e-lexВпусти в дом свой худший кошмар!
Некогда, где-то в конце восьмидесятых, попалась мне на глаза занимательная статья в некоей газетке, отпечатанной на дешёвой бурой бумаге, с дурной вёрсткой и нелепыми заметками. В таких изданиях обычно публиковались сообщения об аномальных зонах, похищениях граждан зловредными инопланетянами и прогнозы четы Глоба, предсказывавших столь нелепые вещи (которые, добавлю, так и не сбылись), что вообще непонятно, как до сих пор этим астрологам кто-то верит. В статье, о которой я решил поведать прежде, чем приступлю непосредственно к разбору кинематографического творения Гильема Моралеса, рассказывалось о людях, которые обладали особым даром: они были способны внушать окружающим, что те их не видят — своеобразные невидимки. Занимались эти таинственные экстрасенсы тем, что звонили в квартиры ничего не подозревающих граждан и, когда те открывали дверь, проскальзывали в комнату и оставались там. Кто-то из злоумышленников похищал ценности, принадлежавшие незадачливым хозяевам, впоследствии отправляясь на поиски других жертв, а другие (и в этом было нечто особенно зловещее) просто вселялись в квартиры и, никем незамеченные, жили там годами. Признаю, мне, впечатлительному юноше, перспектива оказаться бок о бок с неким существом, незримо сопровождающим каждый мой шаг, следящим за мной, а может, и вынашивающим какие-то планы против моего семейства, казалась по истине ужасающей. Если учесть, что в старых домах постоянно хозяйничают сквозняки, захлопывающие окна и двери, половицы постанывают по ночам, а различные шумы менее очевидного происхождения время от времени наполняют комнату, предположить наличие такого невидимого злоумышленника в доме было совсем не сложно.
Не могу утверждать наверное, но полагаю, что опасения подобного рода достаточно распространены. Было бы странно, если бы кинематографисты оставили без внимания столь занятный сюжет. В 2004 году молодой испанский режиссёр Гильем Моралес обратил свой взор на тему «незримых гостей». Он не стал развивать мистические аспекты, соблазн включить которые в повествование, думаю, был велик. И это следует признать довольно удачным решением, поскольку насмотреться на всевозможные астральные субстанции мы имели массу возможностей в голливудских постановках, а тема коварных экстрасенсов, как можно понять, крайне инфантильна и интересна лишь в ювенальном возрасте. Собственно, первую половину фильма мы даже не можем с точностью сказать, есть ли в доме главного героя — успешного архитектора — незваный гость или же злоумышленник является плодом воображения понемногу сходящего с ума от одиночества, тяжело переживающего расставание с возлюбленной молодого человека. Последний (а вместе с ним и мы) получает то подтверждения зловещей истины, то вполне правдоподобные опровержения незримого присутствия. В первой половине фильма... А дальше начинается полный кинематографический хаос.
Вообще, первая часть картины снята практически безупречно: без спешки в повествовании режиссёр раскрывает нам отношения героев (в этом плане, просто филигранно выстроена линия разрыва любящих друг друга людей, пытающихся разобраться в своих чувствах). Постепенно напряжение нарастает, и вот уже ты, зритель, спрашиваешь себя, действительно ли было это пугающее отражение человека в застеклённой рамке или же оно — игра твоего возбуждённого воображения! Нельзя сказать, слышал ли ты осторожную поступь назойливого посетителя или это всего лишь неплотно закрытое окно, ритмично ударяющее о раму... Отождествление зрителя с героем достигается мастерски, и в этом несомненный талант режиссёра (к слову сказать, в его же картине «Глаза Хулии» мы можем наблюдать не менее талантливую работу). Интересно работают необычные ракурсы съёмки, оригинально выстраивается мизансцена, атмосфера идеально подкрепляется отличным музыкальным и звуковым сопровождением...
Пока не начинается вторая половина фильма. Какого-то нестандартного развития истории, разумеется, стоило ожидать (особенно, зная режиссёрский почерк Моралеса, который прекрасно читается в упоминавшейся несколькими предложениями ранее картине «Глаза Хулии»), однако крайне проблематично было предвидеть, что повествование двинется в сторону... довольно неровной чёрной комедии. Почему вдруг наш герой сам становится незваным гостем? Почему роль женщины, с которой его сводит судьба, исполняется той же актрисой, что и роль бывшей подруги архитектора? Почему он предпочитает ту западню, в коей оказался, свободе, хотя и имеет массу возможностей покинуть своё узилище? Режиссёр задаёт больше вопросов, чем оказывается в состоянии прояснить в фильме. Известно мнение, что Голливуд страдает кризисом идей. Европейское, в нашем случае испанское, кино демонстрирует противоположные тенденции. И порой идеологическая плодовитость постановщиков начинает играть против них самих. Складывается впечатление, что те пытаются успеть снять как можно больше фильмов, а неуверенность в собственной творческой судьбе оборачивается попыткой включить в разрабатываемый проект практически всё, о чём мечтал рассказать автор за годы кинематографической карьеры. Утверждение во многом спорное, но иных объяснений я найти затрудняюсь.
Обидно и то, что Моралес постоянно оставляет за собой отходные пути, которые позволили бы ему вернуться в стезю избранного жанра, однако, подобно своему герою, он предпочитает ступать по нетвёрдой почве эклектики практически до самого конца. А в результате изначальная мысль фильма, сильнейшая психологическая постановка оказываются весьма бездарно растеряны, что не спасает даже эмоциональный, драматичный финал, на фоне неуверенных сценарных исканий, обретающий какую-то пошловатую мелодраматичность.
В итоге мы имеем своеобразный авторский фильм, многообещающее начало которого довольно слабо коррелирует с развитием истории. «Незваный гость» оказывается не способен выдержать заданный в первом акте высочайший уровень, что оборачивается изрядным разочарованием. Тем не менее, он, несомненно, представляет определённый интерес и вполне может служить недурным развлечением на вечер, а лучше — на ночь, когда неслышный порыв ветра захлопывает окошко, а старые половицы внезапно начинают выводить жалостливый скрипучий мотив.
6 из 10
