Мое лето любви

'Чувственная и провокационная мелодрама...'

'Моё лето любви' - молодёжная драма 2004-го года британского производства, снятая польским кинематографистом Павлом Павликовским (частым гостем многочисленных российских друзей, что особо приятно в период напряжённых политических отношений между Россией и Польшей) по роману Хелен Кросс, для которой этот фильм стал первой и пока последней экранизацией её творчества (адаптацией занимался сам Павликовский, а также Майкл Уинн). Бюджет 'Моего лета любви' составил 1,7 миллиона долларов, то есть можно догадаться о том, что фильм является независимым и предназначался для международных кинофестивалей. Кстати, на них фильму сопутствовала удача - несколько престижных премий 'Моё лето любви' собрал. Главные роли в нём сыграли 24-летняя Натали Пресс и 21-летняя Эмили Блант, компанию же им составил 30-летний Пэдди Консидайн (все трое, кстати, англичане). Юная богемная горожанка Тэмзин (Блант) приезжает в английскую периферию, где оказывается изнывающей от скуки. Через некоторое время она знакомится с 'серой мышкой' из соседних домов Моной (Пресс). Мона вне себя от счастья, ведь она тоже не особо счастлива от проживания в этих местах, а тут такая девчонка как Тэмзин обратила на неё внимание! Вскоре подруги проводят друг с другом всё свободное время, а его у них превеликое множество. Лишь старший брат Моны - Фил (Консидайн) - не особо в восторге от новой подруги сестры, чувствуя в ней что-то нехорошее, а люди верующие всегда это чувствуют, ведь Фил после криминального юношества пришёл к христианству и стал ярым приверженцем религии. Но Моне плевать на все слова Фила, а Тэмзин вообще веселиться и чуть ли не флиртует с Филом. Но в это время Мона слишком сблизилась с Тэмзин и стала её одержима... В наше время, когда тотальная политкорректность и снисхождение к сексуальным меньшинствам понемногу переходит все мыслимые и немыслимые границы, 'Моё лето любви' можно назвать первопроходцем подобного рода кино. Причём, Павликовскому даже удалось обойти скандал, ведь картина рассказывает о лесбийских отношениях девочек, которые только-только стали совершеннолетними. Но Павликовский изящно обходит сам факт однополой влюблённости, проявившейся лишь как желание познать что-то острое, что-то запрещённое, что-то смутно желаемое, в то время как повседневность, безликая и без света в конце тоннеля, только подталкивает к первому сексуальному опыту. Это могли быть, кстати, не девушки, но и вполне общепринятая пара мужчина-женщина, но чуточки 'перца' почему бы не насыпать? И нынешнее ЛГБТ-сообщество может хвалиться фильмом 'Моё лето любви'. Пуритане вряд ли его воспримут, но я всё же советую потенциальному зрителю не обращать внимание на гомосексуальную тематику фильма. Рассказав об игре актёров и о их персонажах, попробую объяснить, почему однополая любовь в 'Моём лете любви' - это не главное. Начну с Натали Пресс. Для неё эта роль стала вторым участием в полнометражном художественном фильме. Пресс очень хорошо передала девушку сельского образца, у которой мало шансов чего-то добиться в будущем, кроме того, чтобы познакомиться с каким-нибудь 'хорошим фермером' или в лучшем случае с 'синим воротничком', родить нескольких детей и надеяться, чтобы муж вконец не спился. А тут на горизонте блистательная новая подруга, которая легко ею манипулирует, хотя Мона этому вовсе не противится. Вот поэтому-то бедную девочку особенно как-то жаль и если она вызывает такие эмоции, то значит Натали Пресс хорошо сделала свою работу. Жаль, что дальше её карьера не задалась. В отличие от её партнёрши Эмили Блант, для которой 'Моё лето любви' тоже стал вторым художественным фильмом. Блант доказала свой огромный потенциал, сыграв такую яркую, но всё же коварную Тэмзин. Расписывать её персонаж во всех красках не буду, так как предоставляю возможность зрителю самому получить удовольствие от игры молодой тогда Блант. Чем-то она мне напомнила коварную героиню Сары Мишель Геллар из 'Жестоких игр'. И ещё Эмили Блант здесь объявляется в таком виде, что более будущую звезду 'Меняющих реальность', 'Грани будущего' и 'Убийцы' в подобном не заметил. Но хочу отметить её агента (а может родителей или саму Эмили) за то, что не постеснялись подписать актрису на роль в 'Моём лете любви', который придал сильный импульс для дальнейшей карьеры. 7 из 10

«Моё лето любви» - британское кино, снятое выходцем из Польши, оскароносным режиссёром Павлом Павликовским. За «Моё лето» Павликовский в своё время получил приз Британской академии с формулировкой «за самый выдающийся британский фильм года». В одной из главных ролей засветилась тогда ещё начинающая актриса Эмили Блант. Сейчас Эмили – настоящая суперзвезда, но и двенадцать лет назад она была шикарной и неотразимой. Её экранная партнёрша Натали Пресс – актриса малоизвестная, но в этом кино она лицедействовала так виртуозно, что даже немного переиграла харизматичную Блант. «Моё лето» почти всегда включают во всевозможные рейтинги и списки на тему «Самые лучшие фильмы о лесбийской любви». Однако откровенных лесбийских сцен здесь почти не наблюдается, поэтому любители клубничной натуры могут не напрягаться. Впрочем, могут отдыхать и ценители слащавых романтических отношений. «Моё лето любви» - фильм о коварстве и сексе, о предательстве и великодушии, о доверчивости и утраченных иллюзиях, о наивных мечтах и суровой реальности, о жертвенности и высокомерии, о дьяволе и боге. При этом мастерство оператора и молодых актрис – просто зашкаливает. Вердикт: очень приятное артхаусное кино на щекотливую тему. Есть, что посмотреть, и есть, о чём подумать. 9 из 10

Искренность приносит боль

Не люблю произведений, посвящённых сексуальным меньшинствам, особенно лесбиянкам. Я не знаток этого специфического направления, но то, что я видел, неизбежно сворачивало на одну из двух кривых дорожек – убогая эротика или ещё более убогий политкорректно-феминистский бред. Однако «Моё лето любви» сворачивает туда, куда надо – в дебри запутанных и захватывающих человеческих отношений, где однополый контекст просто деталь. Живёт в маленьком английском городке девушка Мона. Вокруг неё сплошь туповатые обыватели, живущие скучной жизнью и давно примирившиеся с серостью своего существования. Мона не такая. У неё нет ни особых талантов, ни образования, ни даже красоты, но она живёт искренними чувствами, вот только приложить их негде и не к кому. Единственный её родственник, старший брат, вернувшись из тюрьмы, вдруг ударяется в религию. В итоге закрывается семейный бар, и помещение заполняется убогими, цепляющимися за Иисуса с тем же энтузиазмом, с каким недавно хватались за стакан. От этого зрелища Мону просто тошнит – она ясно видит всю фальшь и абсурдность ситуации, но единственный близкий человек отдаляется от неё. И вот на горизонте возникает Тэмзин – девушка из богатого поместья за городом. Она совсем непохожа на знакомых Моны, умна, красива, загадочна и сердце Моны тает от нерастраченных чувств. Однако мы знаем, что в любви всегда неравное партнёрство и тому, кто любит искренне, придётся пострадать... Я далек от мысли объявлять фильм шедевром (хотя в Великобритании его осыпали дождём наград), но он подтверждает весьма симпатичную мне идею – для создания хорошего кино совсем необязательно иметь кучу денег. В фильме нет звёзд, спецэффектов, всё очень скромно, даже камерно, зато присутствуют хороший сценарий и толковая режиссура и это решает дело. Картина интригует в начале, поддерживает напряжение в середине и не даёт разочароваться в конце. Финал же просто шикарный и шикарен он именно тем, что никакой «киношной» шикарности в нём нет. И правда, когда с тихим звоном разбивается сердце и приходит понимание, что тебе наплевали в душу, неужели мы думаем о том, как произвести впечатление на зрителей? Нет, всё очень реалистично и нелепо, прямо как в жизни. Никто не умрёт и не станет терзать наш слух мелодраматическими речами, но чувств будет куда больше, чем в раскрученных блокбастерах. Грустная история, хороший фильм. И совсем не о лесбиянках... 8 из 10

Павел Павликовский. МОЕ ЛЕТО ЛЮБВИ

Зачем снимают кино? Ради красоты - моральной или физической. Встречаются две девушки, верней, одна находит другую. И далее шествуют вместе, обсуждая перипетии судьбы. Одна девушка – прямо мисс Мира, Оксана Федорова. Другая очаровательна своей некрасивостью, в ней есть обаяние. Царит у них полная гармония - душевная и физическая, и никто им больше не нужен. Мчится «двухместное купе» мимо цветущих полей и водопадов, а конфликт отодвигается к концу фильма. Как-то выпутается автор? Будет ли мощный, все оправдывающий финал? В фильме ведь нет ничего, кроме крупных планов двух девушек, но и это каким-то образом магически удерживает. Автор фильма сказал, что потратил много сил на подбор актрис. И в этом плане он, конечно, преуспел. Дуэт слит, спаян и спет как в хорошей опере. А вот на брата (еще один герой) сил, видно, не хватило. Этот туманный брат, с преступным прошлым, то входящий в секту, то выходящий из нее, неубедителен - с литературной и со всех остальных точек зрения. Если главное - это именно отношения девушек, то он мог бы вмешаться, внести коррективы. Но поздно – зритель уже сам раскрыл раковину и увидел жемчужинку. Что в итоге. Детское предательство ранит сердце не сравнимо ни с чем. Неубедительный брат забылся. А мы получили еще один камерный романс, преподнесенный со всем возможным мастерством. 9 из 10

Summertime Sadness

В английской провинции жизнь легка и беззаботна: юная и веснушчатая Мона до поры до времени просто валяется в траве, иногда выпивая, иногда рисуя на стенах женские образы, пока не встречает Тэмзин — такую же томящуюся от летней скуки в большом загородном доме молодую девушку из явно состоятельной семьи, у которой, по давней великосветской традиции, родителей как будто бы и нет. Первая - почти что британский белый мусор: даром что живёт на втором этаже бывшего паба (здесь стоит отметить, что в Британии деклассированная прослойка общества чувствует себя несколько лучше, нежели в США: паб — это всё-таки не ржавый дом на колёсах) со своим завязавшим братом, подавшимся в христианство и превратившим такой домашний и такой уютный британский паб в чудовищный приход — что-то среднее между церковью и домом, где собираются бывшие пьянчужки из АА; у Моны ужасный акцент, а ещё она думает, точнее, мечтает, что станет хорошим адвокатом. Вторая — девушка-жук: гордо и уверенно смотрит на всё вокруг, цитируя Ницше (разумеется, чтобы произвести впечатление на подругу), откровенно скучает; с сигаретой в руках или с бокалом вина; предоставленная самой себе, вне стен престижного пансионата — она может делать всё, что ей заблагорассудится. И она делает. Невинный дружеский поцелуй — почему бы и нет? Но история не совсем об этом: лесбийские мотивы здесь выступают лишь в качестве приманки для зрителя. Деликатно снятые сцены единения на природе и с природой спокойны и монотонны - как йоркширские пейзажи, на фоне которых разворачиваются события, планы в меру красивы и донельзя классичны - как прыгающая при ходьбе грудь Эмили Блант в розовой майке. Лёгкий налёт летнего флёра, немного сантиментов о прошедшем детстве, аллюзии на библейский Эдем, где нет Адама, подростковая тоска, предвосхищающая важные грядущие изменения в жизни обеих героинь, нежный летный свет, отражающийся в веснушчатом лице Натали Пресс, - всё это обрамление и составные части обыкновенной по своей сути поучительной истории о взрослении и поиске себя. Девочки дают клятву, что будут вместе всегда, а в случае чего — отправятся на небеса. Естественно, не сдерживают — потому что женская натура и потому что одна из них лишь играет в «любовь во время каникул». И посыл здесь куда более масштабен, чем может показаться на первый взгляд, - притворяются все: одна мнит себя эстетствующей эмоциональной вампиршей, другой кажется, что ей не нравится тот парень с горой мышц, с которым она совсем недавно была в машине, дебоширу и алкоголику вдруг становится небезразличен Христос. А ещё Тэмзин говорила, что Ницше говорил, что Бог умер, перефразируя это высказывание можно сказать, что искренность умерла - об этом повесть. Запертая в своей комнате Мона рисует на стене портрет Тэмзин в рамке и целует его в точности как распятие, и тут же следующим кадром идёт огромный крест на холме, установленный братом Моны во имя Него — своеобразное и достаточно дерзкое режиссёрское противопоставление двух, в общем-то, одинаковых случаев: кому-то подавай любовь, кому-то веру. Не зная меры и не находя в себе сил выйти за рамки или хотя бы просто быть честными с самими собой, все бегут от самих себя, но в конечном счёте все и сфальшивят. И всё же для кого-то эта история станет ценным уроком, на котором буквально насильно вручат билет во взрослую жизнь - и это, как ни странно, не так уж и плохо. Не случайно и то, что, после душераздирающей развязки, в последнем кадре есть лёгкий намёк на улыбку: ещё секунда — и Мона улыбнётся, но мы этого уже не увидим - камера отъезжает, и зритель видит лишь спину героини; она уверенно идёт прочь, нет, даже для неё это не трагедия, хотя и очень хочется в это верить. Выхолощенная драма. Разочарование. Она ведь всё поняла, в большом мире — всё игра, и вот они - последние мгновения томительного ожидания, солнечный свет становится всё прозрачней, вода в реке - всё холодней, лето заканчивается, пора взрослеть.

Рабыня. Как я пригубила

Конопатая тинейджерица Мона живет вместе со старшим братом в предместье Йоркшира, в доме со сказочным названием «Лебедь». Бывший паб ныне превратился в молельный приход: после тюремной отсидки брат стал духовным пастырем местной религиозной общины. Несмотря на такое родство, Мона ведет неправедную жизнь — трахается с женатым мужчиной. И вот в последнее лето детства, про которое уже не надо писать сочинение «Как я провела каникулы», в жизнь Моны врывается амазонка на белой лошади – богатенькая мальвина по имени Тамсин. Пока мать Тамсин гастролирует, а отец ночует у своей секретарши, она в одиночестве проводит лето в роскошной двухэтажной фазенде и ищет способы поразвлечься. Тамсин хорошо образована: играет на виолончели Сен-Санса, цитирует при случае Ницше и слушает Эдит Пиаф. Ее и Мону объединяет не только одиночество, но и горе: у Моны умерла мать, у Тамсин - родная сестра. Девочки гуляют, девочки болтают, много целуются и катаются на мопеде, пьют вино, валяются на траве, и зверей, как братьев своих меньших, никогда не бьют по голове… Теперь их сближают не только общие шалости (не всегда безобидные), но еще и секс. И вот уже Моне начинает казаться, что в лице Тамсин она встретила свою настоящую большую любовь. Нежные объятия так легко и органично маскируются под это чувство, что половозрелой девичьей плоти устоять ну никак невозможно. Их невинные лобызания – это еще и вызов лицемерным папикам и мамикам, подсевшим на религию братьям и женатым бой-френдам… В любом случае для Моны такой опыт куда ценней и романтичней, нежели ракообразная случка на капоте чужой машины, когда с твоей помощью всего лишь грубо удовлетворяется чья-то похоть. - Ты часто трахаешься? - спрашивает Тамсин у Моны. - Иногда насаживают… - Это ужасно? - Нормально – как всегда… И вот Моне привалило счастье: теперь есть, где скрываться от брата, возомнившего себя новым Иисусом. Обиженный на весь мир гадкий утенок встречает девушку своей мечты, находит любовь и решает, что и ей подошло время стать белым лебедем. Юные небесные создания, потерянные и безрассудные, клянутся друг другу в вечной преданности и собираются навсегда покинуть этот «Fucking Йоркшир». Однако недолгое абсолютное счастье ста дней после детства оборачивается безжалостной инициацией…, неожиданным и запоздалым осознанием, что тебя хладнокровно и цинично развели и поимели… Этнический поляк Павел Павликовский, с пятнадцати лет обосновавшийся в Великобритании, не последний для нас человек. Ранее снимал неигровое кино о Достоевском и Венечке Ерофееве, в 1998-м поставил фильм «Стрингер» с Бодровым-младшим в главной роли, а через два года «Последнее прибежище», которое поклонники Дины Корзун считают едва ли не лучшей ее работой в кино. Собственно и здесь экс-поляк шлет России пусть не пламенный, но все же привет. В фильме есть сцена, где Мона крутит глобус в поисках места, куда бы они могли сбежать на пару, и, тыкая пальцем вслепую, попадает в Omsk… Павликовский сегодня - один из немногих британских режиссеров, что противостоят зависимости от американского рынка, чье влияние, пожалуй, нигде так сильно не чувствуется, как в Британии. В My Summer Of Love он никак не пытается заинтриговать зрителя посредством действия, сосредоточившись главным образом на создании реальной жизненной фактуры, интерес к которой, надо полагать, сохранился у него еще со времен работы в неигровом кино. Потому фильм максимально долго избегает какой-либо драматизации и резких поворотов сюжета, но взамен предлагает нечто существенно большее – то редкое поэтическое настроение, которое потом еще долго сохраняется в памяти. Он максимально ограничивает себя в художественных приемах (но ни в средствах выражения – столько нежного летнего света не часто увидишь в кино) и вроде как устраняется от необходимости делать надлежащие выводы: разоблачать лицемерие и зло. Экскурсы Павликовского в русскую литературу были не напрасны: и здесь почти очевиден конфликт «бедных людей» с «цветами зла». Культурный контекст не остался незамеченным: наряду с такими фильмами, как «Скрытое» Ханеке и «Дитя» Дарденнов, картина попала по итогам года в престижный список номинантов на главный европейский киноприз.