Непостижимый хаос
Усиливающийся с каждой минутой ветер треплет густую листву хвойного леса. Но чуть поодаль, на обманчиво безмятежной, буквально дышащей зеленью поляне пока всё ещё спокойно и пара средних лет, расстелив покрывало, готовится устроить скромный пикник. Пластиковые стаканы томятся в руках, ожидая своего часа, а мужчина, нервно теребя фольгу от пробки, готовится сказать тост, однако бутылке с шампанским сегодня не суждено быть открытой - практически буквально на головы нашим героям падает самый настоящий воздушный шар, а последовавшая за его крушением трагедия внесёт серьёзные и пугающие своей неизвестностью коррективы в судьбу центрального дуэта… «Терпеливая любовь» - экранизация одноименного произведения Иэна МакЮэна. Сразу бросается в глаза жанровая неопределённость картины, авторов откровенно «штормит». Роджер Мишелл, постановщик кино-адаптации, словно не может до конца для себя решить что же он снимает: драму о «больной» любви, триллер о мании преследования или же просто мелодраму о двух любящих друг друга людях, внезапно потерявших взаимопонимание, а быть может - многие годы лишь притворяющихся благополучной парой и чей союз подвергается серьёзному испытанию, «благодаря» вмешательству извне. Неопределённость видна невооружённым взглядом. Да и мелодрама обозначена весьма пунктирно, поверхностно, скорее больше отдавая предпочтение неспешной психологической драме с элементами триллера о болезненной одержимости с чётко обозначенной детективной интригой. В любом случае, эта жанровая и смысловая «размытость» и является одновременно и слабой, и сильной стороной картины - она словно губка, впитала в себя множество идей, не акцентируя внимания на какой-либо конкретно одной, не давая чётких ответов, зато позволяя неспешно расплести паутину интригующего и небанального сюжета. И, несомненно, только плюсом здесь будет вязкая, маниакально-депрессивная, атмосфера постоянного контроля вызванного нездоровым вниманием со стороны одного из героев ленты. А потрясающая в своей убедительности игра актёров лишь дополняет список достоинств этой экранизации: Дэниел Крейг удивительно органичен в своём образе, в его игре нет ни грамма фальши, учитывая что его непростой уже изначально персонаж постоянно меняется на протяжении всего хронометража, проходя сразу несколько стадий - от откровенно скучающего преподавателя колледжа, мечтающего о чём-то большем и постоянно сомневающегося в смысле человеческого бытия, затем - встревоженного нежданным вмешательством со стороны в свою размеренную жизнь обывателя, до отчаянного, потерявшего твердую опору под ногами человека. А его крохотная сценка опьянения в баре, у стойки за «батальоном» пивных полупустых бокалов - блестящее исполнение. Впрочем, и долговязый Рис Иванс бесспорно хорош - его персонаж и смешон, и жалок и одновременно пугающ своей непредсказуемостью. И словами всё того же Риса Иванса, точнее - его персонажа, нам словно подкидывают мысль-наживку: всё в нашей жизни взаимосвязано, случайностей нет, а череда произошедших событий есть не что иное как звенья одной цепи, которые, в конечном счёте, приведут только к единственно возможному, заранее известному лишь молчаливой судьбе, финалу. Мир - это заранее спланированный хаос, суть которого обычному человеку просто не понять. Ну, а центральный, главный вектор повествования направлен здесь на идею диаметрально-противоположного восприятия одних и тех же вещей, в частности, любви, разными людьми: протагонист мучим бессмысленностью бытия, самокопанием и в первую очередь бессмысленностью любви и чувства дезориентирующей влюблённости, сведя всё к идее о доминирующем животном начале в человеке, который благодаря «дарованным» свыше извилинам сам осложняет себе жизнь, пускаясь в ненужные размышления и вопросы, на которые всё равно никогда не найти ответы, тогда как его «визави», напротив, видит признаки любви повсюду и, собственно, без труда для себя находит её. Говоря проще - один верит в любовь, другой - нет. Первый - боится сделать шаг вперед, наступив на горло своей теории и одновременно прикрываясь ею, попутно вдалбливая её в головы своих студентов, второй же - томим одиночеством и ищет спасения в любви, хочет найти её, даже там где её быть не может. Природа любви не раскрыта до сих пор, она как стрела поражает свою жертву, без причин, без логики, без предпочтений и объяснений, превращая свою цель в объект нечеловеческих страданий, словно неизвестная, страшная болезнь, лекарства от которой нет. И нам лишь остаётся посочувствовать бедолаге попавшемуся в перекрестье прицела Купидона.













