Натянутая тетива

Старик и море

В 'Натянутой тетиве' на небольшой рыболовецкой лодке вдалеке от берега живут старик и молодая девушка-подросток. Старик зарабатывает тем, что организует рыбалку на своей лодке - для городских. Иногда старик за деньги гадает рыбакам по странному ритуалу, и пророчества озвучивает девочка. Старик ревностно оберегает девочку от посягательств приезжих рыбаков, владея мощным луком. Время течет, старик готовится к свадьбе с девочкой - но она влюбляется в молодого парня, приехавшего порыбачить. В финале классический любовный треугольник внезапно разрешается мистическим катарсисом. Ким конечно романтик был, убеждённый. И именно это порой делает его фильмы слишком... ненастоящими. Это роднит Кима с Бертолуччи. Учитывая, что этот фильм скорее притча - мы же не ждём реализма от притчи, но переизбыток романтики в фильме (под заунывную струнную музыку) - как переслащенный чай. Слишком сладко, приторно. Фильм насквозь пропитан этой душной влажной романтикой - настолько, что уже подгнил. Дополнительно: халтурно сняты сцены игры на луке как на музыкальном инструменте. К сожалению, почти во всех фильмах где показывают смычковые инструменты - актёры не умеют играть, просто водят смычком по струнам, без нажима - и фильм Кима не исключение. Сама стрельба из лука также ненастоящая. Традиционный лук требует техники обращения. Натянуть такой лук и мужчине сложно, не говоря уже о девочке. Должно быть видно напряжение мышц и тела, но в фильме и старик и девочка натягивают лук двумя пальчиками - при том что лук мощный: стрелы толстые и длинные.

Диалектика Натянутой тетивы

«Враждебное находится в согласии с собой: перевёрнутое соединение (гармония), как лука и лиры» Гераклит Шестнадцатилетняя девушка уже десять лет живет вместе с шестидесятилетним стариком, не покидая его лодки в открытом море, изолированно от всего остального мира, как принцесса в башне. Размеренная жизнь на лодке старика и девушки являет собой гармонию противоположностей: расцветающая молодость и увядающая старость, доброжелательность и суровость, беззаботность девушки и озабоченность старика. Но появление на лодке молодого человека радикальным образом меняет ситуацию. Уравновешенность противоположностей нарушает самое динамическое начало во вселенной. Любовь порождает движение духа и создаёт дисбаланс застывшей безжизненной системы взаимоотношений. Покой сменяется напряжением. Теперь диалектика выражается в противостоянии антитез: готовности открыться миру и стремления к изоляции от мира, любви как дара другому и любви как желания обладать другим, стремления к росту и жизни и стремления к остановке, а значит смерти. С каждым новым днём напряжение драматического конфликта всё возрастает. В какой-то момент кажется, что разрешить его способна только смерть одного из участников. У-вэй Молодая девушка отказывается от своего личного счастья и возможной лучшей жизни ради сохранения жизни и счастья старика, много лет о ней заботившегося, и к которому она испытывает чувство признательности, как дочь любит отца. Почему она так поступает? Она осознаёт даосскую мудрость: «Мудрый человек ничего не накапливает. Он всё делает для людей и все отдает другим. Дао мудрого человека — это деяние без борьбы». Таким образом, отрешаясь от себя, следуя философии у-вэй — недеяния, она плывёт по течению жизни в полном согласии с Дао. Этим выбором она сама себя превосходит — акт жертвенности как основа и условие развития. Как сказано в Библии: «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее». Жертвуя своей душой ради любви к ближнему, она её сохраняет. Когда уже натянута тетива, и к старику тоже приходит осознание принципа Лао-Цзы: «если кто-либо хочет овладеть миром и манипулирует им, того постигнет неудача. Ибо мир — это священный сосуд, которым нельзя манипулировать. Если же кто хочет манипулировать им, уничтожит его. Если кто хочет присвоить его, потеряет его» и рука отводит лук в сторону. Стрела улетает в небо. Отрекаясь от себя, человек тем самым даёт возможность жить другим, ведь согласно Гераклиту: «…одни живут за счёт смерти других, за счёт жизни других умирают». Жертва порождает ответную жертву, доверие к миру вознаграждается миром. То что разумно, осуществляется в действительности. Стрела всё же попадает в цель. Но почему? Потому что был проведён сакральный ритуал, дана нерушимая клятва перед богами. Справедливость Дао не позволяет нарушение мирового порядка. Именно поэтому совершается символический акт консуммации. «Я бы до самой смерти хотел жить как натянутая тетива лука, обладающая огромной силой и прекрасным звучанием» Ким Ки Дук Фильм Ким Ки Дука — «Натянутая тетива» обладает огромной силой и прекрасным звучанием. В нём музыки больше чем диалогов. При просмотре покачивает на переливах звуковых волн мелодий, как лодку на волнах морских. А сила заключена в глубокой восточной мудрости и в художественной выразительности. Поэтичность натянутой тетивы такова, что она, прямо не давая имена (в частности все персонажи остаются безымянными), тем не менее, называет все события своими именами. Не проговаривая вслух самого главного, она тем самым говорит больше, чем можно было бы выразить словами. Несказанное проявляет себя в символической форме, давая возможность интуитивного постижения. Образы девы и старика являются проводниками универсальных понятий, отсылают к диалектике космических начал: жизни и смерти, любви и войны, отрешения и желания, развития и увядания, открытости и отчуждения. В конечном образе натянутой тетивы разворачивается и звучит диалектика бесконечных универсальных начал, в своём слиянии составляющих Дао. 8 из 10

Лица современного азиатского кино: Ким Ки Дук (часть 8)

Следующая за «Пустым домом» в фильмографии корейца безмятежная видовая мелодрама «Натянутая тетива» вновь закрепила за Ким Ки Дуком, этим когда-то аналитиком жестокости, славу мастера визуальных красивостей и сентиментальных клише. По сравнению с «Весной, летом…» и «Пустым домом» она не добавляет ничего нового к его творчеству, разве что некоторые необычные концептуальные штрихи. Главный из них – размышление о мертвящей, пуританской роли религиозной традиции (ей в фильме выступает буддизм, а олицетворением – старик, воспитавший девушку): герои живут на шхуне в открытом море, вдали от цивилизации, как когда-то персонажи «Весны, лета…» жили в плавучем доме. Однако, в отличие от них постановка проблемы в «Натянутой тетиве» острее: старик бережет девушку для себя, более всего удаляя ее от тайн пола. Некий фрейдизм присущ этой картине даже чересчур нарочито (особенно, конечно, в сцене оргазма во сне ближе к финалу), а сам образ натянутой тетивы выступает символом напряженной страсти, которая может и уничтожить своего носителя. Ким Ки Дук показывает, что условия, поставленные девушке стариком, невыносимы и она бунтует против них, как любой человек протестует против традиции отцов и дедов в период пубертата. Однако, она же и возвращается к тому, против чего бунтовала, потому Традиция показана здесь, хоть и не безусловно положительно, как в «Весне, осени…», но и не полностью отрицательно. Главный недостаток «Натянутой тетивы» - это ее нацеленность на западного зрителя, вследствие чего все символы режут глаз своей очевидностью, они разжеваны и слишком уж понятны, им не хватает многозначности, многомерности, а фильм становится довольно плоской аллегорией о борьбе отцов и детей, традиции и инновации. Конечно, пейзажи и музыка, как всегда у Ким Ки Дука красивы, но даже их пленительность просчитана, не спонтанна, не органична, а рассчитана на экспорт. Желание во что бы то ни стало понравиться Западу погубило многих восточных режиссеров, даже гениев своего дела, среди которых Чжан Имоу, что уж говорить о талантливом, но не сверх меры, Ким Ки Дуке. «Натянутая тетива» - экспортная экзотика в духе «Кукол» Китано (есть даже цитата их них, когда герои наряжаются в национальные одежды подобно персонажам японского режиссера), и этим все сказано, постановочное мастерство в таких условиях не может сделать решительно ничего, чтобы спасти ленту от вторичности.

«A girl who thought the sea was the whole world became the whole world to one old man.»

Нахожусь в каком-то замешательстве. Возможно из-за того, что корейское кино сильно выделяется стилем повествования от европейского или того же американского кино. Вся философия состоит в том, что зрителю дается только ощущение. Не надо слушать и думать, а надо просто смотреть и чувствовать. Фильм течет очень медленно, но главное - не нудно. Ты словно медитируешь и проходишь какую-то особую терапию. Имен и прошлое персонажей мы не знаем. Знаем только самое нужное для понимания сути фильма, что повторяется второстепенными персонажами несколько раз - 'Старик нашел ее, когда ей было 6 лет, и все последние десять лет она живет на судне и не видела настоящий мир'. Также из их уст мы узнаем, что 'старик хочет на ней жениться, и он вовсе не ее дедушка'. Так режиссер не тянет с завязкой, и сразу с первых же минут ставит определенную черту и главную линию повествования - конфликтную ситуацию, мотивации каждых героев, и всю нужную информацию с тех же уст второстепенных персонажей. Дальше нам остается просто наблюдать за ходом событий. Кстати, старик и девочка могут только шепнуть друг-другу на ушко, но мы за все полтора часа ни услышим их голоса. Фильм о взаимоотношении между одержимым девушкой стариком и самой девушкой, которая после появления молодого парня, начинает чувствовать отвращение к старику. Тут можно заметить конфликт между старого и нового поколения. Как шестнадцатилетняя девушка стремится увидеть новый мир и стариком, который всячески старается удержать ее возле себя. Ведь его устраивает такая отрешенная жизнь. Необразованная девушка живет первичными инстинктами. Проводит время на качелях, стреляет из лука, и играет на нем, встречает старика и гостей, гадает им, а ночью старик ее купает. и так проходит каждый день. Честно сказать, мотивация ее не вполне понятна. Она колеблется между стариком и парнем. То ли она из-за обиды на запреты старика отталкивает его, то ли ей просто любопытен молодой парень. Ясно одно - у нее нет личного мнения, она как маленькое зависимое от взрослых дитя. И вправду, слоган фильма описывает весь сюжет: 'Девушка, считавшая море целым миром, стала целым миром для старика'. Развязка вполне была неожиданной. Считаю, мистика тут очень даже оправдана. Режиссер смог виртуозно обмануть мои ожидания насчет развязки. Сцена казалась метафоричной и сказочной. Музыка с традиционным корейским звучанием придает красивую атмосферу. Считаю, что она является основополагающим инструментом повествования. Без музыкального сопровождения фильм навряд ли смог бы передать чувства. Операторская работа вполне простая. Пейзажи временами красят фильм. Сильные эмоциональные моменты были только у старика. Однако от других ничего сверхъестественного и не требовалось. Главной героине надо было только улыбаться и иногда делать пронзающий взгляд. Смотря на нее, видишь обнаженную и наивную детскую душу. актриса обладает ангельским лицом и взглядом. Поэтому ей оставалось только улыбаться. Несмотря на маленькое количество диалогов, временами они были лишние, и давали излишнюю информацию. Но на это можно закрыть глаза, так как общая картина просто завораживающая и очень атмосферная.

Если говорить шекспировским языком, «Натянутая тетива» - это история о превратностях любви, снятая в жанре «поэтического» кино. Здесь есть любовь, есть ненависть (от которой один шаг до любви), есть старческо-маразматическая ревность, есть жертвенность, есть великодушие. Действие происходит на очередной рыбацкой посудине, неизвестно зачем дрейфующей в очередном озере, на фоне полудикой природы, вдали от благ цивилизации. Помните, в фильме «Особенности национальной рыбалки» нетрезвый генерал произносит традиционный тост (короткий, как выстрел): «Ну, за молчание. За настоящее мужское молчание»? Так вот, персонажи «Натянутой тетивы» молчат 99 процентов экранного времени. Вместо них говорит музыка. Как пел один советский бард, «врут слова, а музыка права». Кстати, это очень удобно, проблема удачного или неудачного перевода исчезает сама собой. В этом фильме главные герои (сексуально озабоченный дедок и его несовершеннолетняя воспитанница) время от времени реально натягивают тетиву и постреливают из настоящего лука. Но мы-то с вами, как искушенные зрители, отлично понимаем, что в названии фильма подразумевается тетива аллегорическая, натянутая между душами людей. Согласен, это несколько прямолинейный ход, но мастерство режиссёра превращает недостаток в достоинство. Прямая линия уходит в бесконечность, а выпущенные стрелы попадают в цель. Цель эта – мы с вами. 9,3 из 10

Наводки на этот фильм попадались мне везде и всюду. И везде с торжественными отзывами. Фильм пролежал полгода и вот, наконец, звезды сошлись и настал момент истины. Первое, что хочется отметить: не зря. Не зря я взялась за просмотр. И не зря его рекомендовали люди в совершенно разных ситуациях и контекстах. Фильм, однозначно, стоящий. Однако стоящим он окажется только в том случае, если ваша душа, как и моя, истосковалась по настоящему, пронзительному искусству. В котором нет места банальщине, пустословию и притворству. В котором все – правда, и взвешен каждый жест и каждая реплика (поэтому озвученные здесь предложения можно пересчитать по пальцам). О главном не говорится прямо, а то, что показывается, снято с такой любовью и серьезностью, что от восхищения захватывает дух. Смело скажу, это один из самых чувственных фильмов, которые я посмотрела за последние пару лет. И дело не только в откровенных сценах (или намеках на них). На самом деле, здесь продуман и прожит каждый взгляд, а каждая мизансцена – это отдельная драма. Честно, я физически ощутила, как мне не хватает кино с таким вот размеренным, плавным темпом. И при этом автор совершенно не дает заскучать: то, что он показывает, необычно нашему славянскому глазу, оно будоражит воображение, оно вызывает бунт и восторг, тревогу и умиротворение. Внутри то и дело борются смятение и наслаждение, и побеждает, конечно, последнее. О чем бескомпромиссно заявляет знакомое послевкусие: щемящая, светлая грусть и немое обожание в адрес режиссера. Другими словами – чистой воды катарсис. И заявляю всерьез (и с пеной у рта готова доказывать свое мнение): Ким Ки Дук – гений. Проявляется это не только в ярких метафорах и завораживающем видеоряде, но и в отборе актеров: колоритный старик, в глазах которого безумная страсть соседствует с редкостным благородством; юная, игривая, свежая, как весенний цветок, девушка; приятной наружности парень – привлекательный ровно на столько, сколько необходимо, чтобы зритель мог правильно расставить акценты. Что же до метафор, мне трудно представить, что они могут оставить кого-то равнодушным. Быть непонятыми, нераспознанными, неверно трактованными – пожалуй, но меня, например, просто разрывало на части от сцены с канатом (про отпустить, про нечеловеческую муку, без которой не бывает расставания), уносило в эйфорию от удивительной самобытной музыки, которая – неотъемлемый символ языка Ким Ки Дука, а финал стал для меня пресловутой вишенкой на торте. Вкусной, спелой и гармонизирующей: прощание с домом детства, прощание с невинностью. Инициация. Неизбежная для нас всех. Выпустив стрелу, он уже задал ей цель. И сделал женщиной ту, которая могла стать ею только благодаря нему. 10 из 10