Третьи Гардемарины
Победная формула первых двух лент о 'Гардемаринах' уступила места прагматизму. Учитывая успех фильмов в годы их выпуска от создателей требовалось просто сделать нечто похожее на новые приключения старых героев. И все... Возможно именно поэтому была практически к нулю сведена романтическая линия. Баварская артистка Натя Ямаан разденется перед гардемарином Корсаком; уроженка земли Гессен Барбара Рудник очарует своей улыбкой. А наши артистки, так и вовсе затеряются. Орбакайте вместе с Гурченко будут уведены на второй план, а эффектных в своей простоте размышлений Гундаревой о будущем России будет слишком мало. Кажется, что эта яркая артистка заслуживала куда большего внимания. Эту ленту делают в большей степени актеры второго-третьего плана. Ненадолго мелькнет Яковлев, потом Евстигнеев в роли Бестужева, потом - Гундарева. Именно благодаря им в фильме и поддерживается острота. Дело в том, что у самих гардемаринов в фильме практически не будет вызовов. Яркие любовные истории, предательства, испытания. Нет-нет. Все будет достаточно линейно. Вначале 'русских мушкетеров' затмит образ Венеции, а в финале будет разыграна одна из самых точных архетипических карт, задевающих зрителя за живое. Тут Вам и трусость высшего руководства, и храбрость воинов, и вопиющая несправедливость, и заведомо обреченный выход против власти. Но... До того как 'полыхнул' этот яркий финал от просмотра ленты была уже некоторая усталость. Кажется, что гардемарины сами искали приключений, чтобы занять себя, а заодно и зрителя. Не было страсти в глазах актеров, не было ее и у их персонажей. Все было уставшим и вымученным. Выразительная эскапада Домогарова в финале оказывается лишь подготовкой к 'Бандитскому Петербургу', картине в которой он куда более точно вписывался. 5 из 10
