AntonШизофренический кинематограф
Империя Линча содержит очень много интересных элементов: занимательный абсурд, нетривиальный юмор, качественная музыка, мистическая атмосфера, странные люди, необычные диалоги, кроличий ситком, трагикомичная агрессия, фильм в фильме, показ и высмеивание изнанки киноиндустрии, вживание в роль и выживание из ума, трансгрессия из фильма в реальность или из будущего в прошлое, диссоциативные состояния, шизофренические формы, классические мотивы Алисы в зазеркалье и многое Необычно Другое.
Картографировать киномир Линча представляется весьма затруднительной задачей. Тем более непросто очертить пространство Внутренней империи. Путь, начинающийся с Шоссе в никуда и включающий Малхолланд драйв, в конечном итоге приводит к апофеозу абсурда в границах Внутренней империи. Для описания этого фильма я буду использовать эпитет шизофренический, подразумевая не клинически-медицинский, а скорее художественно-выразительный смысл данного понятия. Этимология слова шизофрения подразумевает расщепление ума на разные составляющие, что как раз таки и является сквозной темой этого фильма и всего творчества Дэвида Линча в целом.
Во-первых, реальная актриса Лора Дерн играет в фильме Линча актрису Никки Грэйс, которая в фильме внутри Внутренней Империи играет девушку по имени Сьюзан. Таким образом, внутри империи имеет место быть расщепление Лоры Дерн на двух персонажей. Причём грань между двумя личностями совершенно размыта и Никки часто оказывается Сью, в то время когда она думала, что сейчас она Никки. И напротив Сью вдруг неожиданно для самой себя выходит из фильма и оказывается, что это была Никки. Здесь надо сказать, что Лора-Никки-Сью справилась со своей двойной ролью прекрасно. Её недоумевающее и потерянное лицо на протяжении большей части происходящего, словно в зеркале отражает лицо зрителя этого фильма.
Во-вторых, рядом с Лорой-Никки-Сью часто оказываются девять барышень, которые ведут между собой занятные беседы, танцуют и даже водят весёлые хороводы. Исходя из внешней реакции главной героини (традиционно ошеломлённой), можно сделать предположение, что ситуация когда она бродит по коридорам таинственного дома и вдруг случайно натыкается на комнату, в которой находятся эти барышни, является метафорой диссоциативного расщепления. То есть такого состояния, при котором внутри одного человека (дом) находятся разные пласты психики (коридоры и комнаты), в которых существуют его другие субличности. Когда ego человека страдающего таким расстройством впервые узнаёт о других alter-ego, оно естественным образом переживает сильнейшее потрясение. Именно такое состояние убедительно изображает Лора Дерн.
В-третьих, на входе в империю мы встречаем потерянную девушку (польская актриса Каролина Грушка). Девушка признается, что у неё случилась дезориентация в пространстве и амнезия. Она чувствует себя потерянной и испытывает, что совсем неудивительно в подобных обстоятельствах, страх. Рядом с девушкой оказывается мужчина, который не упускает возможности овладеть ею, что видимо должно акцентировать её уязвимость. В это время зритель видит чёрно-белые кадры комнаты, в которой находится потеряшка. Силуэты людей размыты. Таким визуальным способом Линч точно передаёт состояние психической дезорганизации. Далее девушка-Грушка со слезами на глазах смотрит телевизор, внутри которого Лора-Никки-Сью ищет выход из зазеркалья. Снова фильм внутри фильма, к самому себе же отсылающий (самореференция). Похоже, что Дэвиду Линчу доставляет явное удовольствие играть с формой самореференции (может даже возникнуть соблазн подумать, что игра с различными художественными формами является самоцелью империи). Яркий тому пример - сцена данная зрителю в телевизоре, в котором показано как две героини встречаются в комнате с телевизором, в котором в этот самый момент показывается эта самая комната, в которой встречаются эти самые героини …. Таким образом Линч создаёт рекурсивный кадр. Встреча героинь приводит к анамнезису (припоминанию), близости (поцелую) и слиянию (растворению одной в другой), из чего следует, что это были разные части единой личности, которая теперь обрела целостность. Итак, это уже третье по счёту расщепление, что даёт основание говорить о «Внутренней империи» как о шизофреническом фильме.
Помимо вышеупомянутого расщепления внутри империи прослеживаются и другие шизо мотивы: аутизм, паранойя, фрагментированность. Внутренняя самозамкнутость, отрыв от внешней реальности очевидна уже из самого названия «Внутренняя империя». Преобладающее аутистическое настроение фильма передаёт весь ужас раскола патологической личности между Я и Миром. Параноидальная атмосфера создается, например, за счёт визуального образа человека прячущегося за деревом/углом. Также за Никки-Сью часто кто-то подглядывает. У неё даже развивается ещё одна брутальная ипостась (с синяками на лице, отвёрткой в руке, агрессивной речью) как ответная реакция на постоянное преследование. Что касается фрагментированности империи, то она проявляется на всех уровнях. Само пространство империи состоит из отдельных автономных участков: потерянная девушка в комнате, актриса Никки Грэйс в своём доме и в декорациях съёмок, Сьюзан в своём собственном мире, а также множество других непонятных локаций. Время также распадается на отдельные эпизоды, как говорит персонаж: «Это случилось вчера, но я знаю - это будет завтра». Если такая чертовщина творится с пространством-временем, то очевидно, что линейного целостного сюжета здесь быть не может. Структуру сюжета можно описать как ризому, то есть запутанную, нелинейную, множественную, разнородную, прерывистую систему отношений. Можно сказать, что Линч свалил в одну кучу множество разных мозаик и собирает случайным образом из них одну. Итак, Внутренняя империя это несобираемый полностью пазл, имеющий многоуровневую структуру миров, хаотичные связи и локально-временные искажения.
В конце приведу цитату из фильма: «Всё нормально. Ты умираешь. Вот и всё»
Гениально.
10 из 10
