Роман А.Крайне странный выбор исторического события для выбранной концепции
Слоган фильма переводится как «Правдивая история женщины, которая бросила вызов целой нации и вошла в историю» и в нем, по-моему, кроется критическая проблема позиционирования фильма.
Дело в том, что дуэль, лежащая в основе сюжета, действительно была последней, так называемой, «церковной дуэлью», победитель которой автоматически объявлялся правым в глазах бога, церкви и общества, однако «легендарной» и последней она стала потому, что в реальности факты истории не без основательно склоняли общественное мнение к тому, что до последнего мгновенья жизни кричащий о своей невиновности Жак Ле Гри, скорее всего действительно был не виновен, да и скорее всего самого факта изнасилования не было, т. к. слишком уж очевидно из истории торчали уши ее бенефициаров.
Просто для понимания уровня художественной модернизации истории – поместье, ставшее одним из первопричин раздора, было не подло конфисковано перед свадьбой, а куплено, причем за 3 года до того, как в принципе встал вопрос о приданном, поэтому от выдвинутых претензий в свое время опешили все. В версии фильма же это и дальнейшие не менее наглые претензии представлены как совершенно оправданные.
Ладно бы в силу художественной целесообразности серые пятна подкрашивались в более понятную черно-белую палитру, но главной интригой исходной истории был вопрос – изнасилование как таковое вообще имело место или история от и до вымышлена или модернизирована до неузнаваемости?
В версии фильма изнасилование является неоспоримым фактом и зрителю предлагается посмотреть на него в контексте трех историй, восприятие которых будет прямо зависеть от того, готов ли зритель абстрагироваться от реальной истории и слушать что хотел сказать автор или нет.
В любом режиме из истории не станет понятно, почему это была именно последняя дуэль, однако в режиме художественной истории три ее части именно в том виде как есть вполне себе обретают художественный смысл.
Может показаться что новеллы местами очень сильно копируют друг друга, из-за чего хронометраж неоправданно затянут, однако эти повторы нужны для того, чтобы показать насколько объективная, для внешнего наблюдателя, картина по-разному интерпретируется в контексте субъективного мировосприятия.
Взять хотя бы сцену примирения, которая во всех трех новеллах внешне выглядит одинаково, но в контексте каждой истории носит принципиально разный смысл и с остальными «повторами» ситуация обстоит ровно так же.
При просмотре новелл в режиме «хочу понять, что хотел сказать автор» обращает на себя внимание то, что каждая начинается с интертитров, на которых написано, что это правда такого-то участника событий и в случае первых двух новел так оно и есть. Подчеркну – это правда героев художественной истории, а не реальных ее участников.
Третья же новелла после того, как сообщает что это правда Маргариты, крупно выводит на экран «the truth», что в зависимости от контекста может переводится как правда или истина и это ключевой для понимания истории момент.
Дело в том, что если первые две истории действительно являются субъективной правдой, в которую верят ее носители, то третий участник истории сталкивается с парадоксами, которые никак не могут отождествлять правду с истиной. Тут стоит обратить внимание, на то, что суд происходит в 14-м веке и церковные догмы являются непоколебимой истиной для всех, однако в случае Маргариты возникают парадоксы, которые она не может игнорировать и получается, что она единственная кто осознанно врет на высшем суде, смотря в глаза богу и монарху, но чтобы проникнуться этой историей надо сделать очень серьезное усилие.
Если бы это был бы условный американский ремейк «Расёмон» (1950), где речь бы шла об абстрактном суде, на котором факт преступления никем не оспаривается, а стороны представляли только версии произошедшего, то можно было бы закрыть глаза на многое, и это была бы своего рода история о природе человеческих конфликтов, где часто бывает так, что никто не врет, а правды нет.
Однако фильм настаивает на том, что это «правдивая история», при этом дает крайне вольную трактовку событиям, которые вошли в историю как раз потому, что для современников история эта была крайне неочевидной и именно факт того, что представитель высшего дворянства может попасть под подобную раздачу стало причиной отмены подобных дуэлей.
В результате, лично у меня, фильм вызвал своего рода когнитивный диссонанс. К концу первой новеллы показанное показалось попыткой эмуляции реальной истории, в которой в виду ее специфики стороннему наблюдателю невозможно ничего объективно сказать и настрой на дальнейший просмотр возник советующий, однако уже вторая новелла делает ключевое допущение о возможном изнасиловании фактом, что требует очень серьезного усилия для переключения на новый нарратив, в том числе потому, что даже в отрыве от реальной истории выглядит это дело крайне сомнительно, из-за чего, в свою очередь, смысл третьей новеллы доходит уже скорее задним числом.
Из-за такой странной архитектуры сюжета, который базируясь на реальных событиях, полностью их переосмысливает получился фильм, который интересней анализировать, чем смотреть.
Если отбросить исторические параллели (что очень трудно сделать), то в режиме просмотра художественной истории заложенный смысл читается неплохо и сам по себе достаточно оригинален, но зачем-то фильм всеми силами пытается заставить поверить зрителя что это именно что «по мотивам реальной истории», однако если вырезать факт изнасилования, то практически любой зритель, на основе показанного, скорее всего встанет на сторону потерпевшего, т. к. в показанном столько «удачных» совпадений, что не заподозрить сговор невозможно.
Касательно оценки увиденного - сложно. Фильм без сомнения является уникальным в части концепции и очень редким в части структуры, за это дело если не 10, то 9 точно. В части псевдоисторического сеттинга – это кровь от крови творчества сера Ридли и у меня как у обычного зрителя вопросов особо нет. Из актерского состава выбивается только Бен Аффлек, но тут тоже можно закрыть глаза. Единственное что очень сильно сбивает с толку - это слишком уж вольное переосмысление исторического события, которое в своем исходном виде само собой напрашивается на экранизацию. В том же виде как есть однозначно советовать к просмотру язык не поворачивается. Для умного кино слишком уж тут много нюансов, для массового три практически идентичных повтора явно перебор. Лично от меня все-таки «хорошо», но только за общую уникальность.
7 из 10
