Про такое кино обычно говорят — все звёзды сошлись. По другому и не объяснить, как по всем пунктам это пронзительное произведение работает и бьёт в самое сердце и как все причастные к его созданию люди сделали свою с позволения сказать работу со страстью и душевным порывом. Не знаю, насколько крут исходный роман Иэна Макьюэна, но его кинематографическую версию иначе как словом ШЕДЕВР и не охарактеризуешь. Всё здесь сделано на высочайшем уровне — эталонно и филигранно. Потрясающий киноязык, когда режиссёр творит фантазию и магию, используя по максимуму все приёмы, работающие на результат, будь то классный саундтрек и этот приём превращения звука печатной машинки в его ритм-секцию, или идеальная и сшибающая с ног операторская работа, от которой глаз не оторвать, или же постановка света и цветовые решения, или же невероятные по красоте натурные съёмки — как романтических и страстных моментов, так и ужасов войны. Сама история разрывает тебя на части, а финал наполняет сердце горечью и невыносимой тоской и болью. История о чувствах, страстной и вечной любви, людских кошмарных ошибках и поступках, продиктованных эгоизмом, подлостью, ревностью — решениях, которые ломают другим жизнь, да так, что не склеишь и не вернёшь - горько и больно. И всё это с блеском воплотили прекрасные артисты — Макэвой и Найтли пара, в чувствах которых не сомневаешься ни на йоту, а героиню Ронан хочется натурально прибить булыжником — настолько яркая и мощная роль, что вызывает неподдельные чувства ненависти и презрения. Это натуральное кинополотно, кино старой школы, тот самый большой кинороман, который встречается всё реже, но тем и ценен. Кино большого стиля, невероятно и по-авторски с надрывом снятое и точно так же с душой и пылкой страстью сыгранное. Без дураков — ШЕДЕВР.

Как одна малолетняя писательница разрушила жизней больше, чем Вторая мировая война

«Искупление» режиссера Джо Райта — это не просто очередная костюмированная драма про британскую аристократию, которая от нечего делать страдает на фоне идеально подстриженных газонов. Это двухчасовой, изощренный сеанс морального мазохизма, упакованный в невероятно красивую глянцевую обертку. Это кино берет вас за шкирку, заставляет любоваться каждым выверенным кадром, а потом с размаху бьет под дых. И, что самое обидное, вы сами попросите добавки. Сюжет стартует в изнуряюще жаркий летний день 1935 года. Поместье, жара плавит мозги, скука пробивает потолок. И в центре этого великолепия бродит 13-летняя Брайони (Сирша Ронан) — ходячая катастрофа с косичками и зашкаливающим самомнением. Девочка с грацией бульдозера лезет во взрослые дела, обладая при этом фантазией, работающей на стероидах, и нулевым пониманием того, как устроен реальный мир. Брайони становится свидетелем пары пикантных (с ее пубертатной колокольни) сцен между ее старшей сестрой Сесилией (Кира Найтли) и сыном прислуги Робби (Джеймс МакЭвой). Робби — парень не промах: отучился на деньги хозяев, обладает мозгами, амбициями и глазами брошенного спаниеля, от которых Сесилия тает быстрее, чем лед в ее коктейле. В воздухе витает такое сексуальное напряжение, что от него можно прикуривать, и парочка закономерно отправляется в библиотеку, чтобы заняться... ну, явно не чтением Диккенса. Но наша юная Мисс Марпл с печатной машинкой делает выводы, достойные дешевого бульварного романа, подглядывает в замочную скважину, читает чужое (и весьма горячее) письмо, а потом, когда в поместье случается реальный криминал, без тени сомнения тыкает своим аристократическим пальчиком в единственного человека, которого удобно слить — в Робби. Бинго! Жизнь парня летит в тартарары быстрее, чем вы успеете сказать «презумпция невиновности», а Брайони отправляется пить чай с чувством выполненного долга. Актерский состав — это отдельный вид эстетического издевательства. Кира Найтли здесь выдает, пожалуй, свой максимум. Ее Сесилия — это концентрированный снобизм, смешанный с истерикой и упакованный в самое знаменитое изумрудно-зеленое платье в истории кинематографа. Это платье — буквально оружие массового поражения; оно играет свою роль лучше, чем добрая половина современных актеров Голливуда. Джеймс МакЭвой в роли Робби просто рвет душу на британский флаг. Его путь от уверенного в себе парня, поймавшего птицу счастья за хвост, до изможденного солдата, чья единственная цель — просто выжить и вернуться назад, сыгран настолько на разрыв аорты, что временами хочется отвернуться от экрана. А Сирша Ронан... О, эта малолетняя звезда сыграла так убедительно, что после просмотра вам захочется найти ее героиню и лично отобрать у нее все канцелярские принадлежности до конца жизни. Она бесит настолько искусно, что это заслуживает стоячих оваций. Визуальный и звуковой экстаз. Джо Райт снимает так, словно каждый кадр повесят в Лувре. Жаркое, ленивое лето в поместье обволакивает вас через экран, а потом кино делает резкий кульбит и швыряет вас прямо в грязь и безнадегу Второй мировой. Тот самый легендарный пятиминутный кадр на пляже Дюнкерка, снятый одним дублем — это не просто операторские понты. Это монументальное, почти физически ощутимое погружение в хаос, где люди теряют рассудок, поют гимны на фоне колеса обозрения и ждут спасения, которого нет. Но главный садист здесь — композитор Дарио Марианелли. Он гениально вплел в саундтрек стук клавиш печатной машинки. Этот звук преследует вас весь фильм: «Клац-клац-клац... Вжииих». Каждый удар по клавишам звучит как гвоздь, забиваемый в крышку гроба чужого счастья. Этот стук — метроном неотвратимой катастрофы. Что по итогу? Никаких спойлеров к финалу не будет, хотя руки так и чешутся. Скажу одно: если вы думаете, что знаете, чем все закончится, потому что «ну это же Голливуд» — закатайте губу. Финал этого фильма проедется по вашим ожиданиям асфальтоукладчиком, развернется и проедется еще раз. Это гениальная, грязная и невероятно изящная пощечина зрителю, которая переворачивает весь смысл слова «искупление». Это кино о том, что слова имеют вес тонны тротила. О том, что извинения иногда не стоят даже бумаги, на которой они напечатаны. Это едкий, саркастичный и безумно красивый памятник человеческой глупости и классовой гнили, прикрытой красивыми манерами. Смотреть больно, оторваться невозможно. 8 из 10

Обладатель «Золотого глобуса», приз «Британской киноакадемии», номинант на Оскар. И это всё в категории «Лучший фильм». Оскар фильм всё же имеет – «Лучший саундтрек». И (те, кто смотрел, точно поймут) звук пишущей машинки, конечно, бесподобен. Перед нами очень интересная история, которая по началу показалось мне даже несколько глуповатой и наивной, рассказывающая о семейной трагедии, о Второй мировой войне, разлучившей двух влюбленных друг в друга людей. Удивительная история, в которой нам покажут, как один человек может одним глупым поступком навсегда изменить жизни и судьбы близких людей. Фильм берет за душу. Героями проникаешься и сопереживаешь им. Причем всем, даже тем, кто по своей глупости станет негативным персонажем. Замечательная игра актеров во главе с Кирой Найтли (как всегда очаровательной) и Джеймсом Макэвойем. Последний тоже очень понравился. Впрочем, всегда считал и считаю его очень талантливым актером. Помимо очень занятной истории, которая, если не пронизывает до глубины души, то точно практически туда попадает, понравилось то, как через атмосферу госпиталей, разбитых улиц и домов, показан ужас войны. То, как «проходит» герой Макэвойя этот последний рубеж, последний этап, на расстоянии руки от дома. Понравилось также повествование, так сказать, с разных ракурсов, когда тот или иной, важный для общей истории, момент показывают с разных сторон, от лица разных персонажей, обращая наше внимание на то, что каждый видит ту или иную ситуацию по-своему. Финал ленты не поражает, но точно запоминается, добавляя эмоций от просмотра. Очень достойная драма, которая, если не станет любимым фильмом, то, совершенно точно, запомнится.

Красивая история

Около года назад я начинала его смотреть, но не совсем видимо была готова к просмотру поэтому и бросила. И вот буквально позавчера я его досмотрела. Первое, что хочу отметить - это очень красивая съемка и игра актеров. Очень нравится игра Киры Найтли, у нее достаточно естественно получается играть раскрепощенную девушку. Джеймс Макэвой очень красивый и молодой парень, хорошо подобран на роль. Его типаж очень подходит: у него есть внутренний стрежень, нежность, эмпатия и в достаточной мере жесткость. Ромола Гарай очень хороша играла медсестру. В ней была видна внутренняя борьба, несогласие с системой и желание помочь людям. В целом, чувствовалось, что у главных героев есть запас этой мощной силы молодости, которая им помогала жить во время войны и не сдаваться. Конечно концовка слегка меня удивила и размышления Брайони в пожилом возрасте ( не нашла имени и фамилии актрисы). Мне понравилось, что в этой истории показывается, как обманчивое убеждение может привести к разрушению человеческой жизни. Мне кажется, что Брайони, впечатлительный подросток, была влюблена в Робби, не могла принять, что он испытывает чувства к ее сестре, Сесилии. Поэтому она неосознанно или полуосознанно решила, что он виноват в изнасиловании. Мне кажется, в этом самоубеждении она выместила всю злость на Робби, ей было свергнуть своего кумира с пьедестала, чем принять его как обычного человека. Последние сцены мне показались странными. Я понимала, что Брайони раскаивается, но в то же время, она все еще была в своих фантазиях. Есть ли большой смысл двух умерших людей сводить вместе в книге? Да, скорее всего это ее способ принятия ситуации, но это не отменяет некоторой доли эгоизма в этом поступке. В целом фильм мне понравился с точки зрения съемки и игры, но мне не хватало чего в персонажах и сюжете, поэтому пересматривать не буду.

Великая красота

«Искупление» смотрится на одном дыхании и оставляет веское послевкусие. Прежде всего, это очень красивое полотно. Очень классическое и правильное, почти до прямолинейности, не претендующее на новое слово в киноязыке и искусстве. Оно этого не скрывает, и своим подчеркнутым, рафинированным эстетизмом приковывает одних зрителей, и, видимо, отвращает других. Найтли и Макэвой – ослепительный, прекрасный дуэт, и я полностью солидарен с теми зрителями, которые просто пришли посмотреть на них двоих. Совсем как главная героиня фильма. К написанию этой рецензии меня побудило именно искреннее восхищение той изящной безжалостностью, с которой режиссер отнесся ко своей прекрасной картинке – оставив ее именно картинкой, чуть ли не безликим фоном, противопоставленным подлинному смысловому напряжению картины. Очевидно, и Найтли, и Макэвой, умеют играть. Тем поразительнее, насколько нераскрытые, эфемерные образы они при этом создают - мне даже непонятно к финальным титрам, а что на самом-то деле (кроме пары горячих минут) было между ними и внутри них. Вместо истории их чувств нам даны лишь голые факты, безжалостно говорящие, что про их общий внутренний мир мы уже никогда не узнаем. Этот простой ход изумил меня: фильм (книгу пока не читал) сумел оказаться не историей любви, а каким-то почти растерянным размышлением творца о трагической несоизмеримости творчества и реальности. Одна сторона налицо: в творчестве ты просто ходишь между своими мыслями и фантазиями, пытаясь понять, что они означают. Но не дай бог выпустить какую-то фантазию! – ведь то, что для творца лишь очередной возможный набросок «истины», для внешнего мира уже слишком случилось и больше никогда не станет не бывшим. Кино явным образом бьет нас в мысль, что воображение изобретает виновников. Но не так заметна другая мысль – что, поняв эту ошибку, воображение рискует повторить ее. И изобрести нового виновника, на этот раз самого себя. В рецензиях справедливо замечают, что, в общем-то, не Брайони придумала мировую войну, или молчание Лолы, тем более поступок ее «кавалера». Она не придумала отношения Сесилии с родителями. И не придумала довольно жестокое, на самом деле, решение Робби назначить ее почтальоном любовного письма. Она не придумала основания, убедившие ее цепкий, но неопытный мозг в том, что Робби опасен для ее сестры и других девушек. Но зато она придумала, что важнее всего тут ее неискупимая вина. Придумала настолько объемно, что убедила в этом добрую половину пылающих праведным гневом зрителей. Искупить и впрямь ничего не вышло - девочка снова искала виноватую и терзалась впустую в тот (небольшой) промежуток времени, когда хоть что-то еще можно было сделать. «Эта пьеса о любви, но и о том, что нужно все же сохранять благоразумие». Надо ж уметь так запутаться! Просто желая наблюдать - за вещами, людьми, любовью, своими чувствами; желая благоразумно видеть чувства как они есть; настолько видеть эти чувства, что потерять за ними самих людей, которые не видят чувства, а чувствуют, любят, воюют и умирают. Настолько хотеть видеть и понимать мир, что потерять его за своим видением. Как человеку отчасти творческому мне эти censoredстрадания очень понятны. Как и то, насколько они жалки в сравнении с позором, тюрьмой или войной. Резюмируя: целевая аудитория «Искупления»не сводится к занудам вроде меня, и возможное двойное дно точно не мешает фильму найти прямые пути к открытому таковым сердцу. Фильм вряд ли понравится лишь тем, кому претит сентиментальный пафос (его здесь действительно много, неприкрытого и, если угодно, аристократически-буржуазного) и тем, кто очень хорошо понимает, где в этом мире добро, зло, кто виноват и что делать. Всем остальным картину искренне рекомендую. Это очень грустное и хорошее кино.

Прекрасная драма с хорошими актёрами

Как это часто бывает, наткнулся на этот фильм абсолютно случайно и не смог выключить пока не досмотрел. Казалось бы, типичная история любви, но то как это показано и к какой концовке приходит фильм - сильно удивляет. Сама завязка проста - дочь главы дома Сесилия влюблена в их садовника Робби, но из-за разных социальных статусов они это скрывают. Увы, их замечает Бриони и в силу юного возраста делает неверные выводы, которые могут разрушить не только отношения Сесилии и Робби, но и жизнь её самой... И дальнейшая отправка Робби на войну, и отъезд Сесилии, и прекращение её общения с Бриони, все это накладывается на повзрослевшую Бриони, которая начинает осознавать свой поступок и на что он повлиял. И этот акт фильма хочется выделить сильнее других, показ Робби во Франции сделан невероятно красиво, очень сильное погружение в атмосферу нарастающей Второй мировой. Долгая сцена прохода героя по пляжу Дюнкерка, снятая одним кадром становится особенно запоминающимся фрагментом. Здесь все выступает настолько реалистичным, что даже не возникает сомнений в действительности хаоса и ужасе, происходящем на экране. Быт солдат, истерика раненных, пьяные песни, кровь, грязь, сумасшествие, — всё это там... В остальное время с технической стороны к фильму тоже сложно придраться, показаны в основном 1935 и 1940 и в оба показанных временных отрезка веришь, локации, костюмы, все это только ещё больше погружает в картину. Невероятно красивая визуальная часть, оператор постарался на славу, все кадры выглядят потрясающе. Кира Найтли и Джеймс МакЭвой просто великолепны, их героям веришь, сочувствуешь и надеешься на лучшее. Конечно, нельзя не отметить линию Бриони, которую в детстве сыграла Сирша Ронан, хоть по началу героиня больше раздражает, но её путь к тому самому искуплению удивляет (особенно, когда в финале раскрываются все карты, без слёз на глазах этот момент не посмотришь). По итогу получилась отличная драма с крепким сюжетом и отличным показом ужаса войны, с хорошей передачей времени и прекрасными актёрскими работами. 9 из 10