Легенда о Черенкове
Снимать ленту о нашем современнике Фёдоре Черенкове - это большой творческий вызов. Нужно отметить смелость всех создателей фильма, так как они воссоздавали моменты новейшей спортивной истории. А это всегда непросто. Авторы не стали создавать единую драматургическую композицию. Структурно фильм поделен на ряд фрагментов, похожих с главами из книги. Их резкая перемена и лаконичность задают ленте быстрый темп. Приятно, что никто не стал идеализировать Черенкова. Нам откровенно рассказывают о его личных проблемах (которые до поры скрывались от широкой аудитории). Создатели ленты не забывают и про безусловную любовь болельщиков к футболисту. Впрочем, ни о каком глубоком взгляде на личность тут речи не идёт. Нам лишь оживят несколько значимых эпизодов из жизни человека и его команды. Эта поверхностность в изложении будет распространена и на многих его товарищей. Родионов, Дасаев, Гаврилов, Бубнов получаются тут заведомо размыто. Их персонажи призваны лишь для того, чтобы создавать микрокосм вокруг главного героя {что отражает явную синтетичность сценария}. На мой вкус фильм не выводит личность Фёдора за пределы футбольного мифа. Мы не видим рутины тренировок, травм, бытовых проблем. Черенков тут раскрывается исключительно через спортивные успехи, а поражения остаются фоном. Несколько показанных финтов не объясняют, почему Черенков был уникален. Зрителю не предоставляется возможность прочувствовать какой ценой давались эти голы. Явные несоответствия в деталях разрушают эффект подлинности. Нарезка советских хитов звучит как фон, а не как часть жизни героев. Слушали ли лидеры сборной тех лет советские шлягеры? Упрощают визуальный портрет эпохи и чрезмерное обилие спортивных костюмов+. Например, отсутствие модных тогда джинсов делает кадр стерильным. Совсем ненужным выглядит и упоминание о трагедии на матче с Харлемом в Лужниках. Этот чувствительный эпизод слишком обособлен от драматургии фильма. Поэтому подача этой истории выглядит чересчур формально. Во многом этот фильм вытягивает игра Бориса Щербакова. Роль Николая Старостина стала для мэтра настоящим откровением. Он отказался от привычного экспрессивного клише. Перед нами предстаёт совсем другой, статичный Щербаков. Старостин тут показан через паузы и жесты - его молчание говорит больше слов. Это делает правдоподобной каждую сцену с его участием, ибо сложно даже найти момент, когда актёр полностью растворился в своём персонаже. Другое дело - портрет Бескова. Обилие экспрессии и избыточно много харизмы Николая Фоменко. Это делает его образ более театральным, чем реальным. Но при этом экранные Бесков и Старостин отлично контрастируют в кадре. 5 из 10
