Роман А.Проза о коварстве героев и верности крыс
Данный фильм в части структуры истории вызвал стойкую ассоциацию с «Груз 200» (2007) Балабанова. Помню, когда его смотрел где-то во времена его выхода, то он показался каким-то странным психологическим триллером в стиле «Молчание ягнят» (1990), рассказанного то ли от лица маньяка, то ли вообще не пойми как. В таком режиме он оказал достойный психологический эффект, но если бы мне тогда кто-то задал вопрос «о чем фильм?», то я бы даже не понял его вопроса. О чем вообще может быть триллер о маньяке?!
Значительно позже, когда до меня стал доходить смысл жанра драма, удалось осознать, что контекст в историях — это не гарнир в виде абстрактного «ну, это фильм о насилии / семейных ценностях / любви и т.д.», а основное блюдо. Именно в контексте истории обычно зашита как ее логика, так и смысл.
В данном случае, если смотреть буквально, то фильм является своего рода психологическим триллером, который формально рассказывает историю, заявленную в аннотации, и представляет из себя какой-то странный рассказ о жизни на дне корейского общества. В таком режиме просмотра формально понятно, что происходит, но какой в этом смысл? Что хочет сказать автор? Какие выводы из истории? Почему такой финал?! Очень интересно, но ничего не понятно…
Если же смотреть фильм как драму, понимая, что всё происходящее — это одна большая метафора, в которой каждый персонаж именно такой и действует именно так не просто так, то к концу в голове будут крутиться кусочки пазла, для верной интерпретации которых в первую очередь надо попытаться сформулировать базовую механику работы истории. Лично для меня ключом к пониманию механики стала свита главного героя, в которой относительно легко угадываются своего рода ангел и демон, которые являются фрагментами души героя.
Обычно концепция «ангел/демон» является черно-белой, тут же в глаза бросается контраст между словами и действиями как данных товарищей, так и всех остальных персонажей истории. Именно этот дуализм является базовой механикой. Понимая принцип работы истории, можно относительно легко определить, какие роли в ней отводятся разным персонажам, что, в свою очередь, объяснит местами крайне причудливые их взаимоотношения и влияние на векторы развития главных героев. В этой части надо понимать, дуализм персонажей в большинстве случаев становится заметен только со зрительской точки зрения, в то время как сами персонажи имеют значительно более суженый кругозор и в своих действиях исходят из доступной им информации.
Если разобраться в метафорическом слое, то глобально история становится своего рода исследованием природы морально-этических норм и их парадоксов. Тут можно привести простой житейский пример: чем дальше от наблюдателя находится та или иная ситуация, тем более черно-белой она представляется. Каждый же знает, кто виноват и как надо было делать в ситуациях, про которые только слышал? Причем ладно бы психика делала какую-то поправку на зону компетенции. Каждый же знает, как надо управлять страной или что надо делать для того, чтобы любимая футбольная команда наконец нормально заиграла, однако, как только дело доходит до решения значительно менее комплексных, но более конкретных задач, всё почему-то становится сильно неоднозначно. Про взаимоотношения внутри семьи так вообще молчу. Это соседям повезло, что у них всё просто, а у нас куда ни плюнь, везде какие-то нюансы, из-за которых черно-белая система координат при переходе из теоретической в практическую плоскость почему-то быстро сереет.
Собственно, о подобных «нюансах» идет речь в данной истории. Для проходящего мимо наблюдателя тут всё предельно понятно и выглядит, как написано в аннотации. Но если попытаться вникнуть в суть, тут всё переплетено настолько, что получается ровно как в жизни – у каждого своя правда, но эти правды настолько противоречат друг другу, что при попытке сложить их вместе как-то сам собой возникает вопрос о существовании истины как таковой.
Резюмируя, скажу так: этот фильм, как истинная драма, не ставит перед собой цель развлечь зрителя. Да, внешне он выглядит как психологический триллер, но, в отличие от того же патриарха жанра «Молчание ягнят» (1990), создан он для того, чтобы зритель не просто смотрел и ахал, а активно думал и пытался вникнуть в контекст. В данном случае ключом к глубинному смыслу могут стать приспешники главного героя, поняв смысл образов которых, можно относительно легко разобраться, по каким принципам развивается история, что, в свою очередь, даст возможность понять ее логику и сформулировать управляющую идею. Понимая управляющую идею, станет понятно, что история эта про такое, где классический хеппи-энд невозможен, поэтому покой — это лучшее, что мог подарить автор своим героям.
Оценка подобных фильмов прямо зависит от режима просмотра. Как триллер он оказывает психологический эффект, но его внутренние причинно-следственные связи кажутся какими-то нелогичными, художественными условностями, что прямо сказывается на впечатлениях от просмотра. Как драма, которая заставляет думать и анализировать, – это шедевр, как упомянутый в начале «Груз 200», где, если абстрагироваться от эмоций и попытаться разобраться, кто все эти персонажи и почему они взаимодействуют так, как взаимодействуют, то под верхушкой буквального смысла обнаружится такой контекст, что, просто осознав его существование, в голове всплывает мем «А так что, можно было, что ли?!». Именно как драма фильм дарит уникальный опыт и является бесспорным шедевром.
10 из 10
