Порхай, Киса, смейся и пляши!
Несколько раз смотрела видеообзор Доминики прежде, чем приступила к просмотру самого фильма. И... не скажу, что люблю теперь эту экранизацию больше захаровской, но точно она для меня более ценная, чем гайдаевская (благо Гайдай заимствовал кой-какой визуал у Брукса). Прежде всего, давайте обозначу: я сторонник той теории, что на самом деле великую дилогию писал Булгаков, а вовсе не Ильф и Петров, ведь уже точно принадлежащая их перу 'Одноэтажная Америка' не достигает и десятой части той же образности, потрясающего языка, философского наполнения. Но зато дилогия отлично отвечает булгаковской манере вводить яркого персонажа из совсем иного жанра, который, как нож сквозь масло, проходит сквозь серую косность обывателей (Воланд, Милославский). И те, кто ругает Брукса, что он не понял материала, возможно, не замечают, насколько он сохранил ценную мысль, которую не замечают в дилогии поколениями. То, что было очевидно людям двадцатых, но напрочь ускользало уже через тридцать лет, '12 стульев' - это пародия. Именно потому скалятся горгульи на здании Губплана, а за сокровищами также охотится 'таинственный соперник', связанный с церковью. Разумеется, ничего похожего на авантюрные зарубежные романы, наводнившие рынок до революции, в СССР не было, потому нет в наших экранизациях вот этого противостояния быта и ожидаемой романтики. Но зато в захаровской постановке сохранилось противостояние серой массы и яркой личности. Есть это противостояние и в бруксовской постановке. Только он задвинул за кулисы Остапа, сделав его второстепенным персонажем, а центральным стал Киса Воробьянинов. Недаром концовка бруксовской экранизации практически полностью совпадает с финалом мюзикла 'Оливер!', да и Рон Муди, по сути, продолжает отыгрывать того же персонажа - Фейджина. Это приквел к мюзиклу, переход от человека, сопротивляющегося среде, к человеку, который находит себя, а не растворяется в окружающем мраке. Остап является центром обеих книг, и смерть в первой книге более счастливая концовка, чем выживание во второй, так как 'переквалифицировавшийся в управдомы' Остап сломается, станет частью тупой серой массы, мимо которой он когда-то так легко плыл со своим 'белеющим парусом'. Здесь же исследуется Воробьянинов и его схождение с ума после попрошайничества. Если по книге Воробьянинов стал мрачен, то тут агрессия Кисы подана в юмористическом ключе, ведь это всё только этапы превращения гусеницы в бабочку. Надо погрузиться в тьму кокона, чтобы измениться, чтобы суметь порхать над жизнью. В детстве я была потрясена, насколько мрачным является 'Золотой телёнок', а когда выросла, то до сих пор удивляюсь, как люди не замечают, каким ужасом проникнут этот второй роман, повествующий о переходе от разгульного НЭПа к 'развитому социализму'. И лента Брукса - это нечто, наполненное оптимизмом, радостью, что противостоит мрачности оригинального финала. В этой ленте очень мало шуток. Так как Бендер выполняет исключительно функцию сопровождать Кису, то тут практически нет его знаменитых трикстерских проделок. Но тут есть нечто, что напоминает восходящее солнце, озаряющее танцующих Фейджина и Ловкого Плута - мысль, что 'жизнь - это жизнь, прими её, радуйся ей, улыбайся, и ты когда-нибудь получишь улыбку в ответ'.
