Ботаника для чайников: как вырастить куст, который заставит поседеть половину американского правительства
Секрет успешного стартапа в восьмидесятых — это не модный коворкинг на Манхэттене и венчурные инвестиции, а кусок сухой земли, пара продажных копов и ботаник, который слишком сильно любит растения без косточек. Создатели шоу резонно решили, что нам мало было влажных джунглей Колумбии, и перевезли цирк с конями (и тоннами нелегальной флоры) прямо под нос дядюшке Сэму. Это не просто криминальная драма, это производственный роман о том, как невыносимо тяжело быть CEO, когда твои подчиненные предпочитают решать корпоративные споры не через зум, а с помощью мачете и багажника старого Шевроле. Весь этот праздник латиноамериканской демократии крутится вокруг попытки причесать местный хаос латунным гребнем. Местные бароны до появления главного героя напоминали скорее стадо агрессивных хомяков, делящих одну поилку. И тут появляется он — тощий, вечно насупленный счетовод, решивший поиграть в Стива Джобса от мира контрабанды. Инновационная система «пласа» начинает работать как отлаженный механизм, правда, вместо кукушки из этих часов периодически выпадает кто-то с пулей в голове. Диего Луна в роли Феликса Гальярдо — это отдельный вид постироничного искусства. Диего Луна выдает не типичного карикатурного злодея с золотой цепью толщиной в ногу, а уставшего менеджера среднего звена, которого всё тотально достало. У него лицо человека, которому забыли принести утренний эспрессо, а вместо этого швырнули на стол отрезанную голову конкурента, и теперь ему придется как-то проводить это через бухгалтерию. Он не пугает истеричным криком, он пугает тихим шепотом и немигающим взглядом мертвой камбалы. А по ту сторону баррикад у нас УБН — организация, которая в начале истории имеет меньше реального веса, чем клуб любителей макраме в доме престарелых. Майкл Пенья в роли Кики Камарены тащит на себе крест идеализма с таким остервенением, что от его правильности порой физически сводит челюсть. Он — как тот самый невыносимый душнила в офисе, который единственный читает должностные инструкции, пока остальные играют в дартс на рабочем месте. Горькая ирония в том, что именно этот душнила заставит всю коррумпированную систему подавиться собственным галстуком и включить диктофоны на запись. Местные парни с жетонами, в частности агенты ФББ — это вообще эталон государственной гнили, возведенной в ранг высокого искусства. У них удостоверение работает как безлимитная кредитка на насилие, а моральный компас сбит настолько, что показывает исключительно в сторону ближайшего чемодана с наличкой. Смотреть на то, как правительство одной рукой берет взятки, а другой делает вид, что наводит порядок — сплошное циничное удовольствие. Это не сбой системы, это и есть система, просто щедро смазанная кровью. Нельзя обойти стороной и свиту нашего мексиканского императора. Теноч Уэрта (тот самый Рафа) превратил образ обезумевшего агронома в настоящую рок-звезду от сохи. Если бы он тратил свою маниакальную энергию на сельское хозяйство в мирных целях, Мексика давно колонизировала бы Марс. А Хосе Мария Язпик в роли Амадо? Этот парень с лицом меланхоличного философа и амбициями Илона Маска просто придумал, что самолеты — это не только для туристов, но и для того, чтобы засыпать Америку весельем с высоты птичьего полета. Те, кто в теме, точно оценят его тягу к небу и весьма специфическую любовь к отелям. Если вы ждете безостановочного попкорнового экшена, где каждую секунду что-то взрывается под пафосный саундтрек, то расслабьтесь. Нарратив здесь тягучий, как патока, в которую недрогнувшей рукой намешали битого стекла. И голос за кадром — скрипучий, прокуренный баритон, принадлежащий Скуту МакНэри, — постоянно напоминает, что хэппи-энда в этом бизнесе не предусмотрено. Вы будете смотреть, как эти люди с упоением роют себе могилы, и, черт возьми, делать они это будут с безупречным стилем. Итог этой рулетки прост: перед нами один из самых грязных, честных и циничных учебников по экономике, упакованный в формат криминальной саги. Это гимн человеческой жадности, спетый под аккомпанемент полицейских сирен и шелест стодолларовых купюр. Шоу не пытается вас развлечь, оно пытается заставить вас почувствовать песок на зубах и привкус дешевого виски, который не перебивает осадок от осознания того, как на самом деле крутятся шестеренки этого мира. Выпивая этот шот концентрированной реальности до дна, помните: единственный стабильный бизнес на этой территории — продажа гробов, потому что спрос на них здесь никогда не падает. 9 из 10
