Azik From-Apple-City«Последняя любовь на Земле» - обретённое в свете сейчас теряем в конце после.
На сегодняшний день тема «конца света», подобно вирусу массового уничтожения, сумела неизлечимо поразить множество сфер духовной жизни человечества.
Всезнающая наука говорит нам о бесчисленных сценариях гибели жизни на Земле. Начиная от глобальной экологической катастрофы и кончая вымиранием человечества по вине плохого дядюшки ковида (Covid-19), учёные изо дня в день столь активно, но, пока что безуспешно пытаются доказать их немаловероятное наступление.
Многодетная в силу обилия своих видов религия благодаря своим последователям не прекращает свои тщетные попытки убедить каждого из нас в том, что тот же Судный день неминуем, и всех настигнет заслуженная кара Божья согласно Священному Преданию в христианстве, либо же окончанию цикличности мира согласно Большой Кальпе в буддизме.
Увы, но список вышеперечисленного на этом не ограничивается.
Между тем, пока наука «думает», а религия «верит», киноискусство предлагает нам воочию максимально приблизиться ко всевозможным концепциям конца света, который одновременно привлекает внимание и ужасает.
Несмотря на несчётное число фильмов, воспроизводящих причины тотального коллапса человечества, условно их можно распределить по четырём группам.
Так, к первой группе «Природные катастрофы» можно отнести, например, классических представителей постапокалиптики Роланда Эммериха в духе «Послезавтра» (2004) о глобальном потеплении, «2012» (2009) о предсказании конца света индейцами Майя, а также «Знамение» (2009) Алекса Пройаса о тотальном выжигании Земли солнечной макровспышкой.
Во второй группе «Космические неполадки», в которых небесное тело сталкивается с Землёй, смело называют себя захватывающий «Армагеддон» (1998) Майкла Бэя с его летящим астероидом, сатирический «Не смотрите наверх» (2021) Адама МакКея с его падающей кометой, свеженький «Падение Луны» (2022) Роланда Эммериха о столкновении Луны с Землёй.
К третьей группе «Инопланетное вторжение» со всеми её блокбастерами особенно выделяются волнующий «День независимости» (1996) Роланда Эммериха, будоражащая «Война миров» (2005) Стивена Спилберга, «Грань будущего» (2013) Дага Лаймана в замкнутой временной петле, а также скромный по сборам, но не менее интригующий «День, когда Земля остановилась» (2008) Скотта Дерриксона.
К четвертой группе «Эпидемии и пандемии» сразу причисляем правдоподобное «Заражение» (2011) Стивена Содерберга, пугающая «Эпидемия» (1995) Вольфганга Петерсена, душераздирающий «Вирус» (2013) Кима Сон-Су, и непонятное «Явление» (2008) М. Найта Шьямалана.
Рецензируемая «Последняя любовь на Земле» Дэвида Маккензи, относимая к вышеупомянутой четвертой группе, на мой взгляд, является наистрашнейшей формой гибели человечества, исходя из присущих ей особенностей.
События фильма разворачиваются в шотландском городе Глазго, в пасмурных серых тонах которого мельком виднеется традиционный быт классической бурлящей жизни местного населения мегаполиса. Простые его обыватели в лице эпидемиолога Сьюзан (Грин) и шеф-повара Майкла (Макгрегор) в жизни ничем не примечательны. Свойственный обоим героям синдром отложенной жизни усиливает ощущение обыденности, при котором один (Сьюзан) выбирает позицию жертвы трудоголизма, другой (Майкл) наряду с жаркой яичницы как шеф-повар, предпочитает также жарить незнакомых девиц в порывах случайного секса, но уже не как шеф-повар. Однажды происходит случайная встреча Сьюзан и Майкла, мгновенно переходящая в бурный и ненасытный роман со всеми присущими ему взлётами и падениями. И в ту пору, пока герои, казалось бы открывают для себя новый этап жизни, всё население Земли постепенно охватывается необъяснимой ужасной пандемией. Последовательная потеря каждого из органов чувств (обоняние, вкус, слух, зрение) ввергает мир в необратимый кошмар суровой реальности, при котором отношения Сьюзан и Майкла подвергнутся серьёзному испытанию.
При всём ненасытном аппетите мувимэйкеров к теме «конца света», и обилию фильмов на эту тематику, «Последняя любовь на Земле» очевидно вырывается вперёд по степени своей уникальности.
Во-первых, оригинальная идея конца света. Если у некоторых своих предшественников главная, но обратимая катастрофа передается через: излечимый вирус («Эпидемия» (1995); «Заражение» (2011)), либо согласных на компромиссы инопланетян («День, когда Земля остановилась» (2008); либо прекращающиеся природные катаклизмы («Послезавтра» (2004), «2012» (2009)), либо взрываемые в космосе астероиды, минующие Землю («Армагеддон» (1998)), то в этом фильме всё не так просто. Захлестнувшая человечество пандемия в фильме не имеет под собой никаких сведений, ни о причинах возникновения, ни о сроках, ни о профилактике и её исцелении. Внезапное столкновение с неизвестным и необратимым всегда было страшнее предсказуемого и решаемого сценария коллапса. И, если человечество не имеет смоделированный план выживания, то такой конец света, при всей парадоксальности, является наиболее кошмарным. Чего стоит только лишь воображение фигуры среднестатистического человека, лишающегося подряд всех органов чувств, совершенно неадаптированного к новой жизни, а также абсолютно беспомощного (поскольку охвачено пандемией всё человечество). Вне всяких сомнений, столкновение с тем же астероидом или сражение с зомби покажется раем, по сравнению с жизнью в глубоком мраке и пугающей тишине без какой-либо надежды.
Во-вторых, фокусирование на живом актёрском ансамбле. Зачастую актёрский состав в фильмах-катастрофах предназначен исключительно как шаблонное приложение к сюжету (тот же «Не смотрите наверх» Адама МакКея). В отличие от большинства своих представителей постапокалиптики, творение Дэвида Маккензи передаёт всю суть происходящих событий исключительно через актёрский перформанс, избегая применение и, соответственно, акцент на компьютерных технологиях. Перепады в настроении, взаимная игра чувств и синхронные эмоциональные качели, раскачиваемые блестящим тандемом шотландского актёра Юэна Макгрегора и французской актрисы Евы Грин на протяжении 80 с небольшим минут завлекают с первого их появления. Откровенные сцены секса и духовной близости, составляющие значительную часть фильма, позволяют максимально проникнуться чувственной стороне персонажей, и примерить на себя образ человека, обрётшего себя в паре с таким же недавно потерянным.
К сожалению, фильм незаслуженно был разгромлен шквалом отрицательных оценок и рецензий кинокритиков, ввиду которых общее восприятие фильма оценивающей аудиторией осталось смешанным и спорным. Пусть и отказ от акцента на социальной и научной сторонах имел место, однако же, создатели приняли смелое решение «грести» в сторону философии с её метафизикой, идеально подкрепив её чувственной составляющей на фоне грядущего конца света, отраженного в традиционной манере для артхауса. Пусть и можно говорить о частичном заимствовании сюжетной идеи из «Слепоты» (2008) Фернанду Мейреллиша, тем не менее, это нисколько не умаляет её достоинств. Отмеченная на Rotten Tomatoes с рейтингом 58%, на IMDb с оценкой 7.10, а также средним баллом 7,6 из 10 на Кинопоиске, считаю, что данная картина была и есть на сегодняшний день далеко недооценённая. Обратив своё внимание на «Последнюю любовь на Земле», каждый зритель, способный разглядеть настоящее искусство, останется далеко неравнодушным, а море эмоций и впечатлений гарантированно оставят свой «красивый шрам» в душе и сознании.
8 из 10
