Бездна страсти
Вообще-то я не очень люблю фильмы 1950х. Павильонные, как правило, съёмки, картонные декорации, пафосная игра актёров, часто вычурные сценарии (глядя из нашего времени). Мне больше нравятся 1960-е, когда пришла «новая волна» и оживила кинематограф. Но у Висконти кадр всё-таки безупречен, можно любоваться бесконечно. Увядающая красота, уходящая эпоха, исчезающий роскошный стиль – это его постоянные темы. Аристократизм плюс декаданс. Фильм показывает нам Венецию 1860х, когда против австрийского господства выступают венецианские патриоты, поддерживающие объединение Италии. На этом фоне разворачивается драма замужней графини-венецианки, которая скрытно поддерживает патриотическое движение, венецианцы даже доверяют ей кассу, но неожиданно для самой себя она влюбляется в смазливого австрийского лейтенанта, который оказался циничным фатом и банальным альфонсом. На графиню Ливию как будто напал морок, она уже ни о чём не может думать, кроме как только лишнюю минуту побыть с Францем, она рискует всем, вся её устроенная жизнь неожиданно теряет свою ценность, она не замечает ни своего безрассудного поведения, ни своего предательства, ни фальши любовника. Можно заметить, насколько различается игра актёров и как это работает на замысел. Итальянская актриса Алида Валли (графиня) играет театрально, с пафосными жестами и высокопарными фразами. Её любовника Франца играет американский актер Фарли Грейнджер – интересно отмечать небольшие детали, штрихи – как он прячет улыбку в кулак, его взгляды искоса, когда он оценивает ответную реакцию, как загораются глаза и становятся поспешными жесты, когда он видит золотые монеты. Фильм начинается великолепной сценой в театре (вообще люблю, когда в кино показывают театр), звучит прекрасная ария тенора из «Трубадура» Верди, и весь зал на взводе от охвативших патриотических настроений. Бросается в глаза контраст роскоши и красочности первой сцены фильма в опере и последней сцены – мрачной тёмной улицы в Вероне, по которой идёт одинокая опозоренная графиня. Из штрихов, рисующих историческую эпоху, можно заметить краткие батальные сцены, упаднические настроения австрийцев, которые понимают, что рано или поздно им придётся уйти, разглагольствования Франца, который не видит смысла в этой бойне и просто дезертирует. Можно ещё отметить мужа Ливии, который из тех, кто не хочет остаться в накладе, и потому балансирует – на всякий случай - и нашим, и вашим. Лукино Висконти называют мастером барочного стиля в кино. Уж он-то, принадлежащий к аристократической фамилии, потомок герцогов Миланских, знал в этом толк.
