Шерсть седеет — ящер наглеет
Третья часть франшизы берёт уютный миф о «найденной семье» и швыряет его мордой в грязь, доказывая одну простую истину: ничто так не убивает инстинкт хищника, как ожидание потомства и рутина. Это уже не сказка про зверушек. Это суровый экзистенциальный триллер о том, как страх перед будущим толкает на самое дно. Буквально. Под землю. «ДЕТИШЕК УГНАЛ — СВОЙ ГРОБ СКОЛОТИЛ» Стартовый тупик вырисовывается грязно и безжалостно. Наша хвалёная стая разваливается по швам из-за банальной биологии. Мэнни (озвучка — Рэй Романо) превратился из сурового вожака в невротичного параноика. Его жена Элли (Куин Латифа) вот-вот родит, и этот мастодонт-переросток маниакально зачищает каждый камень в радиусе мили, создавая бункер для младенца. Саблезубый тигр Диего (Дэнис Лири) потерял хватку. Бывший идеальный убийца теперь задыхается на коротких дистанциях, упуская хромую газель, и выглядит как вышедший в тираж опер, которому пора на пенсию по выслуге лет. И на фоне этого тотального распада личности маячит Сид (Джон Легуизамо). Клинический идиот с дефицитом внимания, который осознаёт, что остаётся за бортом этой семейной идиллии. Что делает отчаявшийся маргинал? Правильно, крадёт чужих детей. Три гигантских яйца, найденных в ледяной пещере. И когда из них вылупляются тираннозавры, а их настоящая, крайне злая мамаша пробивает потолок реальности, чтобы забрать свой выводок — ленивец ожидаемо отправляется в пищевод истории. Стая вынуждена спуститься в ад, чтобы вытащить оттуда кусок меха, который сам напросился на казнь. Крючок проглочен, точка невозврата пройдена, добро пожаловать в мезозойскую преисподнюю. РАЗБОР ФИГУРАНТОВ: ДЕГРАДАЦИЯ И БЕЗУМИЕ Создатели не жалеют своих героев, препарируя их комплексы. Мэнни раздражает своей гиперопекой до зубовного скрежета, и в этом гениальность сценарного решения. Он больше не герой, он — душный сосед по лестничной клетке, который боится сквозняков. Диего пытается найти свои потерянные «яйца» в мире, где он больше не вершина пищевой цепи. Но главным триумфом этого балагана становится новый игрок. «ОДНОГЛАЗЫЙ ХОРЁК — ТВЁРДЫЙ КЛИНОК» Когда повествование начинает вязнуть в семейных соплях, сценаристы бросают в этот чан с сиропом гранату по имени Бак (Саймон Пегг). Одноглазая ласка, ветеран подземных войн, контуженный партизан и абсолютный психопат. Этот парень давно потерял связь с реальностью, использует доисторический мобильник из камня и живёт по своим параноидальным правилам (правило номер три: кто пускает газы — идёт позади). Бак — это инъекция адреналина прямо в остановившееся сердце франшизы. Каждое его движение, каждое маниакальное подёргивание уса анимировано с такой запредельной кинетической яростью, что ты физически ощущаешь его безумие. Он не просто крадёт каждую сцену, он берёт её в заложники и требует выкуп. «Он — помесь Индианы Джонса и полковника Курца. Он совершенно безумен, но он единственный, кто может там выжить» © Саймон Пегг — голос Бака «ВТОРОСТЕПЕННЫЙ СБРОД И ТОКСИЧНАЯ БЕЛКА» Для плотности погружения стоит поковыряться во второстепенных дегенератах. Братья-опоссумы Крэш и Эдди — классические адреналиновые торчки. Они не несут никакой смысловой нагрузки, кроме генерации хаоса. Это два мелких гопника, которые чудом дожили до своих лет исключительно благодаря нулевому инстинкту самосохранения. В подземном мире они находят своего гуру в лице Бака, и наблюдать за этой сектой полоумных грызунов — отдельный вид садистского удовольствия. А где-то на периферии сюжета болтается крысобелка Скрат (Крис Уэдж). В этот раз к его бесконечной ломке по жёлудю добавили самку — Скратти (Карен Дишер). И вот тут кроется главная сценарная осечка. То, что начиналось как забавная пародия на токсичные отношения и войну полов, очень быстро превращается в паразитирующую опухоль на теле хронометража. Их танго на грани убийства сбивает темп основной спасательной операции. Это классический продюсерский костыль: впихнуть больше гэгов ради продажи плюшевых игрушек, размывая фокус внимания зрителя. АНАТОМИЯ БЕЛОГО ДЬЯВОЛА Главный антагонист здесь — не злой гений с планом по захвату мира. Руди, гигантский барионикс-альбинос, выступает как стихийное бедствие. Он — местный Моби Дик для одноглазого Ахава-Бака. У него нет мотивации, кроме слепой ярости и первобытного голода. Дизайн этой твари вызывает неподдельное уважение. В его красных глазах нет искры интеллекта, только мёртвая, звериная пустота. Он не разговаривает, не читает моралей — он просто стирает в порошок всё на своём пути, являясь идеальной лакмусовой бумажкой для проверки нашей размякшей стаи на прочность. «СМЫСЛОВЫЕ НАРЫВЫ — СЮЖЕТНЫЕ РАЗРЫВЫ» Теперь займёмся аналитической хирургией. Мир под толщей льда — это визуальный шедевр 2009 года, но с точки зрения законов физики — это бред сивой кобылы. Откуда в замкнутой подземной экосистеме берётся источник света, способный прокормить исполинские джунгли? Люминесцентная флора не потянет фотосинтез такого масштаба. А как вам мать-тираннозавр, которая вместо того, чтобы раскусить ленивца на месте, тащит его в свою берлогу, как любимую болонку? Эти логические дыры зияют, как открытые переломы. Сценарий шьют белыми нитками прямо на ходу, игнорируя здравый смысл в угоду зрелищности. Ущелье Смерти, заполненное веселящим газом — это вообще ленивая калька, чтобы вставить минутный скетч с изменёнными голосами. Дешевый трюк для удержания внимания школьников. Но почему этот Франкенштейн из клише и логических дыр работает так, что от экрана не оторваться? Потому что ритм прощает всё. Динамика происходящего спрессована до плотности алмаза. Когда банда уходит от преследования, используя скелет динозавра как подвесной мост над озером лавы, ты забываешь о законах гравитации. А сцена воздушного боя на птеродактилях — это чистый кинематографический напалм. Виртуальная камера вытворяет кульбиты, достойные крепкого военного боевика. Детализация шерсти, чешуек, пыли, взмывающей в лучах подземного светила — аниматоры отработали свои чеки до последнего цента, создав агрессивную, дышащую среду, где каждая лиана хочет тебя сожрать. Вспомните микродеталь: растение-хищник, переваривающее жертву как в кислотной ванне — это жестоко, честно и красиво. Это кино — грязный, бескомпромиссный аттракцион, который берёт кризис семейных ценностей, заворачивает его в шкуру тираннозавра и сбрасывает в пропасть. Фильм выезжает на чистой, первобытной энергии, не оставляя времени на рефлексию. Чтобы сохранить стаю, недостаточно сидеть в безопасной пещере и считать запасы на зиму. Иногда нужно спуститься в первобытный ад, доверить свою жизнь шизофренику с ножом из зуба и позволить миру снова попытаться тебя убить, чтобы вспомнить, зачем ты вообще дышишь. 9 из 10
