Легендарные женщины. Часть 2.
«Я независима, я вправе действовать, как захочу. Я могу приносить пользу. Женщины даже и мечтать не могут о таком» © Иоанна Если бы этот фильм вышел лет на шесть позже, то почти наверняка стал бы более мужененавистническим. История Иоанны – пожалуй, самая интригующая легенда католической церкви и самая постыдная для папства даже в наши толерантные дни. Мнение о мизогинном прошлом сейчас настолько укоренилось, что даже если историчность Иоанны будет опровергнута ещё много раз, всё равно будут оставаться те, кто продолжат обвинять папство в сокрытии фактов. Да и нельзя отрицать того, что оснований для таких обвинений предостаточно… Попытки обсуждения «Иоанны» неизбежно уводят нас в историю. Мир, в котором живёт главная героиня, далёк от совершенства. Какие ассоциации приходят на ум при слове «Средневековье»? Роскошные дворцы, короли в коронах, рыцари в облегающих доспехах. Таким было Высокое Средневековье, начавшееся в XI веке, но ему предшествовало менее притягательное Раннее Средневековье, поздний период которого также именуется Тёмными веками из-за падения уровня жизни в Европе. Сейчас это звучит дико, но даже грамотность была тогда доступна далеко не каждому. Не стоит удивляться, что легенда об Иоанне относится именно к Тёмным векам, когда происходило много странного и абсурдного. Фильм Зёнке Вортманна без стеснений показывает противоречивость христианских догм на фоне той же самой мизогинии и неоправданного презрения к рассудительным язычникам. На самом деле чудо, что из трубы пережили Тёмные века. Если женщина, подобная Иоанне, существовала на самом деле, то её жизнь вполне могла стать такой, как показано здесь. Скрытная и полная переживаний за свою безопасность посреди враждебных мужчин. Родная деревня с жестоким отцом, школа с таким же жестоким преподавателем, аббатство, Рим… Величайший город со времён Античности показан во всей своей красе и со всеми своими недостатками. Поскольку события происходят в IX веке, то многие черты ещё напоминают Античность. Продемонстрированные уклад жизни правителей, манера держать себя и даже одежда – всё напоминает времена Цезарей, изменилась только религия и возросла нетерпимость. Образы, воплощённые Джоном Гудменом, Анатолем Таубманом и Бранко Томовичем, смотрелись бы одинаково органично как в первом веке до нашей эры, так и в том времени, где происходят события фильма. Испытания, которые проходит Иоанна, шокируют. Тяга к знаниям, столь поощряемая в наши дни, вызывает у персонажей большую критику. Даже у образованного слоя общества, которому требуется какой-то объединяющий враг. Режиссёр подчёркивает, что этим врагом становится, конечно, дьявол, кознями которого объясняют в частности ведьмовство. При том, что по факту ведьмы, корни которых «растут» как раз из таких женщин, как Иоанна, стремились улучшить несправедливый мир, в котором страдали не только женщины, но и бедняки и инакомыслящие. Без сокрытия своего пола Иоанна никоим образом не добилась бы своих целей, и всё это вызывает большую грусть… В воспроизведённые режиссёром времена каждая сильная женщина в любом регионе мира вызывала такое удивление, что становилась легендой. Не только Йоханна Вокалек, но и Лотте Флак заслуживает аплодисментов за отличную игру. Взрослая Иоанна и она же в подростковом возрасте вызывает одинаковую симпатию, поскольку даже при маскировке под мужчину сохраняет привлекательность. Союзником Иоанны становится Герольд, которого играет Дэвид Уэнем, и надо сказать, что клеймо Фарамира из «Властелина колец» прочно привязалось к актёру, чьи самые известные роли похожи друг на друга весьма сильно. Герольд, как и сын Дэнетора, самоотверженно исполняет свой долг, не страшась смерти. А Иоанна… её слова, вынесенные в эпиграф данной рецензии, найдут отклик как минимум у половины женской аудитории фильма. Сколько сейчас таких же Иоанн в странах третьего мира – и представить сложно. Что сказать ещё. «Иоанна» снята с большим старанием, поэтому оставляет положительные впечатления даже у зрителей-атеистов. Единственными недостатком ленты является финал, который вызывает небольшую путаницу. Надо было чуть более внятно истолковать зрителям, кого же они видят в последнюю минуту. Кроме того, сильное недоверие вызывает пир возле школы, который посещает Иоанна перед первым занятием. Показанная в этой сцене единственная сортирная шутка очень уж притянута за уши. 9 из 10
