VitoKorleoneБезмолвный гнев.
Такой многомиллионный город как Нью-Йорк не безопасен даже в светлое время суток и немой красавице Тане приходиться удостовериться в этом лично когда буквально в течении одного дня она дважды подвергается насилию. Подстёгнутая болью, стрессом и яркой психологической травмой, она завладевает огнестрельным оружием и отныне избирает мужчин на ночных улицах города своим главным предметом охоты…
Первая половина 70-х гг. в западном кинематографе знаменует собой расцвет культа насилия на большом экране. А если конкретизировать - темы отстаивания обыкновенными гражданами своих прав и, в первую очередь, права на защиту собственной жизни и достоинства путём ответной агрессии с оружием в руках, как фундамента идеи о привилегии на личную месть людей, вынужденных в одиночку вступать в борьбу с преступностью. Стартовой нитью в данном направлении служит культовый криминальный триллер Майкла Уиннера «Жажда смерти» с Чарльзом Бронсоном в главной роли. Вышедшая в начале 80-х, но всё ещё сохранившая отголоски прошлого десятилетия, картина уроженца Бронкса Абеля Феррары «Мисс 45-й калибр» (в нашем прокате переименованная в куда более высокопарное «Ангел мщения») и принёсшая первый творческий успех своему автору, продолжает тенденцию заданную фильмом Уиннера. Кино это по своей фабуле простое и в силу своей постановочной скудности лишённое изысков, но интерпретировать его можно по-разному и не так примитивно, как кажется на первый взгляд.
В нашем современном мире человек, несмотря на технический прогресс и легкодоступность всевозможных благ, чувствует себя с каждым днём всё более и более обособленным от всех и вся, и, соответственно, одиноким. А там где одиночество - рождается и чувство беспомощности. И в контексте этой ситуации неспособность главной героини говорить весьма символична - она словно один на один остаётся со своей болью, без малейшей надежды на сочувствие и понимание со стороны окружающих. Необходимость самосуда же вызвана недоверием девушки к блюстителям порядка, правоохранительным органам и судебной системе, в чьи казалось бы первоочередные задачи входит борьба с преступностью или предотвращение её деятельности. Корень недоверия кроется здесь в подсознательном страхе и враждебности любого человека перед людьми или структурами облечёнными властью. И потому, наша героиня, чувствуя незащищённость и равнодушие, впридачу подкреплёнными шоком, сама берёт в руки оружие и начинает вершить свой суд.
Акт изнасилования является у сценаристов своего рода переломным моментом в повествовании, точкой невозврата и перерождением главной героини. До столкновения с отморозками она непорочна и юна, после же - это уже зрелая соблазнительная женщина и настоящий ангел смерти, облачённый в провокационные и агрессивные красно-чёрные одеяния, призванные помочь ей завладеть вниманием похотливых мужчин и затем впоследствии заманить их в ловушку. Но всё же, думается, Феррара преподносит свою историю не как повесть о самосуде, перерождении или обыкновенной мести, а в первую очередь как притчу о двойственности человеческой природы, о тонкой грани в рамках одной конкретной личности, подчёркивающей зыбкое равновесие между ролью жертвы и где-то затаённого в глубине души потенциала безжалостного охотника. Путь от одного к другому ничтожно короток, в каждом человеке, стоит только почувствовать вкус крови. Кульминацией данного полотна является эффектный финал, отчасти граничащий с абсурдом, но снятый со вкусом и опять же не лишённый символизма, когда главная героиня, облачённая в наряд монахини на вечеринке по случаю празднования Хэллоуина, пускает в расход сонмы мужских особей переодетых в костюмы разношёрстной нечисти.
