Вот это мультик Кэмерон нарисовал...
Я смотрел этот «Аватар» спустя годы после премьеры, пересматривал перед второй частью. Весь фильм — это же не кино в классическом понимании, где тебе историю рассказывают, чтобы ты поплакал или задумался о вечном. Нет, друзья мои. Это Кэмерон просто распахнул двери в свой гараж размером с Новую Зеландию, где у него стоит самый навороченный в мире 3D-принтер, и такой с порога заявляет: «Смотрите, нищеброды, чё могу! Я вам щас такого нарисую — век будете челюсть с пола подбирать. И завидуйте молча, потому что весь ваш кинематограф со своими драмами даже рядом не стоял с моими светящимися грибами!» И ведь в этом абсолютно вся соль. Кэмерон не дурак, он прекрасно понимает, что перескажи сюжет «Аватара» словами где-нибудь в пивной — тебя засмеют и скажут, что ты в детстве пересмотрел мультик «Покахонтас» вперемешку с советским «Тайна третьей планеты». Потому что сюжет там... ну какой там сюжет? Парень из фургона с надписью «понты дороже денег» прилетает на чужую планету, влюбляется в аборигенку с лучшей фигурой во всей галактике и понимает, что белые люди — в смысле, земные вояки — они и в космосе ведут себя как последние свиньи с бульдозерами. Всё. Это мораль уровня передачи «Спокойной ночи, малыши». Типа: «Ребята, давайте жить дружно, не рубите дерево, под которым сидите, особенно если в нём интернет через корни раздаётся и души предков на жёстком диске хранятся». Ты следишь за этой драмой и, положа руку на сердце, иногда откровенно клюёшь носом на диалогах. Ну правда, какой там драматический накал? «Я тебя вижу»? Окей, дорогая, я тебя тоже вижу, у тебя из головы USB-провод торчит, давай уже прыгай на свою летучую зубатку и делай бочку. Потому что драма в этом фильме — это когда полковник Куоритч орёт про террор и ужас, а ты сидишь и думаешь: «Мужик, ну какой ужас? Тут такие краски, что у меня сейчас глаза вытекут от счастья, я не хочу слышать про политику и ресурсы, я хочу ещё раз увидеть, как летят в пропасть эти гигантские камушки, висящие в воздухе!» И вот тут мы подходим к главному — к рисованию. К тому, как Кэмерон положил прибор на всю мировую драматургию и все деньги мира вбухал в то, чтобы мы сидели с открытыми ртами. Это же не просто кино, это аттракцион тщеславия высочайшего полёта. Это чистое бахвальство гения, который десять лет ждал, пока технологии дорастут до уровня его ЧСВ. И ведь дорастали же! Ты смотришь на этих На’ви, и тебе абсолютно параллельно, что они там мелют про Эйву и Великую Мать. Потому что у них настолько плавная мимика, что любой актёр в пластическом гриме удавился бы от бессильной злобы. А их глаза? Там прописано больше эмоций, чем у половины актёров в российских сериалах про ментов и врачей вместе взятых. И ночная Пандора... Вот это вообще удар под дых. И ведь в этом есть что-то предельно честное. Обычно режиссёры маскируют свои технические понты под глубокую философию. А тут — нет. Тут аттракцион в чистом виде. Тебе говорят: «Сюжет? Ну, это чтобы кнопки в кресле нажимать было не скучно. Главное — смотри, как перья переливаются и как вертолёты красиво взрываются в 3D, разбрызгивая искры прямо тебе в лицо». И ты смотришь. И действительно завидуешь. Не деньгам, а возможности ТАК рисовать. Ты выходишь из кинотеатра и чувствуешь себя немного обкраденным, потому что твой реальный мир какой-то тусклый и пиксельный по сравнению с этой хрустальной Пандорой. Поэтому все эти разговоры про «синих человечков» и вторичный сюжет — они мимо кассы. Проблема не в том, что сценарий слабый. Проблема в том, что Кэмерон не оставил нам выбора, кроме как восхищаться картинкой. Ты сидишь эти три часа и смотришь самый дорогой скринсейвер в истории с элементами космического вестерна. Но как же, чёрт возьми, он красив! Так что да, по сюжету это «Гостья из будущего» в космосе. Но по картинке... по картинке это такое эго, такие понты, что язык не поворачивается ругать. Остаётся только снять шляпу и признать: «Хорошо, Джим, ты нарисовал красивее всех. Доволен? Давай ещё сиквел про водичку, я приду поглазеть». Потому что честность в искусстве — это когда режиссёр тебе прямо показывает, что он тут главный художник на деревне, и ты с этим ничего поделать не можешь. Только смотреть и завидовать. Или беситься. Но чаще всё-таки завидовать и смотреть.
