Зимняя сказка

Душа невостребованного депрессующего актёра Джо Харпера требует чего-то светлого под Рождество. Не каких-нибудь сраных «Волшебников из страны Оз», а Вильяма «нашего» Шекспира. Чтобы доказать себе, что он ещё чего-нибудь может, Джо набирает первостепенную команду актёров-неудачников, на последние средства снимает старую уродливую церковь и собирается в эдаком аккомпанементе ставить свою креативную версию «Гамлета». Надо ли упоминать, что задумка та ещё. Очевидно-невероятно и попросту удивительно, что слёзно-смешная и отчасти пародийная «Зимняя сказка», принадлежащая скорее выводку фильмов вроде «Продюсеры», «Жизнь в забвении» или «Бёрдмэн», принадлежит перу Кеннета Браны, театрального режиссёра и актёра, одержимого Шекспиром и ролью Гамлета в частности. Ещё более курьёзно, что всего через год Брана поставил уже действительно дорогущего 4-х часового «Гамлета» с массой голливудских звёзд, собой в главной роли, дотошным следованием тексту и… потерпел мощное фиаско. Эдак можно подумать что «Холодною зимою» и впрямь была прямой документальной репетицией со всеми её казусами. Хотя одно нисколько не ниспровергает теплоту другого. Фильмы о съёмочных процессах, в которых нередко показывается преодоление препятствий, приводящих к более-менее качественному результату или хотя бы вызывающему единение, часто выходят крайне забавными (взять того же «Боуфингера»), и эта камерная околотеатральная история не исключение. Перед неуверенным в себе, но амбициозным автором стоит задача-максимум, а работать приходится с фактически случайным материалом: слепой упрямой актрисой, нетрадиционным мужиком, увязавшимся на роль Гертруды, неумелым импровизатором, вечным пьяницей, дизайнером, определяющей успех по твердости собственных сосков и прочим избранным чудакам. 100-минутный забег кишит нелепыми ситуациями, подкрепляемыми британским чувством юмора, но ахтунг!, в это же время, заподляцки готовит укол отравленного клинка в виде жирного новогоднего штампа. В тот момент, пока альтер-эго Браны, Харпер рвёт на себе волоса и бьёт фэйспалм, агент актёра выклянчивает ему заманчивое предложение из Голливуда – роль в дорогой фантастической трилогии а-ля «Звёздный путь». Ну и вы знаете этот неловкий момент ближе к финалу, много раз было… Другое дело, что штамп штампом, но в данном случае помимо обыкновенного «актёрская труппа тоже твоя семья», закладывается в конфликт ещё и художественная проституция с противопоставлением коммерции искусству. А это уже вечное. Ведь мало какой востребованный актёр откажется от, скажем, роли Зелёного фонаря из гомиксов, стой альтернативой негромкий артхаусный или классический проект. Как и в «Друзьях Питера», снега у Кеннета Браны на Рождество не допросишься – ну нет его в Британьке. Но по духу кино это вполне праздничное и позитивное, несмотря на внутрикадровую работу с очень мрачной и угрюмой пьесой. 7 из 10

Любите ли вы Шекспира так, как он?

Молодой перспективный английский актёр Джо после проволочек, возникших у него при переговорах с голливудскими продюсерами, решает реализовать себя в качестве театрального режиссёра. Для этого он берётся поставить пьесу пьес - шекспировского 'Гамлета', причём в реальных интерьерах деревенской церкви. Отсутствие достаточного количества средств для осуществления этого амбициозного проекта вынуждает дебютанта обратиться к услугам малоизвестных и безработных актёров, не лишённых, однако, профессионального честолюбия. Трехнедельная экспедиция труппы в провинцию приходится как раз на рождественские праздники и поначалу складывается весьма драматично. Но все текущие невзгоды и почти ежеминутные неприятности, готовые обернуться полным крахом задуманного, выливаются в настоящий праздник подлинного искусства как для самих исполнителей, так и для немногочисленных зрителей спектакля, а, главное, для тех, кто будет смотреть это кино, если таковые, вдобавок ко всему, ещё и неравнодушны к театру. Фильм отличают великолепные работы неизвестных английских артистов и искромётный юмор в духе Вуди Аллена, который изначально было трудно ожидать от режиссёра Королевского Лондонского театра Кеннета Бранаха. Это выглядит особенно неожиданно после того, как британский постановщик через год уже сам осуществил дорогостоящую, и едва ли не самую крупномасштабную - четырехчасовую - кинопостановку 'Гамлета'. И эту его громоздкую экранизацию способны досмотреть до конца разве что самые дотошные шекспироведы и шекспироманы.

Средизимье

In the bleak midwinter frosty wind made moan, Earth stood hard as iron, water like a stone; Snow had fallen, snow on snow, snow on snow, In the bleak midwinter long ago. Канун Рождества в маленькой английской деревушке Хоуп, Надежда. Неф старой церкви застилает густой горьковатый дым, рукотворный смог, вызывающий в памяти улочки старого Лондона и старину Джека, рыщущего в поисках жертвы. Немногочисленные живые зрители грядущего священнодействия нервно переглядываются поверх голов зрителей картонных. Глухо и тревожно, словно через вату, доносится звук гонга. Темный силуэт, громовое «Кто здесь?!» и автоматная очередь в зал, прямо в эти перепуганные лица. Холостыми патронами, столь же неспособными задеть, как утратившие свой аромат слова, которые возвращает возлюбленному Офелия... Что это? Это «Гамлет», господа. За год до собственного кино-умирания в шкуре принца датского Кеннет Брэна, репетируя и примеряя, «убивает» Майкла Мэлоуни. Точнее - его героя, неудачливого актера Джо Харпера, пытающегося поставить пьесу Шекспира, имея в активе 600 одолженных фунтов, арендованные на две недели развалины церкви и полдюжины добровольных помощников, для которых это единственный шанс сыграть Лаэрта или Гертруду, а не Питера Пэна или третий цветок на подтанцовке… Старая сказка, песнь, перепетая тысячи раз. Они собрались и начали что-то делать. И после многих неудач, ссор, проблем и разочарований у них начало получаться, но в самый последний момент проект сразила (или едва не сразила) улыбка удачи, вынуждающая главного героя бросить команду на произвол судьбы и обеими руками вцепиться в тот шанс, что бывает единожды в жизни. Фильмы с точно таким же сюжетом можно перечислять долго, но «In the bleak midwinter», названный по первой строчке рождественского хорала, при всем явном сходстве, стоит особняком. Может быть, дело в уровне колоритности местных чудаков, в их хронической неспособности отдаться канонам жанра и «возрасти над собой», в хэппи-энде, понятом как жизнь вместе в восторге/депрессии и помешательство в один день. Может быть - в прекрасной режиссуре Брэны, благодаря которой этот тихий, статичный черно-белый фильм обретает внутреннюю силу и убедительность. Но скорее – в самой ситуации. Они встретились в середине унылой зимы, когда земля стала железом, вода – камнем, а снег все шел и шел, гася последние искры тепла. Средизимье, бесплодные одинокие 60 лет, мятущиеся, отравленные сомнениями 33, перечеркнутые смертью 25, когда накладная грудь помогает держать людей на расстоянии, а близорукость спасает от необходимости видеть мир во всей его неприглядности. Неудачники, дожившие до седых волос и мудрости, позволяющей не обиженно промолчать вслед уходящему, а благословить на успех, пусть и поименовав ненавистной скотиной, или же, оставив гордость, кинуться на грудь с плачем: «Не уезжай, не смей, не убивай себя!». Очередная драма? Нет, вряд ли. Разве что в том светлом смысле, когда ты выходишь на сцену, а там, в зале, сидит, невидимая в дыму, мама, и твой Горацио разрывает ей сердце. Ее присутствие не вылечит твой алкоголизм, не перечеркнет прошлого, не вернет тебе уверенность в себе… цветный черт, ты даже не заметишь ее, пока она не нагрянет в ризницу-гримерку после спектакля! Да и тогда не впадешь в экстаз. Это только самодеятельный театр, где шпагу может заменить отравленный ботинок, слуги говорят с лисьим акцентом, а забытую фразу можно замаскировать дежурным: «Затаимся!». Только жизнь, похожая на старое кино и сказки, притом, что половина сказок – сущий кошмар, а старое кино – шлак… Только духовная пища, которую в век закрывающихся каждую неделю церквей и театров приходится стряпать самостоятельно. 9 из 10

«Боюсь, не все из нас могут позволить себе роскошь питать души. Это прерогатива романтиков» (с)

Удивительный фильм. Фильм-ирония, местами сатира, комедия, иногда с препиской траги-, но в таком легком варианте. По мере своего хода фильм перевоплощается из формы в форму, что не позволяет отвернуться ни на секунду. Сначала ты смеешься, затем задумываешься, трогательные моменты даже могут вызвать влажность глаз, и потом ловишь себя на том, что хлопаешь в ладоши от восторга. Да, так играть с эмоциями могут только гении-виртуозы. Чувствуется (конечно, основываясь лишь на своих собственных ощущениях), что это очень личный фильм для Кеннета Брэны. В главного героя он словно вкладывает большую часть себя. И это можно сказать не только по перекликанию происходящего на экране с реальностью, но и потому, насколько эмоциональным и глубоким вышел персонаж. Кеннет словно рассказывал свою собственную историю, перенося на экран свой опыт, переживания, мысли во время работы над своими фильмами, возможно даже какие-то тревоги и фантазии о предстоящем тогда Гамлете. Понятно - всё в художественной обработке. И даже больше - тот опыт, который он получал во время съемок самой Зимней сказки, ведь по сути этот фильм - это и есть своеобразная, интерпретированная история создания Зимней сказки, словно она писалась по ходу съемок, но это уже, конечно, далеко меня заводят рассуждения ;) Роль писалась специально для Майкла Мэлоуни, и как всегда, Кеннет попал в точку. Майкл замечательно смотрится в образе, очень харизматичный и правдоподобный. Остальные актеры подстать. Они в общем-то все словно привнесли в фильм частичку своего жизненного опыта, словно играя определенную часть самих себя... но снова меня заносит. И еще Джоан Коллинз, конечно, нельзя не сказать отдельно про нее - это как одеть черное элегантно-строгое платье и прикрепить на нем раскошную яркую брошь - всё очень гармонично, пусть и не совсем обычно. Какие посылы несет в себе фильм? Дружба, поддержка, любовь ближних - вот выход. А путь к нему порой лежит через тернии. И иногда всё это может оказаться на одной из чаш весов, а на другой, в противовес, удача, так неудачно подвернувшаяся в такой момент. А выбор всегда всего лишь за одним единственным человеком. Это кино очень теплое, смешное до слез, до слёз и трогательное, душевное. Диалоги просто фантастичны (весь фильм можно буквально разобрать на фразы), сценки смешные (чего стоит пару-секундная сценка появления короля с королевой во время генрепетиции - я остановила фильм чтобы отсмеяться). Закончу свой отзыв, пожалуй, тем же, чем и начала - цитатой из фильма: 'Это же триумф, настоящий триумф! Поздравляю, это было великолепно, замечательно!' (с)

Шекспир, Шекспир..

Что же собственно такое «В середине зимы» (хотя неправильная с точки зрения перевода «Зимняя сказка» звучит куда лучше)? Это типичная (ну почти) производственная драма с комедийными и мелодраматическими элементами, трогательным, но вполне банальным и предсказуемым сюжетом и неизбежным в таком случае хэппи-эндом. Главный герой «начинающий» театральный режиссер, собирается поставить «Гамлета», безо всякого опыта, практически без денег, и без профессиональных актеров, но на чистом энтузиазме и с любовью к литературному оригиналу. Местами все это дело напоминает то «Эд Вуд», то вообще «Нью-Йорк, Нью-Йорк», но доставляет примерно одинаково. Сценарий вполне себе радует. Несмотря на уж очень четкую драматургию (читай: банально), смотрится все это дело с интересом и местами кажется очень даже оригинальным. Особенно порадовали диалоги с кучей запоминающихся перлов, отлично переведенных товарищем Павлом Санаевым (все же переводчик из него куда лучший, нежели режиссер). Перед нами шестая режиссерская работа Кеннета Брэны, на этот раз по собственному сценарию (да еще и с явными автобиографическими мотивами), снятая после нашумевшего «Франкенштейна» и перед многострадальным «Гамлетом». Профессиональный уровень довольно высок, есть хорошая и очень приятная атмосфера, чувствуется крепкая рука режиссера. Очень порадовали актерские работы, практически никто из них не известен широкой публике, но ансамбль вышел просто отличным. В итоге мы имеем хорошее, правильное кино, настолько хорошее и правильное что даже придраться не к чему. Хотя немного хулиганства (и более оригинальный финал) не помешало бы.