Птаха

Не имеет значения, какой ты особенный, или каким особенным был.

Давно не было рецензий на фильмы. Так уж выходит, что пишу я их раз в полтора месяца. Но про ленту, которую посмотрел сегодня, я не могу не рассказать. Ещё в прошлом месяце в рекомендации мне попался фанатский клип на трек «Мельтешение жизни» Славы КПСС и Замая с необычным видеорядом. Это были кадры из фильма «Птаха» 1984 года, режиссёром которого является Алан Паркер. Я его отложил на какое-то время и сегодня наконец посмотрел. Алан Паркер снял этот фильм по сценарию, основанному на одноимённом романе Уильяма Уортона. Основной темой является история дружбы двух парней - впечатлительного Птахи и задиристого весельчака Ала. Они две крайности, но несмотря на это оба парня относятся друг к другу с искренними уважением и теплотой. Вьетнам сделал их другими людьми. Ал не сможет уже быть таким беззаботным, а Птаха и вовсе уйдет в себя, двинется рассудком, возомнив себя птицей. Ради их прежней дружбы Ал должен достучаться до своего друга, вернуть ему рассудок, вытащить человека из птичьей клетки, в которую тот добровольно себя заключил, прячась от ужасов войны. Работа является метафизической иллюстрацией душевной боли о несбывшихся надеждах. Здесь присутствует множество ветвей повествования: конфликт отцов и детей, проблема военного времени, дружба двух противоположностей, подростковая наивная беззаботность, социальные взаимоотношения государства и личности, а самое главное – внутренний мир человека и его нравственные качества. Фильм антивоенный и, в какой-то мере «антипсихиатрический». По первой мне казалось, что интроверт Птаха является главным чудаком, но в процессе начинаешь понимать, что мир, развязывающий войны намного безумнее парня, увлекающегося птицами. По ролям: говоря о главных героях, насколько же здесь прекрасен Николас Кейдж. Когда видишь резкую трансформацию молодого парня с ветром в голове в раненого бойца Вьетнама с осколком в той же голове, начинаешь понимать, насколько ответственно Николас подошёл к своей роли. Со сложной и непростой ролью справился Мэттью Модайн, проиллюстрировавший одержимость птицами главным героем, его замкнутость от внешнего мира. Высшим пилотажем, на мой взгляд, является сошедший с ума Птаха, находящийся в больнице и превратившийся в птицу. Остальной каст также был очень хорош, пробелов не видел ни в ком. Алан Паркер. Как я мог всё это время упускать такой ценный кадр в киноиндустрии. Тот антураж, который он передаёт своей постановкой и режиссурой, удивляет. С одной стороны: захолустья, ржавые автомобили, дряхлые дома, свалки, пустырь и заводы. А с другой: джунгли, грязь, взрывы, вертолёты, кровавые лужи и разрушенная техника. Всё это точно передаёт атмосферу происходящего. Работа настоящего профессионала. Фильм «Птаха» актуален противостоянием отдельной личности с непохожим на неё внешним миром. Он тяжелый и мрачный, но посмотреть его можно и нужно. И еще, стоит отметить, что, несмотря на то, что фильм довольно тяжкий, комедийных моментов тут хоть отбавляй, и Паркер очень умело балансирует на грани комедии и драмы. Советую к просмотру! «Они отобрали у нас лучшее, что мы имели, Птаха. Мы оба полные неудачники. Не сумели жить так, как нам хотелось. Чёрт! Я всегда был так уверен в себе, думал, никто не заставит меня делать то, чего я не хочу. И вот где я оказался... Тебя демобилизуют или заносят в список пропавших без вести. Не имеет значения, какой ты особенный, или каким особенным был. Я чувствую себя, как один из тех бездомных псов, помнишь? Знаешь, когда мне разворотило лицо снарядом, я чувствовал запах жареного мяса. Это было безумие, потому что это был такой сладковатый запах, такой знакомый. А потом я понял, что горит моя кожа... Я даже боли не чувствовал»

'Где сердце молодого Агасфера боролось с притяжением земли' (Борис Поплавский)

То, что в «Полуночном экспрессе» было ошеломляющим, в «Птахе» получило свое закономерное развитие, но с гораздо меньшей художественной интенсивностью. Символика фильма, как всегда у Паркера, проста, но при всей незатейливости мессиджа, она чрезвычайно эмоциональна и искренна. Вновь, как и в случае «Полуночного экспресса», экранизируя бестселлер, режиссер вполне профессиональными методами рассказывает историю дружбы двух разных людей, которую не смогли разрушить ни война, ни безумие: Птаха и Эл непохожи настолько, насколько это возможно, как непохожи в своих устремлениях душа и тело, но тем крепче их связь. Паркер по сути дела снимает антипсихиатрический фильм об амбивалентности безумия: мир, развязывающий войны, гораздо безумнее тихого интроверта Птахи, мечтающего летать. Как Мэтью Модайн смог сыграть специфическое сумасшествие своего героя, его постепенно погружение в психоз, лично для меня – загадка, его герою не только веришь и сочувствуешь, но и проникаешься его жизненной философией, его одержимостью полетом. Совсем еще молодой Николас Кейдж также хорошо показывает эволюцию героя от беззаботного весельчака к травмированному войной духовному и физическому инвалиду (жаль, что для Кейджа лишь 80-е и начало 90-х стали временем работы в серьезном кино). «Птаха» Алана Паркера при всей естественности своего мессиджа, при всей кинематографической органике в передаче относительности нормы и безумия – кино не без недочетов, ибо как бы не покоряли и не поражали воображение некоторые сцены (прежде всего, конечно, полет Птахи во сне ли, наяву?). ритмически фильм неровен, в нем есть монтажные ошибки, вредящие нарративу и делающие его несколько вялым, рыхлым (скажем, укороченность или наоборот затянутость некоторых эпизодов). В любом случае сцены в больнице удались режиссеру гораздо лучше, чем флешбэки и по темпу, и по атмосфере, а беседы-монологи уставшего и злящегося Эла с постоянно молчащим Птахой – вообще чрезвычайно аффективны и задевают нервы и сердце зрителя почище многих душераздирающих мелодрам. Фильм Паркера, как все его лучшие ленты 80-90-х, - не просто о пассивной жажде свободы, но об активном стремлении к ней, о косности не только социальных институтов и нормативных границ, но и о желании преодолеть притяжение самой материи, а тоске по чисто духовной, равноангельской жизни (потому Птаха совершенно индифферентен в половом отношении). «Птаха» - о трагической участи духа в мире материальных законов, о его неизбежном самозамыкании, о сложности для тела и души коммуницировать друг с другом – так они непохожи (неудивительно, что Эл достучится до Птахи лишь тогда, когда пульсация его личной боли срезонирует с духовной тоской Птахи). При всем этом финал говорит нам, что перед нами – не окончательная в своей трагичности история, что общение несоизмеримых сущностей возможно, как реален и их общий полет-побег за пределы бесчеловечных законов, границ и самого тяготения земли.

'Птаха' - это не только потрясающая военная драма, но и один из самых лучших фильмов о дружбе. Невероятно сильная и трогательная картина Алана Паркера, способная расчувствовать даже самого чёрствого человека. Это, несомненно, самая лучшая роль в карьере Николаса Кейджа. Он тут просто на высоте! Мэттью Модайна прежде не видел, но его актёрская игра заслуживает стоячих аплодисментов. Фильм о дружбе двух совершенно разных людей: Эл - весельчак, любимец девушек и настоящая душа компании; Птаха - добродушный мечтатель, любящий птиц и живущий в собственном мире. Но несмотря на это оба парня относятся друг к другу с искренними уважением и теплотой. Это не обычная рядовая драма, а настоящая ода о дружбе, любви к жизни и свободе, о силе человеческого духа. Фильм показывает, что никогда не нужно прекращать мечтать и даже в самых тяжёлых ситуациях никогда не сдаваться. Отмечу также замечательную операторскую работу и прекрасный музыкальный саундтрек. Всё очень гармонично. Повторюсь - шикарная картина. Кейдж и Модайн в этом фильме просто на высоте. Алан Паркер гениален. Я впечатлён. P.S. Будь проклята война. 10 из 10

В чём особенность мужской дружбы? В том, что в любой ситуации настоящие друзья никогда не отворачиваются, помогают друг другу и вместе решают проблемы. Ведь недаром говорят, что друзья познаются в беде. Также ответ на этот вопрос можно найти в драме Алана Паркера «Птаха», снятой в 1984 году и получившей Гран-при Каннского кинофестиваля. Данный фильм считают одной из самой лучшей киноработ актёра Николаса Кейджа, и клички всех птиц, снимавшихся в фильме, записали в финальные титры. Фильм показывает историю дружбы между двумя абсолютно разными парнями – между весёлым и задорным Элом (Николас Кейдж) и странным и замкнутым парнем по кличке Птаха (Мэттью Модайн), увлекающимся пернатыми и мечтающим летать. Но круто меняет их характеры и жизнь война. В фильме присутствуют две сюжетные линии: основная сюжетная линия происходит в психиатрической больнице, куда Эл приезжает помочь своему другу, а вспомогательными сюжетными элементами являются грустные и весёлые воспоминания Эла, которые показывают историю развития дружеских отношений с Птахой. Стоит отметить, что при таком приёме логика и последовательность сцен не нарушены, так как сюжетные вставки с воспоминаниями, сопровождаемые диалогами между главными героями, помогают больше понять и раскрыть основной сюжет. Очень прикольными, яркими и трогательными получились заключительные сцены, нельзя не отметить сильный и эмоциональный монолог Эла, в который актёр Николас Кейдж вложил всю свою душу. Поразил тот факт, что Кейдж ради того, чтобы в кадре с повязкой выглядеть убедительно, вырвал пару зубов без наркоза, вследствие чего у него воспалилось лицо. Конечно, можно вспомнить множество примеров, на какие жертвы шли актёры ради своих ролей: худели, толстели, набивали татуировки, наносили повреждения и т.д. Но при этом не каждый готов расстаться со своими зубами, ведь как потом улыбаться? Молодой актёр Шайа Лабаф, снимавшийся в «Ярости», для того, чтобы вжиться в роль и смотреться убедительнее, перед съёмками месяц прослужил в нацгвардии и повторил подвиг Николаса Кейджа – вырвал один из зубов. С очень сложной и непростой ролью справился Мэттью Модайн, показавший одержимость птицами главным героем, его замкнутость от внешнего мира. Высшим пилотажем, на мой взгляд, является сошедший с ума Птаха, находящийся в больнице и превратившийся в птицу. Очень жаль, что у Модайна успешно не сложилась актёрская карьера. Оба актёра, сыгравшие абсолютно противоположных друг другу героев, показали трогательную и органичную дружескую связь, за развитием которой интересно наблюдать. Почему? Потому что понимаешь и делаешь вывод, что люди должны оставаться человечными по отношению к друг другу, не обращая внимания на чьи-то недостатки, помогать и не предавать, а предательство, к сожалению, на сегодняшний день часто встречается. Зрителя может привлечь присутствие в сюжете школьных и юных лет, так как для каждого человека они являются самыми лучшими и беззаботными. Любой человек в каждом из главных героев увидит себя, даже частично: может, кто-то увидит себя в Эле, а кто-то – в Птахе. В фильме можно увидеть очень много разных птиц. А оператору снять их, к примеру, в полёте, чтобы они смотрелись красиво – это непростая задача. Очень понравился операторский приём, где быстро передвигалась камера, будто мы всё видим глазами птицы. Таким образом, мы оказываемся внутри Птахи. Поражает своей эстетичностью, проникновенностью и глубиной сцена, где Птаха возвращается после неудавшегося свидания в свою привычную среду обитания – в клетку, в которой голым сворачивается в клубок и думает о смерти и новом рождении. Глубина этой сцены помогает почувствовать внутренний мир Птахи, т.е. в этот момент погружаешься в него и сопереживаешь ему. Хоть в фильме и нет спецэффектов, но они здесь были бы явно лишними, так как визуальный ряд, снятый оператором Майклом Серезином, выглядит красиво, нет резких переходов. Для музыканта Питера Габриэла – это первый опыт с фильмом как композитора. Был даже выпущен альбом с композициями из фильма. Музыкальное сопровождение очень разнообразное: какое-то будоражит воображение, держит в напряжении, а какой-то трек может поднимать настроение. Фильм «Птаха», на мой взгляд, актуален противостоянием отдельной личности с непохожим на неё внешним миром. Тема человека и его места в обществе всегда была обсуждаем, она поднимается в литературных произведениях и фильмах. Также это фильм о том, как сдружились две противоположности и как покалечила и изменила их война. И человек должен оставаться самим собой и оставаться человеком. 10 из 10

Дружба

Иногда судьба ставит перед человеком испытание, которое способно не только надломить его внутренний мир, но и сформировать характер, отринув все лишнее и оставив исключительно то, что необходимо. Не испытывая никаких иллюзий по поводу военной службы, Уильям Уортон вовсе не собирался отправляться на передовую, однако руководство посчитало, что призывнику не место в инженерном корпусе и отправило его в пехоту. Получив жуткую физическую травму в ожесточенных боях Второй Мировой, Уортон описал произошедшие с ним события весьма ярко и без лишних прикрас: 'Хотя для меня война была короткой, однако она оставила по себе душераздирающую травму. Я был напуган, несчастен. Я потерял веру в человечество'. Однако в отличии от большинства своих сослуживцев, Уильям Уортон все-таки сумел вернуться домой и закончил обучение на искусствоведа, попутно получив диплом психолога, укрепленный глубокими личностными переживаниями и свидетельствами настоящего горя, познанного посредством тесного знакомства с болью, которую никогда не познать из учебников. Продолжая свою работу в качестве преподавателя, Уортон тем не менее не забывал о том кошмарном времени, когда ему довелось познать все горести настоящей войны и в конце концов решил написать свой дебютный художественный роман, описывающий чувства и переживания такими, какими они могут родиться лишь после глубокого внутреннего потрясения. 'Птаха', или же 'Пташка' появилась на свет в 1978 году и буквально взорвала читательскую среду своими откровениями, способными растопить даже ледяное сердце отъявленного циника. Душевный, несколько экзистенциальный и пропитанный глубоким психологизмом роман в скором времени добился статуса бестселлера, после чего он попал в поле зрения режиссера Алана Паркера, уже добившегося признания вместе с такими картинами, как 'Полуночный экспресс' и 'Стена'. Нешуточно заинтересовавшись буйством эмоциональных красок автора, Паркер переживал за то, сможет ли перенести на экран действие, большая часть которого разворачивается лишь в голове одного из героев. И тем не менее после ряда консультаций и существенных правок активно прорабатывающегося сценария, постановщик все-таки согласился взяться за съемки и выдал одну из самых запоминающихся драм, которая получила приз кинофестиваля в Каннах и заставила американское сообщество со стыдом отвести взгляд от экрана, демонстрирующего вещи, вызывающие далеко не самые приятные, но животрепещущие вещи. Итак, сюжет фильма знакомит нас с Элом Колумбато (Николас Кейдж), веселым и жизнерадостным парнем, который не прочь поухаживать за симпатичными девчонками в своей неизменно нагловатой манере и заодно поиграть за домами в излюбленный бейсбол, доставляющий неизменное удовольствие от демонстрации собственных физических возможностей. Но при том, что Эл считается весьма недурственным и компанейским парнем, настоящих кровных друзей у него почему-то не наблюдается, да и отношения с прекрасным полом складываются несерьезным, ветреным образом. Испытывая чувство скрытой неловкости, герой никогда в открытую не говорил о своих истинных чувствах и переживаниях, однако в один необыкновенный день он неожиданно повстречал человека, который стал для него наилучшим другом и опорой, на которую можно положится абсолютно во всем. Откровенно странный и отчасти нелюдимый Птаха (Мэттью Модайн) с самого детства грезил полетами в небесах, поражаясь умениям птиц покидать землю и чувствовать абсолютную свободу. Понимая пернатых гораздо лучше, чем людей, Птаха тем не менее и сам стал меняться после неожиданного знакомства с Элом, стал заглядываться на девочек и не боялся вступать в разговоры со сверстниками, ранее не обращающими на него особого внимания. И все было бы просто замечательно в этом необычайном общении двух совершенно не похожих друг на друга парней, как вдруг им пришлось столкнуться с испытанием, ломающим ни много, ни мало, а целую душу. Получив от врачей призывной комиссии добро на отправку во Вьетнам, Эл и Птаха не смогли отвертеться от неизбежного и отправились в далекий край, чтобы вершить волю власть имущих, не боящихся делать из призывников расходный материал. Кровь, агония, взрывы, сожженные напалмом долины, оставили в сознании товарищей неизгладимые впечатления. Но если Эл сумел сохранить в себе последние остатки жизнерадостности, затаенные под изуродованной внешностью, то Птаха окончательно разорвал связи с реальностью, уйдя в мир фантазий, откуда его не могут вытащить даже самые именитые врачи. Узнав об этом, обескураженный Эл навещает тяжело больного товарища, дабы пробудить в нем зачатки здравого сознания и параллельно с этим вспоминает о давних мирных днях, когда война казалась чем-то далеким, а настоящая мужская дружба казалась едва ли не самым большим счастьем, которое только можно себе представить. Когда Уильям Уортон представлял свой роман на суд общественности, он предельно ясно пояснил, что в «Птахе» отображены неподдельные ужасы Второй Мировой, но это вовсе не означает, что тяжелая душевная драма, произошедшая в жизни заглавных героев, не могла бы случится в результате какого-то иного военного конфликта, раздирающего нашу планету на части. Этим заявлением в полной мере воспользовался Алан Паркер, коренной британец, посматривающий со стороны за разрушительной вьетнамской кампанией Америки. Проникая в художественную суть романа Уортона, Паркер посчитал, что для куда большей претенциозности экранизацию необходимо связать с куда более актуальными общественными проблемами, от чего Эл и Птаха отправились напрямик во Вьетнам, однако действие вовсе не собиралось концентрироваться на причинах и следствиях войны. Паркеру просто была необходима встряска, оставившая в душах героев неизгладимый след, после чего он сконцентрировал абсолютно все внимание на характерах, показывая их как в сумбурном настоящем, так и безмятежном прошлом. Но небольшой, зато едкий укол, отпущенный в сторону американского национального достояния, не самым лучшим образом сказался на прокатных показателях «Птахи» в США, что не могло не расстроить Паркера, справедливо рассчитывающего на всеобщее признание. И тем не менее лента произвела резонанс и впоследствии получила самое широкое распространение не в последнюю очередь благодаря гениальной игре Николаса Кейджа и Мэттью Модайна. Воплотив на экране образ разбитного Эла, Кейдж в действительности отдал всего себя постановке, совершив самый настоящий творческий подвиг. Начиная наше знакомство с Элом вместе с улыбками, шутками и колкими фразами, с течением хронометража актер преображается, ломает своего героя и показывает его с несвойственной трагичной стороны, в которую веришь без лишних слов. Эл никогда не забудет войну, каждый раз посматривая на свое изуродованное лицо в зеркало, однако он обязан найти в себе силы и хотя бы попытаться вернуть единственного настоящего друга в сознание, иначе в том, что он пережил неминуемую смерть, попросту нет никакого смысла. Также стоит отметить не менее пронзительную партию Мэттью Модайна, талантливого и чувственного исполнителя, отчасти недооцененного в современном изменчивом кинематографе. Его Птаха вызывает непростые чувства. Он предельно странный, но при это его вполне можно понять и даже принять благодаря неимоверным стараниям поразительно увлеченного своей ролью актера. 10 из 10

Птица без крыльев

Ал Колумбато встретил Птаху, будучи обычным уличным парнем, задавакой и любителем помацать филейные части девчонок из соседних дворов. Птаха был иным. Для него упругая женская грудь – всего лишь «увеличенные молочные железы», а большинство развлечений и желаний окружающих, будь то близкие или знакомые – не более чем ухание поезда где-то там, за границей района. С детства он бредил птицами и их способностью летать, и взгляд его чаще устремлялся в небо, чем в реальность. Каким-то непостижимым образом Алу удалось разглядеть в Птахе родственную душу, и они сошлись: влипали в истории, лазали по крышам, катались на побережье. Однажды призыв все изменил, и после ада войны два закадычных друга снова встречаются. Ал - дитя одиночества, представитель новейшего потерянного поколения с вьетнамским синдромом, Птаха замкнулся в себе и стал тем, кем мечтал быть всегда, - птицей. Этакой бескрылой птицей киви, или страусом, называйте как хотите. Этот культовый фильм Алана Паркера посвящен мужской дружбе и безумию. Искалеченный солдатик пытается спасти другое странное и беспомощное существо, цепляясь за собственное одиночество и слабость, продолжая самоотверженно воевать, теперь уже не за людей с погонами, а за то, чтобы выдернуть из шизофренического дурмана бедного Птаху. Повествование нелинейное и перемежается огромным количеством флэшбеков, из которых и состоит по большей части история. Из этих кусочков мозаики складывается вполне четкая картина чувств и эмоций героев, открывающих по очереди форточки в их маленькие миры, а хулиганская концовка с неприлично веселой песенкой на финальных титрах заставит улыбнуться уже скисшего было зрителя, увязнувшего в трясине безнадежной печали, широкими мазками нанесенной главным художником, и укроет законченное кинополотно паутинкой легкомысленности. Николас Кейдж половину отведенного ему экранного времени ходит с повязкой на лице, под которой, очевидно, скрывается сморщенная обгорелая кожа после попадания осколков снаряда. Его партнер по фильму Модайн с самого начала примерил оперение безумца, скрючившегося в позу напуганного пеликана с не то подрезанными, не то перебитыми крыльями. Последний персонаж играет более важную роль в картине, поэтому раскрытию его внутренней тоски по несбыточному посвящено несколько образов-рефренов, повторяющихся картинок из прошлого, настоящего и несуществующего. Вот фантомные канарейки за окном-клеткой зовут его за собой, купаясь в лунном свете, перекликаясь и вереща, но не дождавшись, исчезают. Вот упавший вертолет в джунглях, взрыв напалма, сжигающий дерево с десятками птиц на его ветвях... Любовь Птахи к птицам – вовсе не любовь. Это зависть и желание полета. Отсюда все его летающие механизмы из наследия Леонардо да Винчи, увлечение орнитологией и физикой, самодельные крылья и одержимость, свойственная первым воздухоплавателям. Птаха вслед за ними пытается изобрести путь в небо, наивно повторяя их первые взлеты и падения. Он сам держит птиц в клетке, да, испытывая к ним безусловную приязнь, но в первую очередь для доморощенного изучения повадок и способов летать. Воробьи и голуби намного интереснее женщин, не так ли, Ал? Потеряв во Вьетнаме свою мечту, он окончательно замкнулся в себе. То, что не получилось стать птицей, парадоксальным образом не может запретить быть ею. А в психушке это как-то само собой разумеющееся, и в больничной камере он свободен, словно гамлетовский дух в скорлупке грецкого ореха. Дотошная стилизация американского захолустья под конец 60-х служит введением в атмосферу, частично напоминающую Уайетовскую, да, ту, что мы видели в «Пустошах» или «Днях жатвы», например: лупоглазые драндулеты на обшарпанных улочках, покосившиеся заборы, деревянные дома из ветхих досок, грязь и серые старые бейсбольные, вываленные из довоенного чемодана, тут как нельзя кстати. Это одно из лучших произведений постановщика, где Паркер работает в лучших традициях классического голливудского кинематографа и предстает в нескольких ипостасях: то Милошем Форманом, то ранним Лукасом, то даже Барри Левинсоном. Отдельно хочется упомянуть несколько эпизодов, снятых под руководством постоянного оператора режиссера, Майкла Серезина: его широкоформатные пролеты по улицам, повторяющие взгляд из узенькой черепной коробки канарейки, просто завораживают. Сейчас такие кадры довольно просто снять с помощью обычного дрона, но для начала 80-х этакие пируэты камеры были поистине вызововом гравитации. В хрестоматии кино у «Птахи» застолблен почетный участочек, и несмотря на то, что с годами эмоциональная насыщенность и очищающая сила катарсиса неизбежно теряют свой градус в восприятии современного зрителя, в нем есть своеобразная, как бы банально это ни звучало, хрупкая и шуршащая, словно прокладочная бумага в старом фотоальбоме, чуть поблекшая, но нисколько не менее прекрасная от того, подлинная магия кино.