aftsa«И мы верим простодушно…»
Собрались как-то Фрэнк Оз, тот самый, который Магистру Йоде голос свой подарил, и Джим Хэнсон, тот самый, который подарил миллионам детей много радостных минут. И стали они потрясать мир невероятной популярностью удивительных Маппетов и их приключений. Только сказка совсем не о том. Долго ли, коротко ли, но в 1982м году два этих матерых профессионала по части историй про движущихся на экране кукол решили снять фильм, в котором все и вся обладает внешностью куда более причудливой, чем неродившиеся дети Лягушонка Кермита и Мисс Пигги. И поселяются эти странные, а иногда и страшные создания в чудесном и небывалом мире, возникшем вокруг Темного Кристалла, будто вокруг вечного энергетического ядра, начала всех начал и метафизик.
И мир тот раскололся… Тысячу лет назад. Как раскололся и Кристалл. Незамутненным свидетельством этого знаменательного события может похвастаться разве что одноглазая колдунья Огра, славящаяся в тех краях обличьем довольно мерзким, характером заметно взбалмошным и индифферентностью в своих политических взглядах. Остальные могущественные расы – скексисы и мистики – заняты каждая своим: первые пытаются помешать сбыться предсказанному, вторые - помочь. За сим дистанционным противоборством сильнейшие медленно, но верно приближаются к своему закономерному уходу из мира живых (как и у большинства высокоинтеллектуальных созданий с размножением у них туго). И пока злодеи-охальники скексисы утопают в алчности и чревоугодии, дворцовых интригах и борьбе с морщинами, добродетельные колдуны мистики, удобно разместившись за тридевять земель от тех мест, где царят жестокость и горе, проводят долгие годы за практикой древних магических обрядов, совершено бесполезных, как заметил в начале картины рассказчик.
Так и пришла пора открыться очевидной истине, что только расположенный на более низкой ступени пищевой цепи и потому куда в меньшей степени обремененный свободой воли Джен может вернуть равновесие в этот раздвоенный мир. Последний из рода истребленных, словно панды, гелфлингов, он ведет себя для избранного до непривычности мудро - просто делает, что ему говорят, «один, так один», «вместе, так вместе», и даже не важно, в каком.
И вот, снарядившись впопыхах в долгий и опасный путь юный наш герой, сам того не ведая, открывает перед зрителем удивительную планету, полную замысловатых существ и веществ. Под вдохновенные мотивы сочинительства Трэвора Джонса оживают холмы и пригорки, оказываясь хищными то ли растениями, то ли животными. Мохнатый комок внезапно выскакивает из неприметной норы, с громким лаем обнажая обе свои верхние челюсти. Динозавроподобные волосатые мистики, беря пример с тибетских монахов, чертят на земле недолговечные орнаменты из песка, отрешаясь таким образом от мирского. Власть имущие же полуящеры-полустервятники скексисы трясутся над своими пышными нарядами, потерять которые – позор и самое большое несчастье. А подозрительно похожий на смурфов простой люд веселится и закатывает пирушки на зависть всем. (Правда, только до того момента, пока не раздастся у порога очередной щелчок вездесущего бича.)
По кусочкам уловив черты жизни реальной легенда вплетает их в свою волшебную вселенную, не касаясь при этом острых ядовитых углов социальной сатиры и стремясь скорее к позиции актуальной притчи. А если остов сюжета может показаться привычным, где-то даже слишком схожим с теми же похождениями маленького хоббита, то это только отчасти. В основном от той части, где благородство, доброта и отвага преодолевают любые трудности и вознаграждаются по заслугам. В части же такой обыденной дихотомии сценаристы проявляют куда больше мудрости, чем зритель привык ожидать.
Почти в каждой сказке есть намек, но от редкого из них уже не молодцы не смогут отмахнуться универсальным веером со словами «банально» и «просто» на полотне. А ведь никто и не думал его здесь встретить, в этом сонме искрящихся развлечений. Но все же, это очевидно он: Адам, рука об руку с той, что достойна крыльев. Стоят, укрыты безмятежной сенью листвы, и еще не знают, что принесет с собой уже поспевший урожай. Ведь зло и добро не приходят из ниоткуда. Борьба не заканчивается с победой. Противоположное есть единое. Поиск истины невозможен без смирения. А подвиги всегда требуют подмоги. И лишь добравшийся до первопричины достоин нести бремя власти. (Даже если он мал, прямоходящ и мордой лица слегка схож с обезьянкой.)
Но и за вычетом лишь местами надуманного преснословия все равно остается детальная заботливая проработка тех богатых флоры и фауны, что подарили нам создатели фильма. Впрочем, можно еще подивиться неожиданным поворотам сюжета или нестандартности и незамутненной искренности диалогов. Ведь обильно заселенная интересностями фантасмагория, не перегружая сознания своих юных поклонников, умело чередует картины созерцания невиданного с новыми витками приключенческой истории. Так, оригинальность и увлекательность внешнего сводит на нет подразумеваемый эпический пафос. А ненавязчивая духовность внутреннего прибавляет такой уютный ореол морально-этической достоверности. В результате, при всей своей вопиюще образцовой фэнтезийности, мультфильм создает индивидуальное и самобытное пространство, где рукотворный, материальный спектакль задушевно и убедительно призывает проявить воображение и поверить в чудо, став при этом чуточку лучше, немножко умнее и капельку добрее.
