Человек которого никто не любит не может распознать любовь, такой человек легко обманется, поверит в то чего нет, но ведь все мы всегда обманываем себя
Эта фраза - не диалог из сериала, а мой собственный внутренний монолог, который наконец обрёл голос на экране. И в этот момент становится ясно: «Конец гребаного мира» - это не история про двух трудных подростков, сбежавших из дома. Это - зеркало для всех, кто годами принимал крохи за пир, молчание — за заботу, а присутствие - за любовь. Джеймс в первом сезоне не чувствует ничего. Он суёт руку в кипящее масло - не ради боли, а ради хоть какого-то сигнала от собственного тела: «Я ещё жив?». Алиса молчит, когда другие кричат, бунтует, когда другие угождают, и бежит - не от людей, а от фальши, которую взрослые называют «нормальной жизнью». Бонни - не романтичная мечтательница. Она искренне верит, что Клайв Кох - добрый человек, который ее любит. Потому что никто не научил её видеть опасность за маской обаяния. Она не влюблена в него, она влюблена в иллюзию заботы - ту самую, которую так легко принять за любовь, если тебе её никогда не давали. Им всем никто не показал, как выглядит настоящая близость. Им вручили только подделки: - «Я тебя люблю» без дел, - «Останься» без уважения, - «Ты мне нужен» - пока есть выгода. Знакомо? Но сериал не о безысходности. Он о том моменте, когда три сломанных человека оказываются лежа на одном полу, и никто не стреляет, никто не убегает. Они просто лежат. Потому что вдруг понимают: «Передо мной — не враг. Передо мной — ещё один, кто всю жизнь верил в то, чего нет». В этой сцене нет решений. Но есть присутствие, а иногда - это единственное что спасает от окончательного падения. Мне так откликнулся сериал, потому что я тоже верил, когда говорили «я не переживу если с тобой что-то случится», а потом получал тишину и жестокое вычеркивание из жизни, в ту которую люблю до самого конца, которой нет уже рядом, людям которые исчезли едва я оказался в трудной ситуации. Я верил в добро Клайвов Кохов, пока они не показали свое лицо. И сейчас, в этом холодном апреле, когда за окном +4, а в душе лишь пепел, я смотрю на этих подростков, и вижу себя, обманутого, и принимающего за любовь ее хорошо замаскированную иллюзию, отдав себя без остатка. Но сериал даёт надежду не через «хэппи-энд, а через один простой жест: «я вижу тебя, я знаю ты ошибся, но я не уйду»
