Дмитрий В.Всё смешалось в феодальной Японии – кони, люди, ниндзя, демоны, интриги коварных правителей и хитрые правительственные агенты, принимающие по указке режиссёра вид скабрёзных старикашек, плавно кочующих из одного его мультфильма в другой. «Манускрипт ниндзя» - возможно, самое именитое произведение вышедшее из под руки Ёсиаки Кавадзири и вместе тем – одна из самых стандартных (а может просто универсальных?) его работ. Знакомые поклонникам его творчества архетипы персонажей на этот раз накладываются на очередную вакханалию периода гражданских войн, которые, как известно, старательно раздувают аллегорические тёмные силы, обуевающие особо неприглядных политических деятелей.
Заезженная в Японии тематика псевдо-исторических боевиков с каждой новой эксплуатацией начинала работать всё хуже, отчего роль брошенных на растопку жанра дровишек со временем частенько стал исполнять мистическо-фэнтезийный элемент, присутствующий и в «Манускрипте ниндзя». Впрочем, перенеся действие из Эдо кибернетического (в своей предыдущей работе) в Эдо феодальное, Кавадзири всё-таки дистанцировался от, как минимум, собратьев в аниме-жанре. Политически-исторический контекст здесь вырезан практически под корень – минимум реальных имён и приукрашенных фактов (которыми так славился ставший хитом в Японии «Гнев ниндзя»), лишь общий антураж эпохи правления Токугава. Не упирают авторы и на мифологию, как это делали создатели атмосферного «Йома: посланцы царства тьмы» - фантастические способности большинства экранных героев хоть и являются значительным подспорьем в реализации экшн-сцен, но отнюдь не ставятся во главу угла, когда речь начинает идти о построении мира.
Так какое же оно, собственное лицо «Манускрипта ниндзя»? Оно многолико. Это каменное лицо Тэссая, лицо беспощадного насилия и жажды крови, которую он утоляет в самом буквальном значении слов. Это ехидная мордочка Сидзимы, способного брать людей под сексуальный контроль и явно довольного гротескно-эротическими вставками, которые наличествуют в аниме. Это уточнённое лицо Кагеро, выражающее не только женственность и красоту, но трагизм её жизненного пути. Это лицо слепого Мудзюро Уцуцу, не способного увидеть эстетику великолепно прорисованного мира, но способного подарить зрителю восхитительно продуманный и анимированный поединок на мечах. Но самое главное – это лицо Дзюбея, воина, повелевающего ветром, и подобно собственной стихии стремительно проносящего зрителя через все события мультфильма, чтобы все предыдущие облики слились в единый, головокружительный калейдоскоп.
Выстраивая повествование столь прекрасного в своей прямолинейности экшн-фильма, Кавадзири чётко отдаёт себе отчёт, что размениваться здесь на классическую экспозицию – непростительная роскошь. Всё, что нужно знать о местном мире и способностях персонажей считывается прямо с экрана, а общий сюжет, будучи не слишком богатым на натужное глубокомыслие, всё-таки удивляет своей естественностью даже в самые противоестественные моменты. Здесь вновь даёт о себе знать авторское тончайшее чувство вкуса, которое при работе с максимально низменными и жанровыми вещами порой может оказаться едва ли не более важным, чем при сотворении аллегорических произведений.
За стремительно развивающимися событиями едва заметно проглядывает каркас от роуд-муви, в котором вынужденные для героев остановки организовываются слегка разрозненной командой из восьми демонов, а финальная цель так и норовит отчалить в свободное плавание при малейшем промедлении со стороны Дзюбея. В этой скоротечной, но, в тоже время, сбалансированной по сюжетному темпу погоне происходит пресловутое раскрытие фэнтези-вселенной через события. И в этом деле авторы добиваются поразительного результата – когда взираешь на то, как вражеские осы успокаиваются от лепестков, вылетающих из под свободных рукавов боевой подруги главного героя – и при этом в душе нет ни малейшего сомнения, что так оно и надо, что именно так и вертится местный феодальный мир.
Но, как известно, что для гайдзинов – хорошо, то для японцев – «ну, ничё так». Так уж исторически сложилось, что практически все ключевые работы, поспособствовавшие популяризации аниме в других странах, если и имели успех у себя на родине, то явно не соразмерный тому, который стоило бы ожидать. Однако в отличие от всяких «Акир в доспехах», асимметрия финансовых результатов «Манускрипта» оказала довольно долгоиграющее влияние на самого режиссёра. Став чуть позже одним из самых коммерчески успешных релизов аниме на западе, именно история о Дзюбее во многом подтолкнула студию к тому, чтобы в начале 2000-х выпустить высокобюджетный «D: Жажда крови» в первую очередь именно в Америке. И хотя творящееся в нём визуальное пиршество и стремилось оправдать каждую вложенную в анимацию йенну, но окупаемость проекта в англоязычных кинотеатрах оказалась не столь радужной, как хотелось бы.
Тем удивительнее была ещё одна попытка заигрывания с западной аудиторией, которая вылилась в полноценную коллаборацию с американскими продюсерами и сценаристами под названием «Горец: в поисках мести». Результат – недостаточная зрительская заинтересованность в США и определённая степень отторжения у себя на родине. Вышедший в 2007 году «Горец», фактически, поставил крест на Кавадзири как на авторе крупных проектов, став для него последним (хотя хочется продолжать верить, что это лишь на момент написания этих строк) режиссёрским опытом.
Из-за подобного, анонсированный слишком поздно сиквел к «Манускрипту ниндзя» так и осталась лишь на уровне жизнеспособного тизера и мечтаний фанатов. И основным утешением здесь является лишь то, что среди прочих ликов оригинального аниме затесалось и лицо Лорда Геммы. Злодея, способного регенирировать и возвращаться к жизни так же легко, как зрителю – обращаться к, казалось бы, уже не раз просмотренному приключению Дзюбея, чтобы вновь ощутить ту лёгкость и увлекательность, с которой до сих пор смотрится одно из лучших жанровых творений.
