Франкенштейн

Перед нами, безусловно, очень интересный и важный артефакт истории кинематографа и истории фильмов ужасов. Роман Мэри Шелли, по мотивам которого и был снят этот фильм, расскажет нам историю о том, как некий учёный смог постичь тайну воскрешения, а точнее тайну оживления безжизненной материи. Впрочем, Франкенштейн известен, наверное, каждому и стал чем-то нарицательным в образах монстров. Собственно, фильм, как говорят, несильно повторяет роман в своей глубине. Сюжет сильно упрощён, как и образы героев истории и их мотивация. Однако, образ монстра, который смог создать актер Борис Карлофф со съемочной командой, конечно же, бесподобен и стал каноническим. Как и фраза «Оно живое!», например. В общем, это, конечно же классика фильмов ужасов и классика Голливуда. Интересно ли было смотреть эту классику? Некоторые ленты того времени лично для меня являются чуть ли не алмазами, на которые хочется смотреть или, в нашем случае, много раз пересматривать. Более того, готичность и атмосферность съемки того времени всегда доставляет особенные впечатления при просмотре. Но, в случае с «Франкенштейном» этого волшебства у меня не случилось. И, честно говоря, я не могу найти ответ на вопрос, почему же так произошло. Я с большим уважением отношусь к этой экранизации, но вряд ли захочу её снова когда-либо пересмотреть.

'- Я монстр. - Только если ведёшь себя как монстр.'

Совсем недавно звезда 'Мумии' (1999) Брендан Фрэйзер триумфально вернулся в большой кинематограф с экзистенциальным соло в драме 'Кит' (2022) большого оригинала Даррена Аронофски. После победы на 'Оскаре' к Брендану Фрэйзеру вернулся общественный интерес, а ведь не каждый помнит, либо же вообще не знает, что в фильмографии Фрэйзера есть крепкий байопик 'Боги и монстры' (1998), получивший 'Оскар' за лучший адаптированный сценарий. В этой ленте Фрэйзер показал тонкую и интеллектуальную игру вместе с Иэном МакКелленом. А МакКеллен в свою очередь воплотил образ Джеймса Уэйла. Джеймс Уэйл был популярен в 30-х годах прошлого столетия, когда снял ряд фильмов ужасов, ставших впоследствии классикой жанра. А всё началось у Уэйла в 1931-ом году уже после подписания контракта со компанией 'Universal Studios', когда её босс Карл Леммле младший предложил Уэйлу любой фильм на выбор, и режиссёр решил ставить экранизацию классики готического романа Мэри Шелли 'Франкенштейн, или Современный Прометей' (1818). Фильм ужасов 'Франкенштейн' вышел на экраны в том же 1931-ом году. И он стал вторым в череде характерных жанровых кинокартин, благодаря которым 'Universal Studios' начали иронически называть 'Домом ужасов'. Первым таким фильмом стала экранизация романа Брэма Стокера 'Дракула', который вышел в том же 1931-ом году, и имел коммерческий успех, а образ графа-вампира, созданный Белой Лугоши, стал каноническим. Джеймс Уэйл решил не отставать, а на роль монстра Франкенштейна был приглашён малоизвестный на тот момент Борис Карлофф, которая стала для него прорывной. И этот персонаж стал не менее каноническим, чем граф Дракула, а во многом этого смогли добиться благодаря выдающейся работе гримёра Джека Пирса, заслуги которого тогда почему-то боссы студии решили не замечать. Но верзила в исполнении Бориса Карлоффа, с его плоским лбом, короткой стрижкой, впалыми щеками, взглядом исподлобья, а также 'болтами' по бокам шеи навсегда превратили персонажа Бориса Карлоффа эталонным, если кто-то в очередной раз решил экранизировать роман Мэри Шелли. Надо сказать, что на 'Universal Studios' продолжили тенденцию обработки сценариев, как это было сделано в случае с 'Дракулой'. Сюжет в сравнении с оригинальным литературным первоисточником заметно видоизменялся, из него вырезались целые сюжетные линии, которые во многом влияли на развитие действия, раскрывая многие грани концептуальных историй. Однако, в 'Франкенштейне' ставка делалась на всё тот же устрашающий образ монстра, а также на его поступки, хотя тут надо понимать, что монстр обладает интеллектом новорождённого и не может отличить добро ото зла. И Борис Карлофф даже под толстыми слоями грима смог это передать, отчего к монстру даже проникаешься сочувствием, ведь зачастую сами люди заставляли его совершать злые деяния. И опять же всё это воспринимается как попытка защититься, как первобытный инстинкт самосохранения на самом примитивном этапе. И вот попробуй это всё передать, когда на тебе грузная экипировка, на лице грим, накладываемый по три часа в день. Так что такой актёрской работой от Бориса Карлоффа можно только восхищаться. И если так много было сказано про Бориса Карлоффа, то и остальной актёрский состав достоин упоминания. В первую очередь это касается Дуайта Фрая, сыгравшего Фритца - помощника доктора Генри Франкенштейна (кстати, Фрай также снимался в 'Дракуле'). И именно Фрай закладывает монстру ненависть к людям, ведь у этого персонажа явно садистские наклонности, так что это именно он в первую очередь вызывает ненависть, а это ещё надо суметь сыграть. Неплохо вжился в образ Генри Франкенштейна и Колин Клайв, но, как уже было сказано выше, из сценария выпали важные сюжетные линии, поэтому иногда весьма сложно должным образом понять мотивацию учёного, создавшего из частей тел усопших живое существо. И не только из 'Дракулы' в 'Франкенштейна' перебрался Дуайт Фрай. Тем же путём последовал Эдвард Ван Слоун, с которым у них сложились крепкие дружеские отношения. Но Эдварду Ван Слоуну в том же смысле не повезло, как и Колину Клайву, когда его персонажу не дали нужной глубины, как и экранного времени. Но все эти актёры - настоящие профессионалы, так что даже при минимуме старались из образом выжимать максимум. 'Франкенштейн' как и 'Дракула' стал коммерчески успешным (по общим подсчётом фильм ужасов собрал 12 миллионов долларов при бюджете в 291 тысячу), что позволило кинокомпании 'Universal Studios' развить создание собственной киновселенной, которую назвали 'Монстры Universal'. Но это хоть и наложило свой отпечаток на развитие кинематографа в целом, но всё же по чисто субъективным ощущением главным достижением хотелось бы считать создание канонических образов. И благодаря этому Борис Карлофф навсегда вписал своё имя в историю кинематографа. Поэтому, несмотря на претензии к сюжету, оценка 'Франкенштейну': 9 из 10

“Дракула” произвел фурор, поэтому студия Universal в спешном порядке начала набирать обороты, дабы не оставить шансы конкурентам. Следующая картина создавалась по уже проторенной дороге и за основу была взята театральная пьеса по культовому роману Мэри Шелли “Франкенштейн, или Современный Прометей». Молодой ученый Генри Франкенштейн был помешан на идее создания живого существа, полностью игнорируя семью и свою возлюбленную. Проводя эксперименты совместно со своим горбатым ассистентом Фрицем, он объединил разные части тела умерших людей и сотворил из них монстра. Разумеется, попытки его обучить и сделать разумным ни к чему хорошему не привели. Изначально планировалось привлечь Бела Лугоши на роль Монстра, но, в пользу для всех, его блистательно воплотил Борис Карлофф. Если “Дракула” скорее пытался развлечь зрителя, нежели подать какую-то авторскую мысль, то “Франкейштейн” - куда более целостное произведение. Сюжетная линия интригует до самого финала, а сам монстр вызывает большую симпатию. Он и страшный, и трогательный одновременно, несмотря на то, что Карлофф не произносит за фильм ни слова. Судьба персонажа хоть и предрешена изначально, подсознательно хотелось, чтобы он смог стать полноценным человеком. Фильм ничуть не устарел в своей задумке, несмотря на почтенный возраст. Даже в отрыве от Вселенной монстров я бы его рекомендовал к просмотру.

Тёмная вселенная разрастается

После Дракулы мир встретил новое чудовище. Чудовище Франкенштейна! Классическое представление безумного доктора Франкештейна встречается научными попытками создать жизнь в мертвом теле. Лента нацеливает взгляд на быт Генри Франкенштейна, что поставила в тупик знание истории. А где Виктор? Оказывается, что это одно и тоже лицо. В оригинальном романе Мэри Шелли встречаются все варианты. Фильм хоть и отдаёт безумием ученого, но поднимает философские понятия жизни после смерти, оживление и перемещение души. За довольно короткий хронометраж картина из экспозиции проходит малый путь, оставляя приятные элементы «собирания» чудовища. Раскопка трупов на кладбище, поиск живой ткани сопровождаются жутким фоном, мрачным посылом и постепенно нарастающим безумием в глазах Генри (Виктора). Борьба с наукой и возможность побороть законы природы открывают более глубокие понятия для существа, которое в итоге должно предстать миру. Огромное значение играют извилины мозга, был ли обладатель хорошим или плохим, что красиво отражается в последующем. Параллельно реализациям оживления тела сюжет уделяет внимание личной жизни доктора, чтобы поставить перед главным фактом: наука или семья? Фильм волнами направляет зрителя, открывая намечающуюся свадьбу и приготовления перед оживлением. Мистика и страх вливаются в лабораторию, чтобы доказать правоту Франкенштейна. Эпизод занимательный и впечатлительный, легендарный возглас: «It’s alive! It’s alive!» стал культовым. Конечно, в дубляже любимого Алексея Борзунова слушать речь приятно, но эмоции и восторг оригинала, граничащий с сумасшествием, не сравнить ни с чем. Мир встретил Бориса Карлоффа, которому суждено было играть монстров всегда. Образ обрёл славу, почёт, на него ссылаются и по сей день! Мрачно и жестоко, но за счёт короткого представления режиссёр Джеймс Уэйл смог перейти от восторга и созерцания монстра в отражение прошлой жизни монстра. Пусть агрессия выглядит немного притянутой, но попытки остановить монстра после создания нашли отголоски в дальнейшем кинематографе. Вот вам неразумное существо, наделённое нечеловеческой силой. Что делают люди? Боятся, а страх рождает агрессию, срабатывает защитный механизм, инстинкт самосохранения. Был великим детищем, стал главным злодеем, проклятием и роком грядущих бед. Что до человечности в оживлённом инфернале, эпизод с девочкой и сражение со своими создателями открывают две части одной души. Две крайности одной и той же сущности. Кем может стать такой монстр? Что ему делать? Каково его предназначение? Вопросы, которые не волновали Франкештейна, а теперь простилаются перед монстром. На печальной ноте лента завершает свой рассказ, оставляя открытую концовку для дальнейших сиквелов и кроссоверов Тёмной Вселенной. «Франкештейн» получился мрачнее и страшнее «Дракулы» за счёт своей противоестественной природы. Прям вампиры – это комары в знакомой нам флоре и фауне?! Тем не менее, жуть и саспенс при просмотре обеспечены.

Теперь я знаю, каково быть богом

Богом не богом, но повёрнутый на искусственной генетике доктор, в конце концов, добился своего результата. Результат, в прочем, словно предрекая последующие мировые события (вспоминаем Хиросиму и «мирный атом»), оказался не так дружелюбен, как предполагалось изначально. Хотя, что говорить о морали, когда дело касается искусства? А иначе, творение Джеймса Уэйла ни как назвать нельзя. Картина, повествующая о чуть «поехавшем» ученом Франкенштейне (опять же по роману Мэри Шелли), раскрывает перед ещё не искушённым качественным хоррором зрителем (не беря в расчёт терпимого «Дракулу» и более его преуспевающего «Носферату»), целую эмоциональную палитру. Палитру, где есть место и страху, и любви, и состраданию. Совсем не припоминается, чтоб доселе какому-нибудь режиссеру удавалось реализовать подобное. А вложить в блистательно исполненное Борисом Карлоффом чудовище самую что ни на есть симпатию и нотки понимания, так и вообще сенсационно. На самом деле, тяжело не повториться, говоря о признанной классике, в ее качественном исполнении и реализации. А тут все факторы грамотного кино «на лицо»: феноменальная операторская работа, шикарнейший актерский состав (диалоги героя Фредерика Керра просто восхитительны) и адаптированный сценарий (как глоток свежего воздуха после 1910-го) - все так, как и должно быть в шедевре. А «Франкенштейн» именно из такого разряда. Признаться, даже без внешнего лоска, перенеси эту историю в скудные декорации Джеймса Доули, шарм картины никуда не исчезнет. А аллегории на пруду и параллели между понятиями важности человеческого сердца и мозга (не в анатомическом смысле) и вовсе оставляют вполне весомую печать качества и понимания глубины феномена чудовища Генри Франкенштейна. В заключении можно сказать одно: кинематограф постепенно «срастается» с реальностью, размывая рамки между добром и злом. А когда после ознакомления с подобным материалом возникают вопросы по типу «а правда ли, что “верный путь”, действительно верный?», можно с уверенностью сказать, что это успех. 10 из 10

Мой кинематограф!

Он жив, он жив, он жи-и-и-в… (примерно 25-ая минута фильма) Франкенштейн Карлофф против Лугоши – начало (а-ха-ха)! Шутки в сторону, “Дракула” срубил приличную кассу. Боссы почесали репу и выпустили “Франкенштейна”. Еще один фильм, который вошел в классическую серию ужасов “Юниверсал”. Бела отказался от этой роли. Боря согласился. Выбирая между актерами – всегда буду на стороне Лугоши. Он мне ближе. Но, я до сих пор плачу, когда пересматриваю работу гениального режиссера Уэйла. 1931 год. Кстати, давайте сразу разберемся с Мэри Шелли. Книга – шедевр. Уэйл снял свое (еще раз – свое) непревзойденное кино. Пару книжных моментов он вообще засунул в сиквел “Невеста Франкенштейна”. Книга и кино – разные вещи. Задумайтесь! Дракула – убийца. Он жаждет крови. Франкенштейн (я про монстра, а не доктора, чтобы вы меня понимали) – Уэйл показал его огромным ребенком, поэтому ты испытываешь чертовски сильную симпатию. Ты переживаешь, тебе больно. Хочешь закричать, что это люди во всем виноваты. Да-да, безумный доктор (шикарная актерская игра Колина Клайва), безумный помощник доктора (шикарная актерская игра Дуайта Фрая), безумная толпа с факелами. Обвиняешь каждого, но только не самого монстра. Чудеса! Черно-белая магия и сладкая готика в одном флаконе. Про грим ничего говорить не буду – икона. Закрепим. Бела или Боря – Бела. Дракула или Франкенштейн – Франкенштейн. И эти противоречия разрывают мою душу на части, а-ха-ха. Так, подправим. Самый классный Дракула – Бела. Самый классный Франкенштейн – Боря. Идеально! Смотрите классику, любите классику, не забывайте классику. Режиссер Браунинг достоин ваших просмотров. Режиссер Уэйл достоин ваших просмотров. И закончить хотелось бы именно на “Франкенштейне”. Ребят, ради этого фильма стоит стать киноманом, честное слово. P.S. Низкий поклон за сцену с девочкой и цветочком. Не могу ее смотреть без комка в горле. Номинант на самый лучший момент за всю историю хоррора! 9,5 из 10