометраж насыщенной картины в 80 минут экранного времени. И если и присутствует в силу этого элемент некой калейдоскопичности, то он крайне невелик и не смазывает впечатление от картины. Актерская игра убедительна, особенно в случае с Тимериным (М.Жженов), Вильгельми (Н Прокопович), фон Клее (В. Покровский). Сам М.Волков не слишком ярок в главной роли, слишком «в себе», хотя с другой стороны – именно так, согласно советским, (да и не только советским) представлениям, и должен, наверное, быть успешный разведчик- не привлекать в к себе внимания, делать свое дело незаметно, но эффективно. Тем не менее, игра Волкова на высоте. Вообще, все или большинство основных персонажей играют в спокойном «интеллектуальном» стиле, только изредка и тщательно дозированно и продуманно позволяя себе проявление эмоций (например, вспышки Крылова в плену или во время устраиваемых ему проверок). В этом смысле единственный по-настоящему экспрессивный из основных персонажей картины – Бударин в исполнении великолепного В.Кашпура. Видно, что спокойствие и хладнокровие, так нужные разведчику, даются ему с более заметным напряжением, нежели напарнику Крылову. Изображение немцев не примитивно-ходульное, а вполне себе многоплановое- и это уже традиция нового советского кинематографа. Этим отличался уже первый советский военный сериал «Вызываем огонь на себя» (1964), хотя и посвященный не разведчикам, а подпольщикам. В «Пути в «Сатурн», с немецкой стороны – в фокусе внимания абвер и, без сомнения, именно отсюда берет начало «особое» отношение советской кинематографии к этой службе, которое потом отобразится и в «Щите и мече», и в «Майоре «Вихре», и в «Варианте «Омега». Суть его в следующем: абвер, конечно, мерзавцы, но мерзавцы интеллигентные, рядящиеся в тоги, и на этой почве с ними даже при провале можно прожить дольше, чем с костоломами СС. Хотя бы потянуть время, проводя мировоззренческие споры и идеологические дискуссии. Свои, переметнувшиеся к врагу, тоже чуть ли не впервые в советском кино показаны в совершенно непривычном ракурсе. Еще в том же «Вызываем огонь на себя», «прислуживавшие» немцам могли быть «хорошими» только при условии, что они в реальности работали на партизан под прикрытием (как староста или полицай Костя Поваров ), а перешедшие «не понарошку» (наподобие Тереха) выводились отпетыми негодяями и кончали по принципу «собаке собачья смерть». Зато в «Пути в «Сатурн» сдавшийся немцам Андронов (Г.Гай) только и делает, что мучается угрызениями, совестится, вздыхает, слушая радо о приближении немцев к Москве, и под конец (ну, конечно же!) легко соглашается работать на Крамера –Крылова. Да и другие совработники «Сатурна» из числа завербованных (герои Г.Юхтина, В. Талызиной и др.), кажется, только тем и заняты, что мучаются и каются, дожидаясь только часа, чтобы перебежать обратно к своим. Даже самый несимпатичный из сатурновского «выпуска» Грибков, как выясняется при допросе в НКВД, хоть и пустил под откос эшелон, но порожняк (а передал что воинский). Так что тут очевидный перекос из одной крайности –сталинского принципа: любой попавший в плен –предатель Родины, в другую – даже те, кто пошел на сотрудничество с врагом – это только заблудшие овцы, ведомые силой обстоятельств. Некоторые эпизоды (кадры эвакуации Москвы 16 октября, диалог Дробота и Тимерина о предвоенных дискуссия в разведке и др.) из-за своей непривычной правдивости кажутся последними дуновениями уходящей под брежневский «застой» оттепели. Уже спустя пару лет в советских фильмах такие реминисценции станут невозможными. Музыка А.Флярковсого неплохо сочетается с сюжетом фильма. Любопытный прием с фоновыми врезками трансляций радиопередач, как советских, так и немецких которые в атмосферу военных фильмов всегда вносят неповторимый эффект присутствия. В целом, один из последних фильмов советской «кинооттепели» и первый из советских киносериалов о разведчиках в тылу врага – уже достаточное условие для того, чтобы фильм стал заметным кинособытием. 9 из 10
