Смерть в Венеции

Morte a Venezia

КП7.8IMDb7.3

Режиссёр

Лукино Висконти

Длительность

2ч 10м

Год производства

Страна производства

Франция, Италия

16+

Начало XX века. Переживающий духовный и творческий кризис композитор Густав фон Ашенбах оправляется от сердечного приступа и приезжает на отдых на остров Лидо. Неожиданно для себя Густав влюбляется и остаётся в Венеции, несмотря на вспышку холеры.

Создатели и актёры

Дирк Богард

Gustav von Aschenbach

Бьорн Андресен

Tadzio (в титрах: Björn Andresen)

Ромоло Валли

Hotel Manager

Марк Бёрнс

Alfred

Нора Риччи

Tadzio's Governess

Мариза Беренсон

Frau von Aschenbach

Кароль Андре

Esmeralda - Brothel Prostitute

Сильвана Мангано

Tadzio's Mother

Лесли Френч

Travel Agent

Франко Фабрици

Barber

Antonio Appicella

Vagrant

Sergio Garfagnoli

Jaschu - Polish Youth

Отзывы

Алексей В.

Кант VS Беркли

'Смерть в Венеции' мне показался одной хорошей метафорой глубинных противоречий между априоризмом Канта и субъективным идеализмом Беркли. На наличие этой проблематики в фильме намекает диалог Густава и его друга о природе красоты. Существует ли красота независимо от наблюдателя или проявляется только при его наличии? Открывает ли художник красоту или изобретает? Главный герой в этих вопросах полностью солидаризируется с Кантом, но постепенно непосредственный опыт переживания прекрасного, неописуемой красоты Тадзио, как мне это видится, открывает Густаву глаза и растворяет обе позиции, представляя красоту такой, какая она есть, вне рамок строгих философских школ и позиций. Чувственная сфера захватывает Густава, хотя из одного из диалогов мы знаем, что высшее качество художника, по его мнению, самоконтроль и солярность. Опять же, более сложный и удивительный по своей природе мир показывает, что это не так. Таким образом, мне кажется, что фильм прежде всего о несостоятельности крайних позиций в вопросах эстетики и искусства. Зачастую все противоречивые взгляды на красоту живут в синкретизме философских школ и течений, её изучающих. Зачастую она больше и сложнее этих течений и сводит людей сума.

2 февр. 2024 г.

iamnastew

Перманентное чувство возвышенности и стыда

В пропитанной ароматами сигарет и нот фортепьяно комнате, герой Дирка Богарда предавался переживаниям о превратностях судьбы. Цветы в вазе будто напоминали ему о том, что время — песок, и однажды человеческая душа столкнется лицом к лицу с бытовой истиной: «Когда уже не осталось времени подумать об этом...» Подумать о жизни, о прошлом, о любви, которая на протяжении всей жизни могла и не настигнуть, но вдруг возникла перед глазами композитора в теле молодого Аполлона. Густав фон Ашенбах оказался один на один со своими болезнями и творческим кризисом на небольшом курорте Венеции, не ожидая, что, в поисках спокойствия и умиротворения, он столкнется лицом к лицу с самой любовью, и эта любовь подарит ему тревожную сладость и смятение до самого последнего вздоха. Испытывая страх от внезапного осознания истинной красоты, композитор пытается избавиться от наваждения, покинув Венецию, но сталкивается с фатальным препятствием — эпидемией холеры. Не имея возможности заговорить с объектом вожделения, ему остается только наблюдать за тем, как сгорают его дни и как Тадзио играет и купается... Тема самого смысла жизни раскрыта по максимуму тонко благодаря чувственному видению Лукино Висконти — подбор актеров, детали, неспешность сцен и глубина звукового восприятия моментами насквозь пронзают восприятие, однако... Однако тема однополой любви, несмотря на невинность и чистоту героя Бьорна Андресена, воспринимается двойственно, и не всегда находит отклик в глазах зрителя, а вызывает отвращение от невозможности понять другого человека, годами мучавшего себя условностями и шаблонами, но раскрывающего его животную мужскую природу при виде Тадзио. И тут у зрителя появляется возможность выбрать — оставить условности и погрузиться в мир безысходной любви пожилого композитора по отношению к юному красавцу, близкой и невозможной одновременно, или провести часы просмотра, сгорая от неприятия и неумолимой скуки.

28 мая 2023 г.

Shamond

Красота, к которой не получилось прикоснуться

Много кто воспринимает эту историю пошлой, а потому недостойной внимания, я же очень рекомендую попытаться на секунду абстрагироваться от этого и уделить ей время. Вы удивитесь, если постараетесь взглянуть на неё «менее приземлённо». Полагаю, что за 50 лет существования картины основная сюжетная линия стала достаточно известна в своих кругах, однако без упоминаний и отсылок к ней рецензия — не рецензия вовсе. Мысль выше предлагаю развить в небольшое повествование. Повествование о том, как началась и закончилась жизнь Густава Фон Ашенбаха. И пусть обсуждаемая картина не показывает жизнь героя на всём её протяжении, мы всё равно о ней знаем. Знаем из разговоров, знаем из упоминаний, но самое главное — из наблюдения. Показывает нам фильм очень многое. По прибытию в Венецианскую гостиницу больной на сердце композитор пытается насладиться отдыхом. По отличной работе гримёров сразу видно, что отдых этот действительно нужен, впалые глаза, бледная кожа, понимаешь, что его врач поставил свой диагноз не просто так. Наслаждение без каких либо дополнений, правда, длилось недолго. Почитывая газету, Ашенбах бегло осматривает всех людей в зале, останавливая свой взгляд лишь единожды. Он замечает польского юношу, остановившегося там же со своей семьёй. Взгляд композитора, что изначально лишь вскользь оценивал мальчугана, на этот раз задерживается в его стороне всё дольше, подпитываясь интересом. По началу интерес, что позже перерастёт во влюблённость, представляет собой лишь восхищение художника красотой подростка, хорошее телосложение и идеальные черты лица вызывают у композитора волнение или, скажем, вдохновение. По мере своего развития эти чувства приобретают всё менее возвышенные формы, а вместе с ними изменяется и сам пожилой ценитель прекрасного, который всё больше напоминает старого развратника. Иронично, что встретив именно такого типа в самом начале повествования, Ашенбах относится к нему с глубочайшим презрением, когда в конце, увы, сам начинает становиться таким же. Можно сказать, что мы уже знаем все ключевые события картины. И пока получается не очень то радостно, верно? Что-то напоминающее жуткую пошлую байку про педофила, что только во дворах на скамейках и обсуждать. В этом моменте достаточно просто объяснить, почему картину стоит посмотреть или посмотреть и прочитать самому, не опираясь на мнения людей, что вы можете прочитать отдельно. Здесь, как и во многих других примерах, само повествование стоит перед историей, что повествуется. Примеров с похожим исполнением, на самом деле, достаточно, но самый простой можно привести из классической литературы. Если пересказать «Преступление и наказание» Достоевского, то история не уйдёт далеко от нищего студента, что решает убить и ограбить богатую старуху. Его мучает совесть, а потому он решает пойти с повинной. Однако все мы знаем, что даже близко ко всей глубине произведения мой рассказ выше не подобрался, но почему? «Смерть в Венеции», как и пример выше, невозможно пересказать. В подобных произведениях важно не то, что рассказывает автор, а то, как он это делает. В моих глазах само «написание» произведения куда более красиво и изощрённо, чем история, которую в конечном итоге оно пытается передать. И весь этот процесс, в отличие от знаний о фабуле, можно прочувствовать только самому. Не отрицаю, что вам могут встретиться люди, что на словах почти точно передадут всё впечатление от просмотра каждой сцены, но я, к сожалению, таким литературным языком не владею.

25 мая 2023 г.

194

Кинопоиск

Жизнь как произведение искусства

Легшая в основу фильма повесть великого немецкого писателя Томаса Манна, является камнем преткновения двух полярных точек зрения. Есть те, кто находит его пустышкой, как, например, Набоков, а также зрители, не видящие в картине ничего, кроме нездорового влечения. Но по другую сторону им противостоит интеллектуал, увековечивший произведение на экране. Висконти сделал фильм вневременным, здесь не может быть никаких сомнений, снятым по внутренней потребности, попав в саму сердцевину первоисточника - искушения созерцать непостижимую красоту, но не обладать ею. И пусть автор оригинала описывал реальные наблюдения за мальчиком, который также опаздывал к столу и шел постоянно позади семьи, но, думаю, будет уместно рассматривать экранизацию, как детальную биографичную картину, наполненную символизмом, все корни которой ведут к Армину. Висконти проникает в саму суть этой частной жизни. Искушенные зрители и читатели могут составить подлинный автопортрет Манна и его жизни, к которому так деликатно прикоснулся Висконти. Густав с самого начала предстает озадаченным и находящимся где-то далеко в своих мыслях, с тяжелыми воспоминаниями об утратах прошлого. Герой имеет много общего с отцом писателя, который тоже редко выходил на пляж во время отдыха и большую часть времени проводил в отеле. До 1911 года Манн никогда не прибывал в Венецию, по морю и его также везут к причалу на лодке, больше похожей на транспорт для перевозки гробов, нежели живых людей. Густав проходит путь Генриха - брата писателя, который также в банке узнает о холере в городе, и также потеряет багаж. И в бесконечных спорах со своим другом-музыкантом, внутри себя, как кажется, принимает слова Генриха о том, что в мире больше не будет больших катаклизмов, и ощущение присутствия чего-то божественного. Когда первый раз Густав видит семью Тадзио за столом, они еще находятся не в полном составе. Их глава семейства тоже не прочь опоздать, и интересно - как оценивали со стороны другие семьи, их, как кажется на первый взгляд, неуязвимость. В Любеке считали семью Маннов ярким олицетворением упадка мира. Но это говорили прихожане и бедняки, а Висконти точно уловил в героини Мангано образ Юли, которую находили соблазнительно бледной, придав ей образ, окутанной тайной, которую не постичь. И не важно, что она делает, читает или просто думает, она - загадка. Чувство Густава похоже на то, что писатель испытывал к Армину. А что, если бы Густав признался в любви к Тадзио, как это сделал Томас в стихах? И получил бы отказ, который Тадзио прикрыл бы страхом быть засмеянным приятелями? И сцена в лифте - яркое тому подтверждение. Невыраженное чувство никогда не забывается и преследует тебя всю жизнь. Оно - самое сильное, а великому художнику дает стимул не стать посредственностью, что позволит снова, спустя много лет, испытать такое же чувство к Клаусу Хойзеру, невинному и внимательному мальчугану, который так же, как и Тадзио, будет делать вид, что слушает Монику, пристально смотря на профессора. Однажды Карла и Томас сидели в ложе театра и увидели детей с картины (это были Прингсхаймы) и заговорили о Густаве Малере. И тогда вся мозаика этой биографичной ленты встает на свои места. Она соткана из мельчайших деталей; ода гению от другого гения. Обоим удалось соблюсти дистанцию между интимностью и воспеванием искусства. Висконти, как и Манна, мало интересовал математический расчет, а также борьба добра и зла. Они – «последние из могикан», наследники великой европейской культуры, верящие в возвышение человека через искусство, но смиренно принимающие приближающийся закат этой самой культуры.

4 февр. 2023 г.

Ксения Черемных

Не-Встреча с самим собой

На самом деле, ситуация, показанная в новелле Томаса Манна и в одноимённом фильме не новая и не оригинальная. Это так естественно, оказавшись на отдыхе, особенно в замкнутом пространстве отеля или санатория, 'глазами добычу найти и за ней незаметно следить'. Эта эротическая игра придаёт отдыху особый шарм и смысл, особенно когда отдыхаешь один. Но вот экзистенциальный посыл обоих произведений намного глубже. Сразу скажу, что фильм мне больше нравится, чем новелла, потому что он лишён высокомерия Томаса Манна, в нём лучше расставлены те смысловые акценты, которые у Манна звучат, и фильм сам по себе более человечный. Кроме того, именно фильм раскрывает множество перекличек этой новеллы с другой немецкоязычной литературой. Похожий эпизод есть в романе Германа Броха 'Смерть Вергилия'. Незадолго до своей смерти древнеримский поэт возвращается домой и видит на пристани юношу. Тоже примерно лет 14-15, который с него не сводит глаз. И глядя на этого юношу, Вергилий задумывается о самом себе и своём творчестве. А сама судьба главного героя, его искания и мучения очень близки тому, о чём писал Герман Гессе. В частности, в 'Игре в бисер' как раз Йозеф Кнехт отказывается от страстей, живёт только идеальным рацио, но даже в такой совершенной интеллектуальной стране, как Касталия, Кнехт устаёт жить без чего-то ещё... Без чего-то сверх этого... Вот насколько провисает чувственная сфера. Ещё очень близка к этому концепция романа Гессе 'Нарцисс и Златоуст', где чувственное и рациональное начало в лице двух главных героев вступают в полемику не только на уровне идей, но и в контексте того жизненного пути, который они сами прокладывают. И, наконец, очень созвучна идеям 'Смерти в Венеции' новелла Гессе 'Кляйн и Вагнер', действие которой происходит тоже в Италии и в которой герой сумел действительно бросить себе вызов и пусть порочно, но так, как хотел, прожить свои последние дни. Вот эти переклички и неудивительны, не просто так Томас Манн и Герман Гессе были друзьями, какой-то общий поиск бессознательно их объединял... Но если герои Гессе находят в себе мужество быть, то герои Манна - нет (вспомнить хоть ту же 'Волшебную гору'). И Дирк Богард, на мой взгляд, просто блестяще воплощает образ такого вот нерешительного человека, которого одолевают страхи разного типа, особенно страх быть самим собой. Очень здорово выстроены в фильме сцены, где Тадзио и композитор встречаются. С самого начала Тадзио как будто всё правильно понимает. Он со временем даже начинает подстраивать встречи с композитором, всячески подталкивает его к сближению, даже немного заигрывает с ним. Но профессор мнётся и мечется. У него нет опыта понимания своих чувств, своих эмоций... Он от них бежит... А в итоге бежит от себя самого. Ведь, по сути, Тадзио - это не просто красивый юноша, это его символическое альтер эго, тот человек, через которого истинное Я композитора пытается до него достучаться. И в итоге сердце композитора не выдерживает - он умирает. Умирает не от эпидемии холеры, которой так навязчиво боялся, умирает от болезни, старой болезни, которая давно была с ним. Сам метод, с помощью которого полотно фильма организовано, скорее, прустовский. От того, как показана Венеция и море, так и веет ароматом 'Под сенью девушек в цвету'... И вопросы времени и памяти раскрыты ближе к прустовскому подходу, нежели тому, как это подаёт сам Манн. И фильм от этого только выигрывает. Тягучесть здесь в плюс. Это словно аллегория времени, которое песчинками сыплется вниз... Медленно, но уверенно приближая нас к финишу... Многие критикуют фильм за некую порнографичность... Господа, да где же она там? Всё очень целомудренно (Тадзио в фильме гораздо более утончённый и интересный, чем в новелле). И, наверное, запретное чувство - это ближе к метафоре вызова, который бросает герою бытие. И речь ведь идёт о любви, именно о любви, а не о похоти. Композитору нужна новая, особенная, нетипичная муза. И вот он, этот прекрасный подарок жизни... Так дай же цветку этой любви распуститься, найди контакт с человеком, выйди за пределы своего академизма, начни всё с нуля! Вот о чём шепчет жизнь, которая блестит в глазах Тадзио... Но даже жизнь поняла, что всё бесполезно, и в недоумении покидает поле борьбы... Последняя сцена, растянутая, почти немая, это идеально передаёт...

31 июл. 2022 г.

133

Евгений Горностаев

Увидеть и Умереть!

Легендарная картина Лукино Висконти углубляется в изучение таких сложносоставных тем, касающихся практически каждого отдельно взятого человека, как нераскрытие личностного потенциала как в профессиональном, так и в духовном планах; переосмысление совершенных в процессе жизни поступков на пороге отхода в мир иной; отсутствие морально-волевых возможностей начать совершенно новый этап своего жизненного пути, в котором не останется место для предрассудков и условностей, имевших место быть ранее; возвышение воистину чистой и безграничной красоты на Олимп внутреннего восприятия всего многообразия вещей окружающих нас; невозможность, боязливость или банальное нежелание воплотить в реальность все стремления и потребности, которые назойливо бередят душу и разум на протяжении продолжительного периода времени. Итальянский мэтр киноискусства на удивление тонко, высоко искусно и предельно трагически изобразил печальную судьбу одинокого мужчины, который в течение своей жизни испытал не одну тяжкую утрату, ощутил как радость от долгожданных успехов, так и разочарование от неоднократных поражений. И стоит сказать, что Дирк Богард, исполнивший центральную роль фильма, продемонстрировал на экране весь спектр своего драматического таланта. Его герой максимально не уверен в себе, и это отображается буквально в каждом его действии, особенно взвинчивая внутреннее недовольство по отношению ко всему окружающему при случайном знакомстве с юношей, который очаровывает мужчину своей природной красотой, кипящей молодостью и своеобразной обратной связью, которая выражается посредством ответных заинтересованно-незатейливых взглядов. Сможет ли герой совладать с собой и не переступить черту, чего, как кажется, он весьма даже желает? Или он останется при своих демонах, никогда не прекращая бороться с ними и не дозволяя себе раскрепоститься на полную, выведя их наружу? 'Смерть в Венеции' - это необыкновенное высококинематографическое произведение Лукино Висконти, эстетически чудесно окунающее зрителя в море первозданной красоты, искренней юности и не стесняющей посредственности, и в то же время драматически жестоко удушающее адским жаром полной неуверенности в себе, закостенелой чёрствости и заунывной невосприимчивости к окружающей действительности. Эта кинокартина размеренно погружает зрительский разум в мир беспросветного отчаяния и жуткого неудовлетворения некогда свободного ото всех цепей человека, знавшего и любовь, и счастье. Как он дошёл до такого безнадёжного мироощущения? Что сокрыто в его душе на самом деле? В процессе неспешного развития сюжета все возникающие вопросы и рождающиеся на них ответы перемешиваются между собой, формируя необъяснимо ясное выражение чисто человеческого сопереживания судьбе главного героя, который отчаянно желает хотя бы один раз в жизни прикоснуться к истинной красоте.

10 июл. 2022 г.