На цепи

Фильм «На цепи» - психологический триллер, который не оставит равнодушным никого. С первых минут действия, происходящие в фильме наводят ужас на зрителя и до самого конца держат его в напряжении. Кинолента цепляет своей реалистичностью, ведь нет на свете никого более страшного и жестокого, чем сам человек. Садясь в машину к незнакомцу вы никогда не узнаете, что происходит у него в голове, также и в фильме «На цепи» мать с сыном, ничего не подозревая сели в такси, с чего и начинается сюжетная линия. Как и бывает в реальной жизни, жертва маньяка абсолютно беспомощна, что вызывает у зрителя чувство безысходности из ситуации, а то что все это происходит на глазах у ребёнка поражает ещё больший страх и сопереживание бедному мальчику. Долгие годы ребёнок находится у угнетателя под контролем в качестве домохозяйки. Все попытки сбежать пресекаются и вгоняют главного героя в Стокгольмский синдром, широко известную бессознательно-травматическую связь между жертвой и агрессором. Далее в фильме повествуется детство маньяка и картина доносит зрителю, что все наши действия, наше поведение и характер идёт из детства, как говорил Фрейд. Фильм смотрится на одном дыхании благодаря актерскому составу. Одну из главных ролей играет известный актёр Винсент Д’Онофрио, ему удалось передать сущность маньяка, его безжалостность и психологические проблемы, сосредоточенные на женоненавистничестве. Уже подросшего мальчика играет менее известный Имон Фэррен, который стоял перед выбором - быть сломанным и пойти по стопам психа или остаться человеком. Самая интересная часть фильма это концовка, которую невозможно предугадать из-за ее шокирующей правды о сущности, какая может быть у человека. Однако минусы в фильме тоже есть, как и во всех. Единственное из-за чего можно снизить оценку это то, что все действия происходят в одной локации и нехватка драйва, так как подавленный главный герой не пытался сопротивляться, как мог, однако это тоже оправдывается долгими годами психологического давления. В заключении хочется отметить, что такие фильмы показывают нам, какой может быть мир, каким он может быть жестоким и непредсказуемым. Бдительность и внимательность к людям, а также сила духа и воля к свободе однажды может спасти вам жизнь… 8 из 10

«Ты должен идти до конца — это ключ к выживанию»

Хочется начать с того, что я удивлён, так как ожидал я очередной ужастик, в котором пацан побеждает огромного маньяка и сбегает от него на все 4 стороны, но «На цепи» меня реально удивил, сейчас подробно раскрою причину такого послевкусия. Оценивать фильм будем по таким критериям, как сюжет, актёрская игра, soundtrack, в который я вкладываю и музыку, и звуки. Кроме того, оценим ещё по такому критерию, как важный для ужасов критерий атмосфера. Сюжет: Некий маньяк ночами и днями выезжает в город, крадёт девушек любых возрастов и занимается с ними некрофилией. В один день вместе с девушкой попадается мальчик, который остаётся у этого маньяка на попечении. Вот на этом развивается сюжет. С первого взгляда тебе кажется ничего нового, маньяк, отдалённый дом, один выживший и борьба за жизнь. В связи с этим ты начинаешь думать, что сейчас начнётся снова та же баллада, а именно мальчик в конце выберется и одолеет огромного мужика, который годами убивал женщин, а с маленьким мальчиком не справился. На деле же всё оказывается намного интересней. Сюжет набирает обороты по самому непредсказуемому развитию событий. Я честно был очень удивлён, что это не типичный фильм подобного жанра, но схожести всё равно имеются. Острые сюжетные повороты также есть, в некоторых местах сложно догадаться о том, что всё сейчас пойдёт по иному пути, чем ты себе надумал. Один минус, который я заметил, это отсутствует связь между концовкой и путём прохождения до неё, то есть не очень хорошо установлена связь с этой интересной концовкой, о которой поговорим дальше. Концовка с одной стороны предсказуемая, а с другой стороны очень необычная и не типичная. За концовку стоит отдать кинопроизведению отдельное должное. Итого, этот критерий сделан очень прилично, а для ужастика вообще почти отлично. Актёрская игра: Много я пересмотрел фильмов ужасов за свою жизнь, но в большинстве из них герои из себя ничего не представляли. Играли слабо, образы были никудышными. Но «На цепи» и в этом параметре не разочаровал. Образы всех героев как основных, так и второстепенных были полностью раскрыты. Даже образы всех этих девушек на убой были также более-менее раскрыты. Эмоциональное составляющее герои показали также на очень хорошем уровне. Я реально верил тому, как они играют и погружался благодаря этому в фильм. Тут даже особо выделить некого, стоит сказать толь то, что Кролик, роль которого сыграл Имон Фэррен в начале и в середине немного подбешивает, его образ хорошо раскрывается только к концу фильма. Больше минусов я не заметил. Про Винсента Д'Онофрио, который сыграл Боба ничего плохого сказать не могу. Отыграл он на все сто. Итого, этот критерий также сделан очень хорошо. Soundtrack: Музыкальное сопровождение очень такое мрачное, сопровождает весь фильм. Музыка очень хорошо передаёт вот всю эту безысходность и потерянность, а также хорошо добавляет атмосферы. Звуки также сделаны хорошо, скрипы, крики и всё такое, короче музыкальное сопровождение на хорошем уровне тоже. Для ужастика вообще очень прилично сделанная. Атмосфера: Атмосфера фильма очень глубокая и погружающая. На первых минутах ты начинаешь относиться к фильму с пренебрежением, но после определённого момента ты всё больше и больше погружаешься туда мыслями. Также эту атмосферу передаёт эта приличная актёрская игра, сюжет и такой же хороший soundtrack. Атмосферу ещё передаёт геолокация самого дома этого маньяка, которая даёт такое чувство обречённости и безысходности. Очень радует, что «На цепи» не отделён этим важным для ужасов критерием. Итого, этот критерий мне очень понравился, как и предыдущие. Таким образом, «На цепи» максимально средний, но не типичный фильм ужасов. Мои впечатления после просмотра очень положительные. Конечно, есть здесь пробелы как сюжетные, так и актёрские, но в общем впечатление это всё не портит. Я бы не сказал, что фильм прямо так пугает до мельчайших атомов. Он больше передаёт атмосферу беспомощности, неизвестности и обречённости, наверное, так будет правильнее. Поэтому «На цепи» не является самым эталонным ужастиком. Больше скажу – это самый средний фильм. Ничего особенного здесь нет. Этот фильм, имел хороший потенциал, но его не очень удачно развили по линейке ужаса. Не зря мы видим в описании, что здесь имеются элементы триллера и не мало важно криминала. Именно поэтому это кино берёт больше всем в совокупности, а не только одним элементом ужасов, цель которого напугать зрителя. «На цепи» не самый лучший фильм ужасов, это такой mix из разных жанров с элементами ужаса, я бы сказал так. Рекомендовать никому не буду, если есть время можете посмотреть, не факт, что вам понравится. 6 из 10

Если убить убийцу, количество убийц не изменится.

Аннотация к фильму гласит, что нас ждёт история о том, как однажды восьмилетний мальчик с мамой садится в такси, за рулём которого оказывается серийный убийца. Тот убивает мать, ребёнка же решает оставить в живых. На долгие годы парень становится марионеткой в руках психопата, упивающегося своей властью и безнаказанностью. Скажу честно, поначалу относилась к фильму как к рядовому триллеру, где основной упор будет на так называемые 'кровь-мясо-кишки', никакой глубокой драмы и тем паче психологии и интриги. Иными словами - аналог 'Логова монстра', с бодрым началом и 'facepalm' концовкой, где юнец с помощью оружия свободы (сковородка/лопата, нужное подчеркнуть) уделывает мегагениального и крутого злодея. Всего пару часов спустя, тщетно пытаясь уснуть и ища пристанища в соцсетях, я осознала, что никогда так не ошибалась.© Фильм жесток и убивает в другом плане. Психологически. Очень глубокий и тяжёлый фильм. Гнетущая атмосфера безысходности. Каждый момент держит в напряжении, вызывает одновременно с жалость и страх, сочувствие и отвращение. Но при всей этой липкой трясине безнадёжности где-то постоянно теплится искорка надежды. Первое, от чего пробегает холодок по спине: осознание, насколько реальным, несмотря на всю абсурдность, может оказаться нечто подобного. Вы знаете своих соседей по подъезду, а тем более что происходит у них за дверьми? А что уж говорить об отдалённом домике в глуши Всегда ли вы, отлучаясь по вполне рутинным делам, ставите в известность об этом кого-то из близких? Фильм начинается резко, сразу бросая смотрящего в омут безумия сценой в доме маньяка. Затем зрителю предлагают вернуться на некоторое время назад - в день злосчастного события…. Перед нами предстаёт вполне счастливая семья, со своими радостями и заботами. Любящие друг друга родители, обычный ребёнок – мечтающий о собаке, храбрый, весёлый парнишка, гордо пообещавший отцу позаботиться о матери, поскольку тот не может пойти с ними. И вот семья выходит из кино, ловит такси, следуя вполне разумными доводам беспокоящегося главы семейства, чем и спешит того успокоить. Преисполненные радости и впечатлений они направляются домой. Уже в пути женщина осознаёт, что им не спастись. Но она может попытаться избежать незавидной участи хотя бы для сына. Маленький же мужчина ни за что не намерен бросать мать. Таким образом они оба оказываются в доме убийцы. По неведомой причине (хотя, мне кажется, в самом конце становится отчасти ясно, почему) тот сохраняет ребёнку жизнь, требуя от него беспрекословного подчинения, используя в качестве прислуги, избивая и издеваясь. Попытки к бегству и ослушание приводят к тому, что Тима и вовсе сажают на цепь. Теперь, кажется, что он точно сломлен…Чувствуя это и в угоду собственному тщеславию, мучитель, словно пытаясь полностью стереть собственное «я» мальчика, удостаивает его прозвища «Кролик». Сам-то себя он считает хищником, а своё гнусное занятие - настоящей охотой. Кажется, постепенно именно этим робким существом и становится Кролик… Зритель с болью осознаёт, что тот никогда не сможет восстать против тирана, и задаётся вопросом: неужели всё это замкнутый круг, который невозможно разорвать - монстр способен воспитать только монстра? А уж когда тот «по-отечески» решает привить Кролику своё ремесло и когда нам показывают флешбеки из прошлого главного антагониста…осознание неизбежности тяжким грузом ложится на зрителя…. Но как бы не так. Тут-то и задаёшься вопросом – а была «сломлена» ли жертва? Да, некоторыми кадрами нам давали понять, что у Кролика нет шансов вырваться – все острые предметы в доме вне его доступа, все действия контролируются. Но были и моменты, непрозрачно намекающие, что при толике решительности и везения вполне возможно убить мучителя и попытаться сбежать. И вот тут-то осознаёшь всю глубину драмы. Вопреки тому, что Кролик, кажется, сломлен и запуган, он всё ещё противостоит тому злу, которое его окружает. Противостоит самому корню, самой сути. Гораздо глубже, чем предполагал зритель, олицетворяя зло с конкретным человеком, стоит которого только ликвидировать, и сразу всё будет хорошо. «Если убить убийцу, количество убийц не изменится'.© Убить для Кролика значит проиграть, стать таким же палачом, как свой истязатель. Так что есть подвиг? И теперь каждую секунду зритель с напряжением следит за этим неравным боем. Где проиграть значит гораздо большее. На первый взгляд кульминация происходит в момент «экзамена» Кролика на «хищника». Но так ли всё очевидно? Ещё один ключевой момент – главное предательство в жизни Тима. Здесь многое встаёт на свои места, многие вопросы получают свой ответ...А трясина над зрителем будто схлопывается, смыкая свои тяжёлые жуткие волны и лишая последнего воздуха. Самый финал…Возвращает нас к вопросам, которыми мы задавался весь фильм. Может ли человек противостоять среде или он раб обстоятельств? Монстр способен породить только монстра? Возможно ли разорвать порочный круг? Где грань между победой и поражением? Всё ли способна поглотить пучина? Способен ли лучик света рассеять мрак? Возможно ли в окружающем тебя оду остаться человеком? Что дальше? Отдельно хочется отметить работу оператора. Вся тяжесть происходящего подчёркивается умело передаваемой удушающей замкнутостью пространства. И чего только стоит панорама, начинающаяся просмотром маленьким Кроликом телевизора подле кресла своего опекуна и заканчивающаяся в этой же точке, но много лет спустя. Ещё одна изюминка – скрупулёзно подобранный актёрский состав. Настолько, что порой создаётся впечатление, что смотришь документальный фильм. Для Винсента Д’Онофрио это не первая роль в подобном амплуа. И он пугающе убедителен. Настоящая находка Имон Фэррен со своей характерной внешностью, поражающей разноликостью и мрачной харизмой. На этом лице могут спокойно уживаться как взгляд и улыбка, в которых можно и хочется утонуть, так и взор, от которого ваша кровь стынет в жилах. Что лишний раз подчёркивает дилемму: кем же вырастет Кролик? 10 из 10

Сильно психологически

На мой взгляд очень недооцененное кино, с не заслуженно маленьким рейтингом. Для всех глубоких, тонко чувствующих натур, умеющих полностью погрузиться в жизнь героя. Ведь так интересно видеть жизнь под разными углами, понимать что в мире существует абсолютно все, и адские безумия и сумашедшие люди! Хотя себя то они такими не считают. Потому что у каждого своя правда! У каждого свой закон! Об этом нам и говорит фильм. Режиссерская и операторская работа шикарна, тонко передана атмосфера дома в который попал маленький мальчик, в фильме много желтого цвета, он неотъемлемая часть жизни главных героев. Сами герои - идеально подобранные актеры, они настолько удачно подошли, что порой кажется что смотришь документальный фильм, а не художественный. Развитие сюжета не нудно и не быстро, все в точку! Все как надо! Не хочу больше писать одни комплименты этому фильму - посмотрите лучше сами! А ничего негативного и неправильного я там не увидела. На мой взгляд этот фильм шедевр в своем роде! Смотрите и помните: У каждого своя правда, у каждого свой закон! 10 из 10

Неожиданно шокирующий, тяжелый, выматывающий и вязкий психотриллер дочурки самого Дэвида Линча - Дженнифер Чемберс Линч, с великолепным громилой Винсентом Д'Онофрио в роли второго плана таксиста-психопата с детскими травмами. К слову сказать, актер просто создан для таких ролей, ну а зрителю он уже не раз доказывал это (вспоминаем знаменитый взгляд рядового Кучи из ' Цельнометаллической оболочки', или образцовую игру серийного убийцы в ужасно красивой 'Клетке' на пару с Джей Ло). У данной ленты вполне редкий дар для социального триллера - все что происходит на экране по настоящему пугает. Вся атмосфера вселяет тихий ужас а жилах кровь стынет как от настоящего хоррора. Хотя фактурно это вполне себе такая психологическая драма, убери из этого всего элементы крайне жесткого и натуралистичного триллера. Все в мире главного героя, мальчика Тимми уменьшилось до угла в комнате дома за городом, где он служит на цепи годами маньяку-насильнику, убившему его мать. От 'опекуна' мальчик удостоился прозвища 'Кролик' и возможности прислуживать за громилой на манер заправской горничной. Покорность, впитавшаяся когда-то через оцепенение и животных страх, сделала из мальчика раз и навсегда больное и робкое существо, которое машинально каждый день выполняет одни и те же задания, не видя белого света. Оператор Шейн Дэйли будто сам нас решил пытать, как Боб (Винсент Д'Онофрио) испытывает Тима годами. Почти все действие происходит в удушающем замкнутом пространстве странного дома за городом, где рядом нет ничего, попросту в чистом поле. Гнетущая атмосфера удушья комнаты настолько явная, что невольно хочется распахнуть окна у себя в комнате, где вы смотрите фильм. Камера великолепно создает атмосферу замкнутой и жуткой коробки. Браво! «На цепи» — понравится далеко не всем, но если вы искали на вечер, довольно необычный и нестандартный по многим аспектам триллер, то данный фильм не стоит игнорировать. Многих любителей жанра 'подкупит' тот факт, что 'На цепи' заслуженно получил в США жесткий рейтинг NC-17 от MPAA за «несколько сцен откровенного насилия». Ну и конечно, отдельное вкусное дополнение из разряда 'неожиданный сценарный твист'. Конечно, он тут, в общем, непредсказуем, даже не пытайтесь. Скажу лишь одно: после него ты окончательно и в равной степени жалеешь и насильника и жертву. Каждый из них стал пленником своего мира, только одному его создали, не спросив, а второй создал себе свой, чтобы спрятаться в своем безумии там. Я даже не исключаю у некоторых появления 'стокгольмского синдрома', настолько глубоко копает дочь великого папы в вопросе 'А кто больше жертва?'. 7 из 10

Мир на цепи

В соответствии с ведущей постмодернисткой программой, направленной на расщепление атомов бытия, мы продолжаем оттачивать навыки в технологиях оправдания традиционного зла. Точнее, не оправдания, а толерантного всеприятия, в духе времени. Другое дело, что навыки эти совсем не утруждают себя поисками новых, или хотя бы иных «смыслов», привычные оппозиции не пересматриваются, да, они вольно трактуются, комбинируются и меняются местами, но размышления киснут в старом чане. Например, то, что ранее приписывалось только лишь «добру», симпатическим образом переносится на подвергающееся ревизии «зло», т.е. пересматривается не то, что переносится, а то, на что переносится. Поэтому, данная картина в своём основном посыле незамысловата – попытка изобразить возможность человеческих отношений между (условно) злом и травмированным добром, со всеми подсобными клише и набором маркетинговых ходов. Такие попытки имеют давнюю историю в кинематографе, и периодически эксплуатируются, стремясь подобрать специфический материал, дабы создать эффект новизны (особенно этим грешат дебюты, ничтоже сумняшеся в расчёте на рывок в мир большого кино). Рассмотрим эту ментальную дешевизну подробнее. Взгляд внутрь зла на каком-то этапе действительно был достижением, в своё время Иствуд создал интересный диптих на эту тему (Письма с Иводзимы), во второй створке которого попробовал завести зрителя в сокровенную обитель врага. Если в обычной диспозиции - враг/чужой/зло предельно схематизируется, искажается до карикатуры и простых означаемых, превращается в безликую абстракцию, в чёрное пятно, не имеющее ничего за собой кроме онтологии тьмы, то в ситуации Иводзимы этот взгляд подвергается деконструкции и за тьмой признаётся возможность быть не только тьмой, в пределе даже светом. Такова логика гуманистического взгляда, который, под влиянием исторических эмансипаций достигает всё большей трансцендентности. А эмансипации неразрывно связаны с логикой капитала, рыскающего в поисках незанятой ниши – отсюда и поструктурализм с его повышенным вниманием к деталям и нюансам, выпадающим из привычных структур, к тем, ранее не замеченным оттенкам, которые можно упаковать и продать первым. К сожалению, фильм не проявил достаточного нахальства и попользовал нюансы зла, бывшие в употреблении (способность зла к нахождению в себе эмпатии), но как относительно редкое экранное явление на фоне рабочих расстановок жанра о серийниках – заслуживает всё-таки отдельного внимания. Более того, если вынести некоторые сюжетные изб(ы)итки за скобки, и сосредоточиться не на том, что проговаривают, а на том, что проговаривается – можно узреть и некоторую необычность. Так что же в таком случае – проговаривается? Камерность, приглушенный свет, тягучая монотонность, длительное молчание, застывание главных фигур, практически отсутствующая музыка, переутомлённое передвижение Д’Онофрио, лишённый излишней эстетики забой женщин - все эти ингредиенты создали картину какого-то демиургического порядка вещей, память о начале устройства которого канула в лету, ибо это было так неисчислимо давно, что исполнители древней воли несут отягчённое бремя, не задумываясь о том, кто, или, что обрекло их на это. Просто так надо, кто-то должен выходить на охоту, искать, ловить, насиловать и потрошить. При этом Кролик – уместный в замысле «проговариваемого» (дальше П1) (с ним строятся эмпатические отношения), абсолютно «избыточная» фигура в шуме «проговаривающегося» (П2), оправданная только как технический момент, как глазок, камера или свидетель, с помощью которого зритель вводится в тайники скрывающегося зла. Вот и лаконичное – «на цепи» относится не к Кролику, а к жрецу Д'Онофрио, который сидит на «цепи долга», прикованный к строгому осуществлению не им установленного предназначения – отправлять обряд заклания в честь «счастья» мира, построенного на лжи. В поддержку момента долга, который в форме смутной памяти трансформируется в ущербное чувство принудительности, страдающий Онофрио выкрикивает – «они! они меня заставили!». Банальная тема возможности передачи жреческих функций Кролику ради интриги (П1) – совсем не уместна в системе забвения и избрания по знамению (П2): маньяк – не профессия, она не передаётся по наследству через её специфическую педагогику. Так что здесь властвует один человек, безраздельно и никто ему не поможет, не скрасит заведённый быт, состоящий из церемоний и ритуалов сакрального характера. Священная бюрократия, сводящаяся к каталогизации вещей избранных на жертвенный алтарь, Кролик, выполняющий подсобные функции архивариуса (что приемлемо для П1 и не нарушает логики технического свидетеля П2), хроника обрядов, записывающихся на скрытую камеру, просмотр ТВ, кресло, стол, пиво, сервировка, употребление пищи, машина-такси, дом в полях - храм, построенный далеко за границей города как места профании, и наконец центральное действо – изнасилование и убийство – всё это наполнено мистическим трепетом и космической необходимостью, словно капище в священных рощах, строго ориентированное по сторонам света. Здесь, кстати, придётся заметить – дочь Линча не свободна от некоторых приёмов отца, последний всегда изображает бытовые предметы так, что они размывают свои эмпирические границы и раскрываются бездной физической тьмы. Но если Дэвид достигает этого с помощью длительности кадра, перемены фокуса, зумирования и углубляющего нойза, то нетерпеливая Дженнифер (предметы, планы сменяются быстро) берёт тишиной, замкнутостью, и повторением, не считая жутковатого натурализма. Отдельно стоит отметить медицинскую библиотеку – памятник желанию стать медиком в прошлом (П1), но скорее – инструкции для жертвоприношений (П2), которые помогают с точностью наносить ножевые удары в смертельное место, что и было не раз продемонстрировано. В итоге, понятно, что мы имеем весьма рядовое - хотя и претенциозное - зрелище в плане П1, но, что в таком случае – имеем в плане П2? Не смотря на будоражащие воображение архетипические пласты, второй план указывает на известную апорию, где порядок вещей представляется раз и навсегда установленным, единственно возможным, будто так и должно быть, должны быть серийные убийцы, жертвы и страдания, смычка современного мировоззрения и архаического в акте непрактичного убийства – укрепляет убеждение в имманентности такого порядка. Не важно, боги ли так положили, законы природы или механизмы рынка – само положение принимается априори, не ставится под сомнение, и, руководствуясь этим, авторы готовы пойти на примирение, на понимание мотивов зла, и даже больше – согласны принять зло таким какого оно якобы есть, дать ему этическое право на существование. И зритель внемлет, задаётся вопросами права маньяка на гуманное снисхождение и понимание внутри главных вопросов (должно ли так быть? Есть ли выбор? Можно ли изменить сам порядок вещей?), которые он не видит. Очевидно, фильм продолжает и усугубляет проблему, потому как в очередной раз отталкивается от изначально не верного вопроса. Подкрадываясь ко злу ближе, фактически вплотную, заигрывая с ним, создаёт компенсаторный эффект решения, но не идёт на революционный шаг даже в рамках манихейского бинарного фатума, и поступает с убийцей так как положено издревле.